"Фантастика 2025-47". Компиляция. Книги 1-32 (СИ) - Ясный Дмитрий - Страница 1438

Он ушел к нашему импровизированному лагерю. Я поспешил туда же, хотя был уверен — Эшли знал, что я подслушиваю их с Эроком разговор — в отличие от последнего — и намеренно ничего не стал предпринимать. Он чувствовал, я целиком и полностью на его стороне.

Коиннеах смотрел на Эрока. Он ждал указаний в изменившихся обстоятельствах. Огненный отлично понимал, Эшли просто выпустил его, чтобы тот договорился со своими подчиненными. Что же теперь говорить командиру жалящих? Вся ответственность за срыв переговоров с людьми из Герлица лежала на нем и Коиннеах ждал указаний. Наконец, жалящему надоело и он спросил:

— Может быть, прикончим обоих? В их убийстве обвинят людей и у Торалака будет повод к войне.

— Нет, — покачал головой Эрок, — я не хочу больше жертвовать эльфами. Мы рискнем. Займи позиции под стенами Герлица и жди моего приказа.

— Я не понимаю твоего плана, — сказал Коиннеах. Просто констатировал факт, он бы подчинился приказу, однако не мог не заметить, что не понимает для чего именно он должен делать что бы то ни было.

— Скорее всего, — объяснил Эрок, — с нами не станут говорить, как только заметят, что с нами нет их парламентера. Нас обстреляют со стен или же иным способом нападут, я уверен. Вы прикроете наш отход, а заодно дадите несколько хороших залпов по стенам Герлица. Пусть знают нашу силу.

Коиннеах пожал плечами. Ему не слишком нравился план командира и особенно последние слова: «Пусть знают нашу силу», от них веяло какой-то пустой бравадой. Но его дело подчиняться приказам, даже тем, которые не одобряешь.

Герлиц был типичным пограничным городом с высокими стенами — в несколько человеческих ростов, — мощными башнями, на которых стояли здоровенные баллисты и катапульты, по боевым галереям деловито сновали туда-сюда лучники и арбалетчики. Нас явно заметили и загодя приготовились к бою.

— Не доверяют, — заметил Эрок, усмехнувшись. — И как вы хотите разговаривать с ними? Эшли, тебя же не услышат со стен.

Охотник на демонов никак не отреагировал на его слова Он подошел к стенам, упер для чего-то руки в бока и гаркнул во всю мощь могучих легких и луженой глотки, добавив к голосу небольшую толику магии:

— ЭЙ ВЫ ТАМ! НА СТЕНАХ!!! Я, ЭШЛИ, ОХОТНИК НА ДЕМОНОВ, ПРИШЁЛ, ЧТОБЫ ОБЪЯСНИТЬСЯ ПО ПОВОДУ СОБЫТИЙ В ПОГРАНИЧНОМ ФОРТЕ!

— А кто это с тобой?! — раздалось в ответ.

— Сопровождающие! — уже тише, без магии, добавил Эшли. — Они могут остаться за стенами, если их присутствие вас смущает!

Я предпочел пропустить мимо ушей эту реплику, равно как и Эрок, который и ухом не повел. Но я мог бы поклясться, он был на грани бешенства, об этом говорили искорки мелькающие в его глазах. Все мы ждали одного вопроса и он прозвучал.

— А где Рутгер?! — прокричал со стены поднявшийся туда молодой рыцарь, в котором я, приглядевшись, узнал Антуана фон Грюнигена. — Что сталось с нашим парламентером?!

— Он погиб по дороге! Не по нашей вине!

Мне показалось, что фон Грюниген на стене тяжело вздохнул.

— Я не верю вам! Уходите. Следующий инцидент станет поводом к войне. Так и передайте принцессе Аилинде и королеве Зиниаду. Наше терпение тоже имеет предел.

Да уж, совсем не этого я ждал от молодого рыцаря, героически проявившего себя при осаде Эранидарка.

Мы уже отвернулись от стен и двинулись обратно к лесу, плотным кольцом смыкающемуся вокруг Герлица, когда в спины нам полетели стрелы. Их услышал Эшли, чей слух намного превосходил эльфийский, а может быть он почувствовал их каким-то образом, что в нас стреляют.

— Падайте! — крикнул он нам.

Мы мгновенно исполнили приказ охотника на демонов, жизнь научила. В землю начали врезаться стрелы и арбалетные болты, мы по-пластунски поползли к опушке леса, стараясь как можно сильнее вжаться в молодую траву. Где-то на полпути Эрок вдруг обернулся и оглушительно свистнул, рискуя привлечь к себе дополнительное внимание, хотя это практически невозможно. Вокруг стен Герлица было основательно расчищено пространство площадью в несколько акров, мы были как на ладони у стрелков на стенах.

