"Фантастика 2025-47". Компиляция. Книги 1-32 (СИ) - Ясный Дмитрий - Страница 1389

— А теперь и шрама не осталось, — усмехнулся Ганелон, оттягивая бугивер, демонстрируя мне бледную шею. — Все твои усилия пошли прахом, Зигфрид. Я вернулся в мир и стану мстить всем. Я разрушу империю Каролуса и спляшу на руинах Аахена и Феррары.

— У многих были подобные правила, — отмахнулся я, — и где они все?

— Я не все! — воскликнул Ганелон. — Запомни, Зигфрид, я не все!

— Запомни и ты, — отрезал я. — Я не просто Зигфрид. Я — сэр Зигфрид, рыцарь императора Каролуса Властителя. Граф Роланд посвятил меня в рыцари перед последней атакой мавров и сарков.

— Не упоминай при мне этого имени!!! — Ганелон вскочил с трона, перевернув его. В руках его словно сам собой появился топор.

Он успокоился и сделал знак одному из своих слуг-демонов вернуть на место трон. От меня не ускользнула гримаса бааловой твари, исполнившей приказ, ей было весьма неприятно холуйствовать перед человеком, пускай и не обделенным милостью их повелителя.

— В темницу обоих, — бросил Ганелон, садясь на трон. — Я пока придумаю для них пытки, на это мне нужно время. — И он рассмеялся нам вслед.

Демоны подхватили нас с графом и буквально потащили из зала в темницу. Нас швырнули в маленькую камеру, пропахшую кровью, болью и смертью, даже не подумав разоружить. Исполнительность и не склонность к рассуждениям, присущая, похоже, демонам сослужили нам неплохую службу.

— Да, — вздохнул Эмри, когда за нами захлопнулась дверь. — Не стоило разговаривать с Ганелоном в подобном тоне.

— Я не мог удержаться, — пожал я плечами. — Зато у нас появилось немного времени и, конечно, почти нереальный, но хоть какой-то шанс на спасение.

— Хочешь попытаться напасть на тех демонов, что поведут нас на пытки, — понял мой нехитрый замысел граф. — Спастись — не спасемся, зато продадим жизни подороже.

Роланд посмотрел на согнувшегося в почтительном поклоне вора. Эти существа единственные из всех тварей Килтии хоть немного походили на живых, хотя и были вынуждены скрывать истлевшее лицо под стальной маской.

— Значит ты точно можешь сказать, — произнес бывший граф, — что Ганелон в этом замке?

— Да, — прошипел — или просвистел, точно охарактеризовать звуки, издаваемые вором Роланд не мог, — шпион. — Я проник за стены замка и лично убедился в этом.

— Отлично, — усмехнулся бескровными губами Роланд. — Ступай! Ты славно послужил делу нашей богини.

Вор скрылся и в комнату, занимаемую Роландом вошел Рыцарь Смерти Инген, командовавший такими же Рыцарями Смерти, только более низкого ранга.

— Атакуем? — спросил он.

— Да, — кивнул Роланд, поднимая со стола шлем с устрашающей маской-забралом.

— Кого?

— Крепость демонов. — Роланд проверил легко ли выходит из ножен черный клинок.

Если Инген и удивился решению командира, но возражать не стал. Нежить — не рассуждающие убийцы, равнодушные к боли и потерям, они беспрекословно пойдут в атаку по приказу. Однако в этом кроется и основная слабость «детей» Килтии, поднятых из могил ее черной силой. Некроманты могут быть сколь угодно великими колдунами, но планировать сражения и весть в бой орды нежити и не могут, для этого нужны опытные военноначальники. Из этого положения хитроумная богиня нашла очень простой и эффектный выход, примером мог послужить тот же Роланд, еще несколько лет назад командовавший армиями Каролуса властителя.

— Господи твоя власть, — прошептал один из солдат, стоявших на стене Бриоля и сотворил знак, дабы отвести зло. — Они сцепились друг с другом.

