"Фантастика 2025-47". Компиляция. Книги 1-32 (СИ) - Ясный Дмитрий - Страница 1406

Выслушав меня, д'Абиссел надолго замолчал, ритмично поглаживая холку своего коня. Я застал его на импровизированном ипподроме, где рыцари не давали застояться своим боевым коням, да и себе тоже, выделывая разные трюки, которым мне — по моему глубокому мнению — не обучиться и за всю жизнь.

— Горняки ничего просто так не говорят, — пробурчал граф, делая знак конюху. — Спасибо, что предупредил, хотя я и не верю, что они ударят нам в спину, не в их правилах. Надо будет переговорить с командирами и королем.

— Принца Маркварта вы в расчет, как обычно, не принимаете? — невесело усмехнулся я.

— В этом деле он как раз может пролить свет истины на события. Ведь именно он привел гномов.

— Надо нанести упреждающий удар по ним! — воскликнул де Пенмуа. — Прав был отец Вольфганг, эти карлы только и ждут как бы ударить нам в спину.

— Может и так, — кивнул король Людовик, — но мы поставлены в такое положение, что атаковав гномов окажемся предателями.

— В чьих глазах? — продолжал возмущаться Защитник Веры. — Мы что же должны ждать, пока предадут нас.

— В глазах нашей чести, — твердо ответил король на его вопрос.

— Но и ждать удара в спину, по крайней мере, глупо, — заметил де Корнар. — Мы должны с самого утра быть готовыми к любым неожиданностям. Как говориться, кто предупрежден — вооружен.

И тут в шатер, где был собран военный совет, вошел коренастый гном в доспехе и с топором, который он нес на вытянутых руках.

— Наш тан, Трестолт Камнекрушитель, — произнес он, — шлет вам, люди, вызов на бой и этот боевой топор, как знак того, что мы более не друзья. Не смотря на то, что вместе сражались и проливали кровь.

Ловким движением вогнав оружие в землю, гном развернулся и вышел, чеканя шаг. В шатре надолго повисла гнетущая тишина.

— Готовьтесь к бою, благородные рыцари, — нарушил ее король. — И кто-нибудь позовите принца Маркварта.

Принц не явился на этот совет, однако прибыл по первому зову своего вассала. От мальчишки с закопченным лицом, приблудившегося в земли гномов не осталось ничего. Теперь это был самый настоящий представитель императорской фамилии, сын Каролуса Властителя до мозга костей. Даже король Людовик чувствовал себя в его присутствии не сюзереном, а вассалом.

— Что вы можете сказать по этому поводу? — спросил он у принца, указав на гномий топор, лежащий на столе. Король знал, что его посланец пересказал принцу все, случившееся в шатре получасом ранее.

— Видимо, тан танов обезумел, — пожал плечами Маркварт. — Иного объяснение я найти не могу. Я приказываю вам, сэр Людовик, поднять войска и этой ночью напасть на гномов.

— Это немыслимо, ваше высочество! — воскликнул король. — Вы предлагаете нам предать гномов. Подгорные воители спасли нас, а вы предлагаете нам предать их.

— Мы не можем терять время и людей во время сражения, — отрезал принц. — Я понимаю, это бесчестно, но иного выхода у нас нет.

— Однажды поступиться честью, — вздохнул король. — Я не пойду на такое. Извольте объясняться с рыцарями и графами самостоятельно. Я могу собрать их снова.

— Не стоит, — покачал головой принц, — они, как и вы, не пойдут ни на что подобное. Очень жаль. До завтра, сэр Людовик.

— До завтра, ваше высочество.

Утро было морозным и ветреным. Два войска замерли друг перед другом. Храпели кони, роя копытами землю, пехота стояла, сжав древки копий и алебард, рейнджеры и простые стрелки в последний — кто-то в своей жизни — раз проверяли тетивы луков и арбалетов. Сжавшиеся в три стальных квадрата гномьи хирды напоминали озлобленных ежей, ощетинившихся цельнометаллическими пиками. Отдельно от них стояли берсерки — почти без доспехов и без щитов, у многих в руках по паре топоров или здоровенных секир, а где-то в середине хирдов готовят к бою заклинания жрецы гномов.

