"Фантастика 2025-32". Компиляция. Книги 1-36 (СИ) - Зубенко Александр - Страница 1521

Ему не хотелось два часа морозить задницу на жестких, холодных сиденьях грузовика. Ему не хотелось уезжать из города по зиме, в эту мерзкую погоду. Ему не хотелось разгребать проблемы Спара. Тем более ему не хотелось общаться с другими аристократами и обходиться без насилия.

Ирония ситуации заключалась в том, что семья Башкировых, соседи города Лесного, были также соседями бывшего города семьи Вологодских. Которые когда-то этот город заложили, потом от семейства ничего не осталось, кроме самого Люция, и бразды правления перешли другой семье. Что там с самим городом — Вологодскому было плевать. Те события для него произошли настолько давно, что эмоции улеглись и испарились. Но вот то, что придётся общаться с Башкировыми, которые его знают, — это да, могло осложнить дело. Времени много прошло, всё десять раз поменяться успело, но тот факт, что городом сейчас правит старый знакомый, с которым они когда-то соперничали — настроения не добавлял.

Наконец караван прибыл в город. Люций выбрался и, не прощаясь, направился к стене. О встрече он предупредил заранее, через гильдию связистов, послав короткую весточку, что собирается заглянуть в гости. Ответа он дожидаться не стал, поэтому был вариант, что его просто не пустят. И тогда эта история станет резко веселее, правда, будет сложновато обойтись без «никого не убивай». С другой стороны, Башкировы под руку к Такену идти не спешили, цеплялись за вольницу, поэтому с ними можно было делать что угодно.

Но пустили.

Люций разочарованно скривился, когда его без лишних вопросов пропустили через стену. Что, в целом, разумно. Потому что стена для ныряльщика его уровня не больше чем фикция. Не разнесет, так перепрыгнет.

За стеной ему выдали сопровождающего, который и повёл Вологду на встречу.

Заставлять ждать его не стали. Пригласили в гостиную, где находилось четверо мужчин. Один старый — знакомый Люция — и трое молодых, удивительным образом похожих на старого. Наличие здесь сыновей, которые ощущались вполне себе крепкими ныряльщиками, как и отряд гвардейцев в соседних комнатах, говорило о том, что хозяин отнёсся к гостю с должным опасением.

— Люций! — воскликнул старик. — А я уж и не надеялся, что заглянешь в гости! Почти двадцать лет о тебе ничего слышно не было!

Вологда ответил не сразу. Помолчал, нагнетая обстановку и заставляя сыновей нервничать, огляделся. Зал был или олицетворением дурного вкуса, или следствием желания показать богатство. Вся эта резная мебель, ткани цвета золота, вазы и хрусталь, картины и прочее на фоне Люция, который пришёл в потёртой, простой одежде, смотрелись особенно пестро.

— Дмитрий, — сдержанно кивнул Люций. — Гулял по другим мирам, вот и не было слышно. Ты, смотрю, стал главой клана?

— Всё верно, — улыбнулся Дмитрий Башкиров. — А это мои сыновья, — сказал он с гордостью. — Старший, — кивнул он на одного из мужчин, — уже стал полным легендарщиком. Остальные двое от него не отстают. Достойная смена растёт. А ты как? Обзавёлся наследником? Или всё так же женат на Грозе, если верить слухам?

Люций фальшиво улыбнулся, в деталях представив, как всех здесь убивает. О том, что он всё никак не может завести наследника, сплетни ходили ещё лет тридцать назад. Так что сейчас Дмитрий над ним издевался, демонстрируя своих сыновей, и оскорблял Грозу, намекая, что она не способна родить.

— К сожалению, сын у меня всё же появился, — ответил Люций.

— К сожалению? — не понял Дмитрий.

— Больно злобный пиздюк вырос, — улыбка стала кривой и зловещей. — К Такену на службу поступил. Тот его поставил рулить Лесным. Ну да ты это должен был слышать.

— Беловолосый наместник, — не стал отрицать Башкиров. — Слышал, слышал. Покупал у него мясо с какой-то большой твари. Так, значит, твой сын теперь городом правит?

— Скорее взял его под своё крыло по просьбе Такена, — ответил Люций. — Собственно, поэтому я и пришёл. Поля вы забрали, которые Лесному принадлежали. Нехорошо. Вернуть бы надо.

— Не знаю, кто и что там тебе сказал, но явно обманули. Знать не знаю ни про какие поля. Разве что Лесник мне часть земель продал.