В ответ на резкий свист Эрока трава, до того мирно росшая себе и потревоженная лишь нашими шагами, вздыбилась подобно морской глади в шторм. Я сразу узнал тактику жалящих, непревзойденных мастеров засад. Они будто бы выросли из-под земли, вскинув луки и дав несколько залпов по стене. Люди падали под отравленными стрелами жалящих, не ведающих промаха. Они заставили гарнизон Герлица податься назад, спрятаться за зубцы стен, в надежде укрыться за ними, но это не спасало никого. Выстрелив и посчитав свою работу оконченной, жалящие поспешили вновь слиться с травой и скрыться с глаз солдат гарнизона. Мы поспешили к подлеску. Эшли произнес короткое заклинание, требующее, к сожалению, очень больших затрат магических сил, из-за чего охотник очень редко прибегал к нему, и нас перенесло прямо под стены Эранидарка.

Антуан фон Грюниген мерил шагами зал советов, где еще так недавно собиралось все рыцарство Герлица. Теперь же он был пуст. Эльфийские стрелы, выпущенные лучниками, словно выросшими из-под земли, были смазаны каким-то ядом. Стоило такой хоть краем наконечника задеть человеческую плоть и та начинала разлагаться, рана гноилась и зараза убивала человека за несколько часов, распространяясь по всему телу. Но это был именно яд, а не болезнь и только это спасало тех солдат гарнизона, которым посчастливилось не попасть под огонь врага — да теперь уже врага! — или же их не было на стенах в тот злополучный час. И не посчастливилось тогда почти всем рыцарям Герлица.

Они выбрались на стены, как только услышали о прибытии эльфийских послов, чтобы поглазеть на них, и попали под шквальный огонь лучников. И какой идиот только первым выстрелил в спину эльфам, спровоцировав ответный залп?! Повесить его не выйдет, он пал одним из первых, скорее всего, да в и любом случае концов в этой неприятной истории уже не найти. И что самое отвратительное, под отравленными стенами пал Зигфрид де Леве, для чего-то выхвативший меч, а Мартин фон Даунау сейчас лежит в лазарете, отчаянно борясь за свою жизнь с эльфийским ядом. И кто выйдет из нее победителем знает один лишь Господь.

В пустой зал вошел молодой рыцарь — вчерашний оруженосец Куно фон Кроссиг, которого фон Грюниген отправил собирать сведения о потерях, с основательной стопкой листов в руках. Как обычно, он подошел к выполнению поставленной задачи с основательностью, какую тяжело было ожидать от человека его возраста. Антуан усмехнулся своим мыслям. Его возраста. Он-то сам едва ли намного старше фон Кроссига.

— Докладывай, — сказал комендант, — но только общие цифры. С остальным я ознакомлюсь позже.

— В общих чертах обстановка выглядит таким образом, — начал фон Кроссиг. — Убитыми мы потеряли около двух третей от общей численности стрелков. Они были выведены на стены в связи с приближением эльфов к городу и попали под залпы противника. Девяносто процентов выживших потеряли конечности, их были вынуждены ампутировать в нашем лазарете, дабы не допустить распространения яда. В остальных частях и подразделениях потерь нет, так как они не были выведены на боевую галерею, чтобы там могло разместиться как можно больше стрелков. Теперь о самом главном, потери среди рыцарей составляют около семидесяти процентов — это включая раненных и инвалидов, уже не способных сражаться. Итого в вашем распоряжении находятся трое рыцарей, а именно я, вы сами и отсутствующий герр Зигмунд фон Балке; все пешие солдаты гарнизона и тридцать пять стрелков, а именно, двадцать арбалетчиков и пятнадцать рейнджеров.

Антуан коротко кивнул и отпустил фон Кроссига, про себя радуясь тому, что элиту лучников — рейнджеров, умеющих не только пускать стрелы, но и весьма умело ходить по лесу и водить за собой отряды, он оставил в казарме, не смотря на яростные протесты рыцарей Герлица. Ну что же, теперь он просто обязан объявить войну эльфам. Они сами не оставили ему ни единого шанса решить сложившуюся проблему мирным путем. Быть может, бедняга Рутгер, действительно, погиб не от рук эльфов — тут Антуан полностью доверял словам Эшли, — но после этих залпов по стенам города, фон Грюниген был просто обязан ответить адекватно. А значит, остается лишь дождаться фон Балке с армией, собранной по всему Мейсену.