Преломление истинности, или найти пару по рогам (СИ) - Альвара Гаал - Страница 45

Лишь только северное святилище было невозможно покинуть дракитулу, но и навестить его было никак, чтобы проверить, вдруг его там и нет. Несколько сотен лет назад на горы Кайдиие напали почти все кайдраэмы из Башни Отсутствия. Видимо они решили что северное святилище самое незащищенное, и теперь пепел почти половины из нападающих был погребен под снежной лавиной. Путь к одному из девяти дракитулов был закрыт на долгое время, но королевский дворец и не пытался расчистить его, будто желая таким образом обезопасить и дракитула и мир от очередного нападения. Я мотнул головой, откидывая неприятные мысли, их и так было достаточно сегодня.

Возможно я сам был виноват в его стремление к воле, подталкивая его рассказами о мире, книгами о природе и королевствах. Он мог решить, что его задача уже выполнена, и он может оставить разлом, но Лит — это самый первый дракитул, тот, чья сила не только помогает удерживать второй разлом закрытым, но и тот, кто должен отвоевывать свой дворец при любой опасности.

— Теперь я буду присылать к тебе охрану, а также мастеров, которые обучат тебя военному искусству.

— Что? — Мужчина ошарашенно уставился на меня, его плечи слегка подрагивали. — Ты имеешь ввиду драконов и людей? Других?

Он будто только сейчас осознал, что последний час находился с более чем одним разумным существом рядом. Глаза загорелись и губы растянулись в широкой и слегка жуткой улыбке, но он быстро подавил этот порыв, благодарно уставившись на меня.

— Да, другие драконы. Они будут учить тебя, раз твое местоположение и так раскрыто кайдраэмам. Нет смысла тебя прятать и дальше, лучше позволить тебе защищаться.

— Я так виноват, — дракитул сцепил руки, выламывая пальцы, я тут же накрыл их своей ладонью, — вы ведь их поймаете? Я так устал от этих пепельных лиц.

Я кивнул, следя за взглядом друга. Он почти перестал метаться, замерев, глаза широко открылись, словно пытаясь высушить зарождающиеся слезы. Как же им было одиноко и тяжело тут, в очередной раз сердце заныло за судьбу существ, замерших во времени.

Кто-то аккуратно постучался, а затем показалось нервное лицо Каспиана. Он оглянулся назад и быстро протиснулся к нам в комнату, замерев у двери, вытянув чашу.

— Я смог её найти, наконец. Мне пришлось подыграть Дане, поэтому ему, — парень махнул в сторону Лита, — придется выпить ещё чашу.

— Нет, — Лит закричал, замотал головой, будто пытаясь выкрутить её из своих плеч, — я не перенесу это ещё раз.

Он схватился за бок, где я увидел маленькое алое пятно. Ножик не смог пробить насквозь его одежду, но видимо всё равно причинил вред. Выхватив чашу у Каспиана я начал внимательно разглядывать её, тонкий и будто хрупкий материал походил на кость, но был розовым внутри. Раз Литу приходилось пить кровь, понятно что это за оттенок такой. Принюхавшись, я учуял знакомый запах пепла, а затем перевернул его дном. Через тонкие прорези были продеты драгоценные проволоки с алмазной инкрустацией, удерживающие массивные ножки. И между ними тремя виднелся венечный шов, который соединяет теменные кости с лобной. На черепе.

Отпрянув от чаши, я чуть не выронил её, ко мне тут же кинулся Каспиан, закряхтев от недовольства и будто страха.

— Осторожнее, без неё не получится, — парень замялся, я заметил быстрый укол взгляда, направленный на Лита, но затем он продолжил, — приманить их.

Я кивнул, возвращая чашу из чьего-то черепа обратно Каспиану. Он замер, выжидающе всматриваясь в Лита, но дракитул сполз по стулу, стараясь уменьшиться в своих размерах. Устало выдохнув, Каспиан топнул ногой и запихнул емкость куда-то под одежду.

— Все дракитулы такие неженки? И как ты вообще согласился на такое?

— Я, — Лит замолчал, я впервые видел его в таком состоянии, — лишь хочу свободы.

— Им всё равно придется выйти из святилища, иначе они растворятся в нашем мире, безвозвратно. Расставим стражей у главного входа в святилище, если ты знаешь ещё какие-то тайные ходы, — я многозначительно посмотрел на Лита, — самое время рассказать о них.

