Миара. Рождение Тени (СИ) - Линн Эва - Страница 10

Харт буквально влетел в дверь, пытаясь выровнять дыхание, застыл и максимально почтительно поклонился.

— Получилось, мой господин. — поймав все еще недовольный взгляд Императора, Харт склонился вновь и добавил. — Сила Тьмы пробудилась.

Император медленно отложил бумаги, недоверчиво, но заинтересованно склонил голову набок.

— Она?

— Как вы и предполагали, господин.

— Мы только три недели назад начали, слишком рано.

— Похоже в этот раз образец попался поистине уникальный. Будь то не правдой, я бы ни за что не стал вас беспокоить.

Правитель империи моментально поднялся и направился к выходу, более не задерживаясь и не задавая вопросов.

Путь до подвальных камер был полон предвкушения. Он ждал, так долго ждал. И вот, наконец, сработало. Способ был по истине простым, но гениальным. И пусть он лишь усовершенствовал его, но никто другой и не решился бы на такое.

Император назвал это ритуалом.

В каждом завоеванном кусочке Империи, соседних стран, а с недавних пор и иных миров, его слуги отбирали сильнейших. Тех, в ком виделся нешуточный потенциал силы. И он даровал ее. Не оформленную, чистую, саму суть магии, смешанную с его кровью. Так, чтобы пробудить что- то новое в объекте. Как же невероятно удачно все сложилось. Найти ценнейший и практически бесконечный источник силы в мире, где магии отродясь не было, иначе как помощью Великой Тьмы он бы не назвал. И Дарлан использовал дарованную высшими силами милость на полную.

Какую именно магию получит выдержавший ритуал никто не знал, закономерности так и не получилось установить. Да и выдерживали такие эксперименты далеко не все. Большинство получали посредственное владение магией на уровне поднятой в воздух кружки, не более. В перспективе нескольких лет достаточно, чтобы постепенно магия укоренилась в крови, передаваясь от родителей к детям и множась уже естественным образом. Медленно, но для его новой Империи необходимо. И все же за годы своего правления Император отыскал пятерых, настоящих гениев в своей силе. Кажется, Великая Тьма преподнесла ему шестую. Да еще и с той самой силой, что он так отчаянно желал увидеть в каждом. Той, что так отчаянно искал. Но раньше весь период пробуждения с удачным исходом занимал не менее трех месяцев. Сейчас же шла лишь четвертая неделя. И это несколько настораживало.

Они спускались все ниже и ниже, и на разветвлении коридора свернули не вправо к темницам, а влево. В ту часть дворца, куда свободно могли проходить лишь несколько лиц и куда переместили всех подопытных с начала эксперимента. За массивной черной дверью был небольшой балкончик, с которого можно было наблюдать за всем происходящим чуть ниже. Восемь камер — комнат. В каждой одна стена полностью сделана из закаленного его собственной магией стекла, чтобы можно было видеть все происходящее внутри. Дарлан знал, что в этот раз в эксперимент попали шестеро. И лишь в четырех камерах горел свет. В одной из них он погас, пока мужчина спускался по лестнице в указанном Хартом направлении. Минус один.

В первой комнате бесновалось некое существо, лишь отдаленно напоминавшее человека. Значит и эта камера вскоре опустеет.

Во второй на полу лежал мужчина. Он пустым и будто невидящим взглядом смотрел неотрывно в потолок. Такие тоже были. И они иногда приходили в себя, но силу развить не могли, а потому отправлялись в нижайшие армейские подразделения Империи. Скот на убой, более не имеющий никакой пользы.

Харт остановился у третьей камеры, приглашая своего повелителя подойти ближе. На полу, подогнув под себя ноги, спиной к стеклу сидела женщина. Ее длинные красные волосы волнами стекали до самого пола. На правой руке чернели узоры татуировки. Женщина сидела прямо, гордо распрямив спину. Не сломленная, как остальные. Харт собирался что- то произнести, но осекся, прерванный жестом Императора. Сейчас никакая информация была не нужна. Сейчас было время наблюдать, потому все отошли от Дарлана подальше, не смея вторгаться и мешать.

