"Фантастика 2025-25". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Бикмаев Сергей - Страница 1523

Макс же спокойно готовил второй состав переселенцев. Всех разместив и опросив еще раз он удостоверился в работе программы и дал добро на старт. Старт был как обычно с другой стороны Луны, чтобы не напрягать местных астрономов. Потом он опять вылетел на остров, благо, что сейчас там ночь. Он подумал, что ему предстоит еще пару рейсов и все. Потом он долго тут не появится. Да и все что он уже увидел ему не понравилось.

- Сань, а чего ты Лилу притащил-то? – спросил отец. Мы и так тут справляемся. Да и светиться нам не надо Я вон чуть не светанулся со своими выкормышами из школы.

- Да ей там пока скучно. Все сделала. Да ты и сам говорил, что мы социальные животные. Нам нужно общество. – ответил Александр.

- Ладно походим по ресторанам. Только в ночной клуб ни шагу. Там вообще труба. – согласился отец. – И не в Москве. Сингапур самое место.

Лилу потусовалась в Сингапуре. Потом отец поехал в Гонконг. Она ему упала на хвост, пока брат разбирался с контингентом из Австралии. Она попросила его показать ей ночной Гонконг. Макс был не против и они поехали на Лан Квай Фонг. Европейское место в Гонконге. Они прошли в одну из башен во вьетнамский ресторан. Это единственная азиатская кухня, которая была адаптирована к вину. Все-таки френчи там долго правили. Приспособили свои вкусы к азиатской кухне. А Лилу нравилось вино еще с Чили. Утка под апельсиновым соусом была просто великолепна, как и королевские креветки в кляре под устричным соусом. Им открыли Бургонь 2001 года. Оно как раз и легла на пищу. После ужина они поехали в Джей-Джей клаб в Гранд-Хайяте. Там была живая музыка и приличная публика. Но перед этим они сели в лобби отеля, а в Азии лобби определяло уровень отеля. В Гранд Хайяте лобби было очень крутое, аж на три уровне вверх. Пока не началось представление, они могли выпить по легкому коктейлю. Или попробовать мороженное. Лилу нравилось фисташковое. Но Макс предпочел красный юннаньский чай, а Лилу Маргариту. Они говорили на ее родном языке, чтобы его не забыть. Так Макс ей сказал, что надо иметь практику и не следует забывать свой язык предков. Она всегда знала, что отец ее поддержит и что он ее любит, как и мама. И совершенно не переживала по этому поводу.

Тут неожиданно подошли трое японцев к их столику и пригласили их к столу их босса. Они говорили на плохом английском. Макс поднял бровь. Лилу похолодела. Отец им объяснил, что никто никуда не пойдет. И если их боссу так нужно он может и сам к ним подсесть. На кантонском наречии. Добавив, что может им перевести и на тибетский, или английский, или еще на пять языков, если у них есть такие знания. Трое быков его явно не поняли. Тут Лилу сказала, что ей надо в туалет. Она встала и пошла в сторону сервисов. Макс вздохнул и пошел за ней. Все равно чай уже остыл.

Макс зашел в туалет, сделал свои мелкие дела и подошел к раковине вымыть руки. Тут к нему подошел большой японец и что-то сказал по-японски. Макс выгнулся против своей оси и пальцем ударил его в точку под ухом. Тот сразу упал. Макс вытер руки полотенцем, которое сразу выкинул в корзину под раковиной. В хороших местах они одноразовые. Взяв лимонную салфетку, опять вытер руки и вышел вон. У выхода он подождал Лилу и они вместе ушли из лобби в клуб. Там они посидели, послушав живую музыку и потом двинули в свой отель. Там же на острове. Идти было минут пять и они не стали брать такси. Вечер в Гонконге был нежарким и ветер с залива нес запахи йода и морской воды. Они дошли до отеля и Макс предупредил охрану, что за ними шли какие-то японцы, которых он не знает. И попросил, чтобы они приглядели за ними. Зная отношение китайцев к японцам, он был уверен, что за ними точно приглядят. Ночью их никто не беспокоил.