Каспиан презрительно хмыкнул, но неожиданно закашлялся, и поспешил выйти из комнаты. Легкое недоумение застыло на моих губах, так и не превратившись в осмысленный вопрос, Каспиан ведет себя странно. И я надеюсь, что это лишь последствия его взаимодействия с кайдраэмами, наверняка его пытали не только настойками, есть ещё что-то, заставляющее его всё ещё играть роль в их планах.

Встав, я сжал плечо Лита, пытаясь подбодрить его, а затем вышел из комнаты. Я надеялся увидеть ещё три отряда драконов вместе с людьми, как и обещал страж, но в зале было мрачно тихо. Позвав Каспиана, я услышал возню за соседней колонной, а затем на меня накинулся парень.

Черные крылья разрезали каменный пол, оставляя тонкие борозды, я запнулся и почти распластался на полу. В последний момент взмахнул крыльями, подпрыгивая на пять метров вверх и уворачиваясь от острых зубов твари. Что же с академией происходит, если мы не можем справиться с парочкой сумасшедших монстров.

— Я так устал от тебя, — промямлил парень, утирая кровь с губ, я же уже заметил несколько тел драконов, лежащих в оранжевом пламени, — интересно, какова твоя кровь на вкус.

Я спикировал вниз, откидывая кайдраэма от двери, ведущей в комнату с Литом. Он умудрился зацепить меня рогами, на руке расцвела алая роза, а взгляд парня ожесточился, руки начали трястись, а крылья, будто волны, разметались за спиной. Схватившись за руку, не давая крови вытекать я бросился вверх, понимая в каком состоянии мой противник. Когда кайдраэм не ест долгое время — даже вид крови полностью заглушает их мысли, разрешая инстинктам выйти и царствовать над телом.

— Я заберу и твою кровь и крылья, — рассмеялся парень, гонясь за мной под потолком, — хоть и придется поделиться с дракитулом таким деликатесом.

Меня передернуло, когда я представил Лита, пьющего мою кровь. Вряд ли они даровали бы ему свободу, кровавые ритуалы ведут не к освобождению, а к хаосу, и его угораздило принять участие в этом.

— А ведь ты был так близок к истине, если бы не Каспиан, — кайдраэм умолк, и я ощутил жесткую хватку на щиколотке, — хитрый поганец.

Выплюнул парень, а затем спина встретилась с холодным камнем шероховатой стены, несколько выпуклостей впились мне в спину. Свалившись на пол, я перевалился на спину, чтобы иметь больший обзор и в ужасе уставился в разинутую пасть противника. Сероватые клыки завороженно двигались во рту, пока он говорил.

— За его предательство, он будет следующим ужином, — пробормотал кайдраэм, ухватившись за мои волосы, — а затем…

Неожиданно его ноги дернулись, и что-то оттащило его от меня. Истошный крик разнесся по залу, и я увидел как его пожирает мрамор, раздавливая ноги, крылья и тело. А затем он полностью утоп, оставляя меня одного в зале. В груди не хватало воздуха уже несколько минут, и я наконец позволил себе вдохнуть, зрение чуть прояснилось, и я увидел Лита, замершего на потолке над нами. Он яростно всматривался в пол рядом со мной, наверняка продолжая бороться с кайдраэмом.

— Спасибо, — прошептал я, пытаясь подтянуться на локтях.

Левая рука ужасно саднила, я оторвал часть своей рубашки, быстро перемотал руку и огляделся в поисках Каспиана. Я вышел через пару секунд за ним, а парня уже не было, если кайдраэмы узнали, что он следует не их планам, его могли убить. Лишь бы парень не заигрался с запретными книгами. Устало выдохнув, я расслабил плечи. И когда же в этой академии наступит спокойное время?

— Девушка в соседней комнате.

Лит мягко спрыгнул рядом со мной, указывая на неприметную дверцу, между разрушенными книжными шкафами, её завалило досками и книгами. Я одобрительно кивнул — хорошее место для того, чтобы спрятать Элис.

Заметив легкое движение досок, я кинулся вперед. Слегка затормозив, удивленно ухватился за плечи Элис, вылетевшей на меня из комнатки. Её волосы, будто горящий факел переливались в огне, лицо измазалось в пепле и крови, а левая рука безвольно висела, не желая подчиняться. Заметив меня, её взгляд смягчился и девушка шагнула ко мне, прижимая уцелевшую руку к груди, я тут же обхватил её, закрывая крыльями. Её тихие выдохи были очень частыми, будто подражающими ударам сердца, видимо Элис много плакала и сейчас пыталась успокоиться.