Я погладил своего жеребца по шее и опустил забрало шлема. На нас, рыцарей, в предстоящем бою будет возложена основная роль, мы должны атаковать низкорослых горняков, использую просто-таки глобальное преимущество в высоте. Сверху рубить куда удобнее. Вот только я не очень-то верил в то, что преимущество нам так уж поможет.

Взвыли горны — и гномьи хирды двинулись на нас, опуская пики. Пехота в ответ ощетинилась своими. Из обоих строев ударили стрелы и арбалетные болты. Тут удачливее оказались гномы. Вооруженные только арбалетами — лучников среди горняков не бывало от веку — гномы собрали кровавую дань с нашего войска, в то время как большинство метательных снарядов с нашей стороны или не долетело или отскочило от прочных гномьих доспехов. Лишь малая часть, пущенная лучшими из рейнджеров, врезалась в сочленения, ранив, но не убив врагов. «Ежи» хирдов продолжали движение. С неприятным жужжанием воздух прорезали размытые круги метательных топориков, адрандок, врезавшихся в черепа солдат — шлемы от них не спасали. Пространство между войсками буквально гудело от летящих в обе стороны стрел, болтов и адрандок.

Горны пропели снова — и гномы перешли на бег. Пришла пора и нам атаковать. Словно в ответ на мои мысли, протрубили рога. Тяжелая конница — рыцари и знать — сорвалась с места. Я мчался в первых рядах, как обычно, рядом с Эмри, и топор — гномий подарок — казалось жег мне спину через доспех. Мы должны были ударить в угол хирда, не так сильно защищенный длинными пиками, однако коробка, огороженная щитами, легко повернулась к нам фронтом, при этом поток болтов и адрандок ничуть не сократился. Делать было нечего, пришлось мчаться на ощетинившийся пиками, закрытый щитами строй, уповая на милость Господню, да еще на крепость брони.

Удар был страшен. Я лишь частично сумел отвести удар вражьей пики щитом, еще два врезались мне в грудь и правое плечо. Удержаться в седле помогла высокая задняя лука, однако в самого жеребца угодили сразу три пики и несчастное животное с диким криком боли и ужаса рухнуло. Я едва успел вырвать ноги из стремян и отшвырнуть сломанное копье. Мертвый конь не придавил меня, в отличие от многих рыцарей, либо не столь расторопных, либо менее удачливых. На нашем фланге конная атака провалилась, и теперь мы оказались лицом к лицу со строем гномов.

Отпрыгнув на несколько шагов назад, я выхватил топор и принялся лихорадочно отражать им выпады длинных гномьих пик. Это было чрезвычайно тяжело из-за того, что в груди нарастала боль, а правая рука медленно, но верно начинала отказывать. Цельнометаллические пики не удавалось сломать или перерубить топором, я мог только отводить удары, конечно же, не все. Доспех также не спасал меня, к тому же, казалось враги намеренно целили в сочленения и пробоины в нем.

Рога сыграли отступление. По моему, слишком поздно. От рыцарей не осталось ничего, мы и так отступали под натиском гномов, пятясь к рядам пехоты под перекрестным огнем. Не проходило и минуты, чтобы кто-нибудь не погиб.

Как и многие легкораненые я не отдался в руки полевых хирургов, предпочтя остаться в доспехе, хоть он и был изрядно поврежден. Когда ситуация сложится совсем уж плохо, каждый воин будет на счету.

Хирды приближались к нашей пехоте. Теперь, когда расстояние сократилось почти до предела, наши стрелки существенно выигрывали у вражеских. Прочности даже гномьих доспехов уже не хватало, чтобы принимать стрелы и особенно болты, пущенные практически в упор, а стрелков у нас было куда больше, да и стреляли они чаще — лучники и рейнджеры успевали ответить тремя, а кто и пятью стрелами на один гномий болт.

— Можете драться? — поинтересовался у меня рыцарь с гербом королевской гвардии Нейстрии. Король Людовик оставил ее в резерве, не пустив в самоубийственную атаку. — Сэр, вы можете драться?

— Да, — кивнул я, — конечно, могу. Пара царапин не в счет.

— Вы ранены серьезнее, чем вам кажется, — заметил рыцарь. — Сэр, вы уверены, что не должны обратиться к врачу.

— Стоит только лечь к ним на стол, — усмехнулся я, — и встанешь через год не меньше. Зачем вы спрашиваете, сэр?