Утром он позавтракал с дочкой и отправился на встречу в Чайна-клаб в старом здании Бэнк оф Чайна. Это было знаковое место. Вообще-то в Гонконге было два клуба для избранных – это Гонконг-Клаб и Чайна-Клаб. Там совершались большие сделки и договаривались о совместных операциях большие боссы. Но Гонконг-Клаб был вотчиной англичан и туда Макс точно бы не пошел. Чайна-Клаб находился на верхних этажах старого серого здания Бэнк оф Чайна и туда люди Ротшильдов и Барухов особо не ходили. Тут была вотчина китайских олигархов. Они терпеть не могли всех этих клиентов HSBC и Standard Chartered. Памятуя о том, как они им совали палки в колеса, чтобы не дать им стать третьим банком, имеющим право печатать гонконгский доллар.

Макс поднялся на лифте и передал свою карточку подскочившему мэтру.

- Меня должны ожидать, - тихо сказал он на кантонском.

Мэтр тут же куда-то махнул рукой и тут же выскочил молодой китаец, который вежливо поклонился.

- Господни Ю Сон может проследовать за этим юношей, - раскланялся мэтр, - он вал проведет к месту встречи.

Макс проследовал за ним и тот привел его в кабинет, оформленный в чисто китайском стиле. Стандартный круглый стол с вращающимися кругами, только выделанный из какого-то ценного дерева и диван обитый шелком со всякими сценка из китайской жизни вышитые какой-то специальной нитью отдающей в платину и золото с красным. Стол был пуст и за ним сидело трое китайцев средних лет и один пожилой и совершенно седой, по все видимости, главный. Макс поклонился ровно столько сколько положено по этикету. И молчаливо взглянул на главного. Тот молча показал ему его место рукой. Макс сел за стол. Вообще-то китайцы решали свои дела за столом так же часто, как русские в бане. Если русские пригласили тебя париться – это знак того, что с тобой готовы говорить. У китайцев баня менялась на ресторан. Если они с тобой готовы разделить ужин, то это знак доверия и желания договориться. Но никак не знак того, что готовы идти на уступки.

- Мы заказали на свой вкус, но если хотите что-то добавить, я попрошу принести меню, - начал главный.

- Не стоит. Я знаком с кантонской кухней и найду себе что-нибудь по вкусу, - откликнулся Макс.

Не стоит начинать с просьб. Это была обычная проверка. Просить что-то он не собирался.

- Ну что же, тогда подождем, - кивнул головой главный.

Вслед за этим тут же появились подавальщицы и распорядитель. В китайской традиции было, что подают женщины, а распоряжается за столом мужчина. Они быстро раскидали все по столу и незаметно удалились. Максу это действо напомнило старый фильм, где горбатый главбандюк за столом начал говорить – «Садись мил человек поговорим, выпьем, о делах наших скорбных покалякаем». Поневоле чуть не фыркнул, но сдержался и сохранил лицо. Все приступили к трапезе. Вертели внутренний столик и брали рис, соусы, креветки, шанхайскую капусту в устричном соусе, чой-сам в чесночном. Копченая утка и свинина в кисло-сладком соусе, креветки в сычуаньском, гарупа под черным бобовым соусом на пару и еще многое, что могло бы сломить истинного гурмана китайской кухни. Макс поел супчика со сладкой кукурузой и мясом краба. Попробовал лапшу по-сингапурски и рис жаренный с яйцом и овощами. Оттенял все зеленый чай и потом пиво Тайгер.

Наевшись все откинулись на подушки дивана. Тут же все было убрано и сменена скатерть. Старая традиция заляпать всю скатерть означала, что еда была вкусной. Тогда ресторатор знал, что гостям еда понравилась. Восток.

Потом Макс себе заказал пу-эр юньнаньский трехлетний и двойной односолодовый виски 17-летнней выдержки с островов.

- Мы рады что вы согласились поужинать с нами господин Ю Сон. Или вас лучше называть вашим европейским именем? – произнес главный.

- Как вам удобно. Мне одно имя дали родители, а второе - моя профессия, - пожал плечами Макс. – Имя у меня действительно европейское, но фамилия тюркская. Так что выбирайте сами.

- Тогда господин Ю Сон у нас к вам два вопроса. Первый – мы начали массовое строительство судов на наших верфях и нам нужны двигатели такие же или лучше, как у корейцев. Они себя стали вести не совсем правильно, говоря, что у них есть приоритет по закупке вашей продукции. Мы им долгое время помогали нашими поставками, но сейчас мы уже готовы сами строить такие суда. Но строить старые версии мы не хотим. Там большие расходы на топливо. Но наши корейские друзья отказывают нам в поставке ваших реакторов. Нам это не очень нравится.