Женщина чуть склонила голову, словно услышав подошедших. Она медленно развернулась, припав на одно колено. В кровавых глазах вспыхнуло узнавание. Те самые черные глаза, в которых она тонула в своих кошмарах, сейчас пристально изучали ее и ждали. Чего именно не мог бы объяснить и сам Император, но ощущение близкого ответа на его надежды слишком явственно витало в воздухе. До того маняще оседая на языке, что Дарлан невольно облизнул губу.

Медленно, тягуче, женщина поднялась. Ее лицо не выражало никаких эмоций, кроме заинтересованности и злости, с которыми она оглядывала Императора. Она была красива той холодной красотой, которая быстро и легко пленяет, и убивает также стремительно. Стройное подтянутое тело, голые ступни. Все в ней казалось будто искусственно четко вырезанным, но при этом самым настоящим. Женщина весьма старательно сохраняла невозмутимость и делала вид, что не боялась. И ему это нравилось.

— Как твое имя?

Император подождал с минуту, но ответа не последовало. Она не шевелилась, только смотрела на него. Дарлан знал, что язык она понимала. Он и об этом позаботился, вернее, кровь, используемая для ритуала.

— Я спросил, как…

— Где мои дети? — перебил его слегка осипший будто от долгих криков, но не утративший своей мелодичности голос.

— Здесь я задаю вопросы.

— Хотите услышать ответы, — женщина подошла на пару шагов ближе к стеклу, сузив глаза от злости, — тогда ответьте первым, где мои дети.

Несколько недель в полном беспамятстве, когда она не могла совсем ничего понять. И лишь сегодня, очнувшись после очередного обморока, начала действительно осознавать происходящее. Сейчас ее абсолютно ничего не волновало, кроме своей семьи. Женщину и мужчину разделяло лишь стекло и несколько шагов с каждой стороны. Она была явно ниже, макушкой едва доставала бы Императору до шеи. Дарлан повернулся к первчому висперу, ожидая от того разъяснений и действий. Краем глаза он заметил, как женщина замерла, практически задерживая дыхание и ловя каждое слово.

— Близнецов временно разместили в западной части этого крыла.

— Привести.

Харт удивлённо сморщился, но спорить с повелителем не посмел бы и отправился к выходу. Дождавшись, когда они остались практически одни, Император вновь обратился к женщине.

— Сейчас их приведут. — губы мужчины дрогнули в хищный улыбке. — А пока ты будешь отвечать на вопросы.

Женщина нехотя кивнула, принимая озвученные правила.

— Итак, твое имя?

— Миара.

— Миара, значит. — он словно пробовал, как оно звучит на вкус. Затем кивнул. — Я запомню.

— А вы? — решилась задать встречный вопрос женщина.

— Дарлан.

Миара нахмурилась.

— И тот завоеватель, что уничтожил мой дом. Кажется, еще вас называли Императором.

Не спрашивала, утверждала.

— Правильно, хотя не пойму, когда успела узнать.

Женщина перевела взгляд на стоящих в отдалении кучкой прислужников.

— Я ведь почти все помню. И еще вот они очень любят поговорить и делают это громко.

— Значит, все верно.

Император кивнул, мысленно отметив, что не мешало бы приструнить всех слуг от лишней болтовни в присутствии пленных, и получил в ответ улыбку не менее хищную, чем его собственная.

— Тогда я тоже запомню.

В следующую секунду женщина упала на колени, схватилась за голову и закричала так, будто ее разрывали изнутри. В голове творился хаос, все нутро обжигало раскаленными иглами. К Миаре со всех углов и потайных мест начали кусками ползти темные пятна, собираясь и хаотично кружась вокруг нее. Дарлан зачарованно наблюдал за таким долгожданным зрелищем. Она совершенно не умела контролировать эти силы. Пока что, пусть и изо всех сил пыталась. Магия выплескивалась стихийно, беспорядочно. Но это была она, сила тьмы. А значит Дарлан наконец приблизился к своей цели. Еще на шаг.

Миара опустила голову прямо на холодный пол, пытаясь глотнуть больше воздуха и успокоиться. И, кажется, ей это удалось. Движения сгустков тьмы и теней стали менее хаотичными, они постепенно собирались в одно большое черное облако. Миара поднялась гораздо более резко, чем раньше, и посмотрела на Дарлана. Ее глаза на несколько мгновений стали абсолютно черными, похожими на его собственные. Да, именно такими были глаза его отца, он очень хорошо их помнил.