И действительно, немертвые орды Килтии двинулись к стенам замка, где укрепились демоны Долины мук. Это было на редкость впечатляющее и ужасающее зрелище. Его по достоинству оценили граф де Локк и отец Вольфганг, вышедшие на стены сразу, как только получили известие о необычной активности врага. По серой земле, постепенно все сильней углубляясь в багровую шагали, ползли и иными способами передвигались самые разнообразные твари. Обычные оживленные некромантами мертвецы самой разнообразной степени разложения и вооруженные тоже не ахти как, лишь в первых рядах четко вышагивали те, кого солдаты про себя прозвали немертвой гвардией — скелеты без единой крохи плоти на посеревших костях в добротных пехотных бронях и со странного вида мечами в руках, клинки их чем-то напоминали стилизованные молнии. При соприкосновении с телом они заносили в раны какую-то заразу, на несколько дней парализующую людей. Рядом с ними гарцевали на черных — не вороных, а именно черных — конях с огненными копытами Рыцари Смерти в громоздких доспехах, забрала шлемов их изображали жуткие рожи и оскаленные звериные морды. Туманом клубились бестелесные сущности вроде призраков или полумраков — алых существ, взглядами внушавшие ужас толпам людей, от них спасали только клирики, мужественно противостоявшие их злым чарам. Были среди них и такие, кого не брало никакое материальное оружие, в то время как их собственные серповидные конечности разили без пощады и были им преградой никакие доспехи. За Рыцарями Смерти шагали более менее похожие на живых существа. Одни в серых доспехах и серых же плащах, вооруженные длинными пиками. Другие — в черных кирасах и шлемах, украшенных оленьими рогами — за что и получили меткое прозвище рогоносцы, — и с корсеками[415] в руках. А рядом с ними ползли вовсе уж отвратные твари — коричневые, с торчащими костями, напоминающие сильно траченных разложением бескрылых драконов. Были и еще несколько уродов, похожих на огромные куски мяса, из которых тоже торчали осколки белых костей, из постоянно разинутых пастей капал смертоносный яд, от одного запаха которого люди послабее теряли сознание. Противостояла им не менее пестрая рать демонов.

— Жуткая драка, — прошептал де Локк, глядя на сцепившихся насмерть врагов. Теперь уже почти ничего нельзя было различить в той чудовищной свалке, творившейся под стенами бааловой крепости. — Не завидую я д'Абисселу с де Монтроем, если они еще живы.

— Когда зло сражается со злом, а тьма с пламенем бааловым, — наставительным тоном, всегда раздражавшим де Локка, произнес отец Вольфганг, — они сами того не поминая играют на руку Господу и нам, детям его.

— Я понимаю это, отче, — вздохнул граф, — но вот как представлю, что когда-нибудь объединенная орда таких вот тварей хлынет в земли империи…

— Мы сокрушим его, — отрезал клирик, — ибо с нами Господь.

— Да будет так, — не в силах спорить с чрезвычайно упрямым в некоторых вопросах священником произнес де Локк, приглядываясь к битве нежити и демонов.

— Тиаматы и Владыки сдерживают червей и драколичей[416], - отрапортовал Темный Паладин Ганелону, — но на долго их не хватит. Нежить рвется к нам с небывалой яростью.

— Собирай всех во внутреннем дворе, — приказал Ганелон, поднимаясь с трона и поудобнее перехватывая топор. — Дадим нежити бой. Все летучие пусть атакуют их сверху.

— Есть, — кивнул исполнительный Паладин и вышел. Черный плащ с алым подбоем лихо взметнулся за его спиной.

Ганелон усмехнулся его выпендрежности и вышел вслед за ним. За стенами донжона царил подлинный хаос, который был столь любим черному сердцу бывшего графа. Согласно его приказу все демоны, что имели крылья и могли летать, обрушивались с небес на врага, атакуя, в основном, червей и драколичей, они отрывали от них куски гниющей плоти или пронзая их своими тонкими мечами, целя в глаза и пасти. На все нападки их увенчивались успехом — нередко кто-то из воинов Долины мук или не особенно шустрых советников или герцогов попадали на зуб к драколичу или в необъятный зев червя.

Еще раз усмехнувшись Ганелон ринулся в самую гущу схватки, ловко орудуя громадным боевым топором. На земле берсерки и Темные Паладины противостояли зомби, скелетам, призрачным воинам, а также элите войск Килтии — черных храмовников и проклятых комтуров, чьи шлемы по прихоти богини смерти украшали длинные ветвистые оленьи рога.