Танцующая среди льдов (СИ) - Эйхен Елена - Страница 2

— Будь благодарна за предоставленную возможность. Куда отправят, туда и поедешь. Иначе — тюрьма за непослушание.

Вот так милостивый правитель! Дрожащими пальцами я взяла папку, расписалась за получение и открыла… Сердце замерло.

Академия Шаттенфрост.

— Только не туда! — Слова сорвались с губ, прежде чем я успела их осмыслить.

— Тогда в тюрьму, — отрезала секретарша.

***

Так получилось, что в Академию Шаттенфрост с курсов отправили только меня. Утром нас отвезли на вокзал, и мы с Мелиссой простились, пообещав писать друг другу как можно чаще и встретиться через год. Ведь мы собирались провалить обучение как можно быстрее. Для этого мне нужно было просто продолжать делать то, что раньше — притворяться «дурочкой». Смешанным детям дали всего год, чтобы доказать, что они не хуже остальных. Если получится — продолжишь учебу, если нет — отправишься на низшие работы, как и было задумано с самого начала. Именно этого я и хотела: уехать в безопасное место, подальше от всех, стать невидимой.

Поезд выглядел совершенно обычным, и на первый взгляд ничего особенного не происходило. Однако вагон оказался пустым. Выбирай любое место, наслаждайся поездкой… Но было как-то не по себе. Странное предчувствие не отпускало, и я решила проверить соседние вагоны. Но ничего не вышло — все двери были заперты.

Когда я уже подумала, что больше никто не придет, появился проводник — седой старик в серой униформе.

— Ты должна сойти с поезда ровно в восемь утра, — сухо сказал он.

— А где все?

Но старик как будто меня не слышал.

— Твой телефон перестанет работать, как только мы проедем тоннель, — продолжил он скрипучим голосом. — Так что, начиная с семи тридцати, следи за ним внимательно. Как отключится — первая станция твоя.

Старик развернулся и направился в сторону другого вагона.

— Подождите, а…

Но он уже скрылся в тамбуре.

Конечно, я проспала. Когда открыла глаза, телефон уже не работал, а проводника в вагоне не оказалось. Я сидела, вглядываясь в окно, пытаясь понять, не проехала ли я свою станцию.

Поезд вдруг замедлился и остановился. Я накинула пальто, схватила рюкзак и вышла наружу, пытаясь понять, куда меня занесло. Снег… Много снега… Горы до самого неба, и снова снег. День сейчас или ночь? У перрона расположилась деревянная станция с выбитыми стеклами, мрачная и как будто заброшенная. На вершине горы, упираясь башнями в тучи, виднелось темное здание, похожее на замок. Может, это Академия Шаттенфрост?

Скрипнула дверь зала ожидания, и на перрон вышел смотритель станции. Равнодушно глянув на меня и не дождавшись вопросов, он лениво бросил:

— Что стоишь? Тебе туда.

Он посмотрел наверх.

Глава 2

Я направилась вдоль здания станции к горе, но внезапно услышала за спиной резкий окрик:

— Стой!

Обернувшись, я встретилась с насмешливым взглядом смотрителя.

— Но вы сказали… — начала я, но он перебил меня:

— Проход через зал ожидания, — сказал он. Потом добавил почти шепотом: — Вот же! Кто угодно теперь приезжать будет.

Конечно, он сказал это из-за нового закона о смешанных. Да кто он вообще такой? Подняв подбородок, я уверенно прошла мимо, толкнула дверь и оказалась внутри зала ожидания. Пустые ряды сидений встретили меня молчаливой тишиной. У стены напротив я увидела длинный каменный стол с двумя вазочками — одна с конфетами, другая с печеньем. На этом же столе, ближе к углу, на странном зеленом агрегате мигала тусклая лампочка. Я приблизилась, разглядывая кнопки в виде снеговиков, на которых красовались наклейки с изображениями дымящихся чашек. Кофемашина. Ну и чудеса!

Над столом висел деревянный стенд с примагниченными листами. На одном напечатали: «Будьте вежливы! Не забывайте оставлять чаевые». Я усмехнулась, оглянувшись по сторонам — никого. Ну, значит, можно не беспокоиться, да и чаевых у меня не было. Рядом болтался неровный лист бумаги, на котором написали от руки: «В зале ожидания без надобности не задерживаться».