— И что, даже бумаги есть? — поинтересовался с любопытством Люций, который прекрасно видел, что ему нагло врут.

— Да какие бумаги, ты что, — развеселился Дмитрий. — Мы с Лесником дела так вели. На доверии. Жаль, что его убили. Уж не твой ли сын постарался?

— Удивительно, но нет. Он тут ни при чем. Так что же, не хочешь земли вернуть по-хорошему?

— Так если бы было, что возвращать — так отдал бы, конечно! Но я человек честный, мне чужого не надо! Но и своё не отдам!

— Дима, Дима, — осуждающе сказал Люций. — Годы идут, а ты всё такой же прохвост. За идиота меня держишь? Я прекрасно вижу, когда мне врут. Давай без этого. Просто верни земли и разойдемся по-хорошему.

Люций перевёл взгляд на старшего сына, который гневливо дернулся, но короткий жест от его отца, и тот отошёл обратно.

— Я уже не тот человек, которого ты когда-то знал, Дима, — сказал Люций вкрадчиво. — Уверен, что не хочешь решить вопрос по-нормальному?

— Что и требовалось доказать, — раздражённо дернул щекой Башкиров. — Такен на словах весь такой добрый, об общем благе радеет. Но как доходит до дела — присылает мясника, который оскорбляет меня в моем же доме! На глазах у сыновей!

— Ты не под рукой Такена, а значит, не можешь рассчитывать на его защиту. В том числе защиту от меня. И послал меня не Такен, жена отправила. Сына поддержать, пока он по перекрестку бегает.

— Вот и пусть бегает, — раздражённо ответил Башкиров. — Да и ты сам, Люций, иди, откуда пришёл, раз забыл, что такое правила приличия.

Люций поднялся, представил, как выхватывает меч и заставляет всех здесь пожалеть о сказанном. Собравшиеся отчетливо напряглись, но напасть не рискнули. Разочарованно вздохнув, не прощаясь, Люций ушёл.

Проклятый мир оказался не таким уж интересным местом, как нам рассказывали. Про скупость добычи я уже говорил. Демоны, которые бегали поблизости, пусть и были в среднем посильнее, но прогресс моих глаз шёл слишком медленно. Я чувствовал, что остались жалкие доли процента, но никак не мог их добить. Также выяснилось, что продвижение по рангам идет не настолько быстро, как хотелось бы. В силу того, что с каждым рангом добавляется понижающий коэффициент. Грубо говоря, если ты новичок, то за одного демона тебе дают единицу. А если ветеран — то пол-единицы. Получается, чтобы двигаться с той же скоростью, надо охотиться на демонов посильнее.

Что в целом логично, иначе бы высшие ранги добывались слишком легко, но блин… Никто из нас не хотел застрять здесь надолго. Наш наивный план был в том, чтобы за короткий срок снять все сливки. С чем вышел облом.

Справедливости ради замечу, что мы почти каждый день тратили по четыре-пять часов на тренировки. После которых отдыхали и отправлялись на охоту. Тратя ещё три-шесть часов, выполняя одно-два задания и зачищая всех, кто попадался по пути.

Шупа с Калией ничего не говорили, но было видно, что находятся они здесь без энтузиазма и не прочь свалить. Тамара… Ну, она единственная из нас, кто ходила пообщаться с народом и воспринимала это место с интересом.

Шуточки про поиск мужа перестали быть шуточками.

В этом ей помогал общий рейтинг тех, кто находился в цитадели. Внутри неё имелся один зал, который называли общим. Там ели, отдыхали, общались. Мы, как новички, чтобы внимание к себе лишнее не привлекать, держались в стороне. Ну, не считая Тамары. Та умела не только в неприятности влипать, но и знакомства заводить. На самом деле мы все умели, но лично мне было лень. Остальные тоже желанием не горели. В общем, был в этом зале артефакт, который прямо на стене висел, там в реальном времени с помощью иллюзий выводился список самых результативных бойцов. Не по силе, а по тому, сколько они демонов уничтожили.

Так что у Тамары был список из десяти потенциальных мужей. К чему я не знал, как относиться. С одной стороны, у меня уже и так три жены намечается, да и все эти игры в «братика» напрочь отбивали любой сексуальный интерес, но блин… Вот так найдет себе мужика и свалит. А этого допускать нельзя. Но и принуждать не хотелось бы. Учитывая проблемы Тамары с поиском партнера, если она найдет своё личное счастье, то запрещать ей это как минимум некрасиво. Было над чем подумать.