И еще одно объявление: «На станцию нужен дежурный. Требования: только мужчины. Опыт необязателен. Условия: ночные смены три или четыре раза в неделю. Заработная плата: десять фростинов за смену. Обращаться к смотрителю станции».

Десять фростинов за смену… Я не удержалась и поспешила вытащить из кармана телефон, чтобы сфотографировать объявление. Деньги бы мне сейчас очень пригодились. Работы нет, на что жить — понятия не имею. Если бы поехала на юг, могла бы там хоть как-то зарабатывать. А теперь… Я нажала кнопку сбоку, но ничего не произошло. Еще раз — никакой реакции. И тут меня осенило: телефон-то здесь не работает. Чудесно! Я вздохнула, осознавая всю абсурдность ситуации. Что ж, придется идти сразу к смотрителю.

Но, натянув приветливую улыбку и сделав шаг в направлении выхода на перрон, я внезапно вспомнила главное — только мужчины. Конечно. Еще раз вздохнув, я обреченно пошла к другому выходу и двинулась в сторону академии.

Повсюду снег. Никогда раньше я не видела столько снега. Мягкие хлопья сыпались с неба и, подхваченные ветром, забивались под воротник моего легкого пальто, и лезли в глаза. Капюшон почти не спасал, а варежек и шапки у меня и вовсе не водилось.

Ноги увязали в рыхлых сугробах. Нигде не видно тропинки. Неужели здесь с утра никто не проходил? Холод пробирался под одежду. Вдруг ноги разъехались, и я с глухим звуком рухнула в сугроб.

— Ах ты, снежная ведьма! — выругалась я, пытаясь подняться, но снова упала.

Под ладонями я почувствовала что-то холодное и твердое. Разгребая снег, я обнаружила гладкий, прозрачный слой льда. А под ним… под ним плавали крошечные рыбки, светло-голубые и почти прозрачные. Ледяное озеро! Вот это сюрприз! Здесь я могла бы пополнять свою энергию. Усмехнувшись, я встала, потирая замерзшие ладони, и двинулась дальше.

Наконец, впереди у самой горы показался лифт. Как будто стеклянный. Стоило мне подойти, как двери разъехались. Внутри на панели четыре кнопки: первая — Совет, вторая — Академия, третья — с буквой Х, которую нельзя было нажать, только приложить специальный чип. Последняя кнопка вела в Долину, туда, где я сейчас находилась. Я выбрала Академию, и двери закрылись. Лифт тронулся, мягко поднимаясь. Я инстинктивно прикоснулась к стене, но тут же одернула руку — стены оказались холодными как лед. Нет! Это и был лед! Лифт тоже сделан изо льда. Я усмехнулась.

Лифт остановился, и двери открылись. Я вышла. Все утопало в густом сером тумане. Внезапно с правой стороны дорожки вспыхнули голубым светом невысокие прозрачные стрелки. Я подошла и коснулась одной из них — она оказалась ледяной. Конечно, чему тут еще удивляться?

Я направилась в сторону, куда указывали стрелки. Вскоре увидела массивные черные двери. Они беззвучно распахнулись передо мной, и я замерла на месте. Тревожное предчувствие сдавило грудь, но я все же сделала шаг вглубь мрака, навстречу неизвестности.

***

Внутри царила абсолютная тишина. Колонны, уходящие ввысь, терялись во мраке, создавая ощущение бесконечности, словно потолка в зале вовсе не существовало. Изредка вдоль стен мерцали тусклые лампы, и их слабый свет едва освещал крошечные участки пространства приглушенным, почти мистическим светом. Воздух казался густым и холодным. Впереди в центре зала, виднелась фигура мужчины в униформе. То ли охранник, то ли дворецкий. Его осанка была безупречно прямой, как у статуи, будто он врос в это место, став неотъемлемой частью древней архитектуры.

— Здравствуйте! — сказала я.

Он не шелохнулся. Повторила попытку, громче и с усилием, но вновь — лишь тишина. Я подошла ближе, обходя его с осторожностью. Как только я взглянула ему в лицо, внутри все сжалось. Пустые глазницы безмолвно смотрели в никуда. Я онемела от ужаса.

— Приехала слишком рано, — раздался холодный, пренебрежительный голос, и я резко пришла в себя. — Сразу видно, ты не из тех, кто понимает, где оказался.