"Фантастика 2025-25". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Бикмаев Сергей - Страница 1156

Сразу после школы — чёрт бы её побрал, только мешает постоянно! — я отправился домой, но надолго там задерживаться не планировал.

Первым делом вызвал Есению.

— Что вам угодно? — спросила девушка, войдя в кабинет. — Снова мои способности?

После того, как я сделал ей предложение, Падшая уже не поднимала вопрос моральной или нравственной стороны того, как я достигаю своих целей. Для человека, воспитанного в матриархальном обществе, это, наверное, было непросто — заставить себя перестроиться настолько, чтобы доверять и, более того, доверяться мужчине. Однако именно это мне и было нужно от будущей жены. Честь и хвала Есении за то, что она это понимала.

— Скажем так — есть приказ императора, исполнить который поручено мне, — ответил я. — Присаживайся.

Девушка опустилась в кресло. Грань между невестой и подчинённой оставалась, и мы оба чувствовали её. Не знаю, пройдёт ли это однажды, ведь, главная причина, по которой я решил взять Есению в жёны, — её Дар. И она не могла этого не понимать. Но, в то же время, она была единственной, на ком я действительно хотел жениться. Возможно, я даже сделал всё, что мог, для того, чтобы найти причину сделать её своей женой. Хотя и не желал признаваться в этом даже себе.

— Приказ Его Величества должен быть исполнен, — проговорила девушка, глядя на меня.

Что-то изменилось в её глазах. Исчезла настороженность, что ли. Прежде мне всегда виделась в них тревожность, озабоченность, внутренняя борьба. Теперь её не было. Есения явно решила, что жена — пусть даже только будущая — должна полностью полагаться на решения, которые принимает муж. Это, конечно, не значило, что она растворилась, перестала быть собой. И всё же, ей как будто стало проще. Я чувствовал позитивные эмоции, некий свет, исходивший от этой девушки и прежде, но теперь словно открылись заслонки, выпустив почти весь его наружу.

— Приказ императора ещё не значит, что человек заслужил смерть, — сказал я, глядя в глаза Есении.

Она склонила голову, показывая, что ждёт продолжения.

— Знаю, как ты относишься к подобным вещам. Поэтому хочу, чтобы ты понимала, в чем дело.

— Спасибо, Ваше Сиятельство. Объяснения не обязательны, поэтому я высоко ценю то, что вы уважаете мою позицию.

Она улыбнулась, поощряя меня продолжать.

— Один из родственников императора замыслил подменить его лицедеем. Я раскрыл заговор, и замысел был сорван. Однако этот человек не прекратил своей деятельности, пользуясь тем, что Его Величество не желает выносить сор из избы. В результате он был приговорён к казни. Исполнить приговор император поручил мне.

— Полагаю, приговор вполне справедлив, — чуть помолчав, ответила Есения. — Как и судьба, постигшая мой клан.

— Ты уже не являешься его частью.

— Знаю. И меня это радует.

— Когда мы поженимся, я хочу, чтобы ты свела татуировку.

Падшая не отвечала секунд двадцать. Было видно, что она обдумывает мои слова.

— Вместе с падением клана пали и его законы, — проговорила она, наконец. — Я хотела помнить, кем была, черпая из этих воспоминаний силу, чтобы выжить и остаться собой. Но теперь, принимая законы вашего клана, я должна забыть о прошлом. И принять новые правила. Черпать силы из другого источника.

— Это означает, что ты согласна?

— Да, Ваше Сиятельство. Полагаю, это справедливое требование. Как и казнь заговорщика, не желающего остановиться.

Я был рад услышать это. Так что даже улыбнулся.

— Хорошо, что мы понимаем друг друга. Сегодня я собираюсь привести приговор в исполнение. Цель намерена ускользнуть, покинув город. Допустить этого нельзя.

— Что я должна делать?

— Приговорённого зовут Валерий Голицын. Он вступил в сговор с гулями, желая подменить императора. На территории города находится его сообщник. Лицедей. Полагаю, от встречи с ним Голицын не посмеет отказаться. Мы отправимся в его поместье. Я выдам себя за аль-гуля.

— Но… — было заметно, что мои слова поразили Есению, и она толком не понимает, что думать и говорить. — Каким образом? И потом, это ведь означает, что нам придётся ехать вдвоём?

— Вовсе нет. Я ведь буду выдавать себя за аль-гуля, который принял вид меня. Вернее, занял моё место.

— Значит, вы войдёте в дом Валерия Голицына, убьёте его и просто выйдете? Но ведь приговор вынесен тайно. Для всех вы станете обычным убийцей члена царской фамилии!

— Дело будет замято. Инцидент не получит огласки. Главное — попасть в дом Голицына. Маркиза Скуратова, ассасина, он бы ни за что не впустил. Тем более, что уже распространились слухи о том, что Его Величество, так сказать, принял мой род на службу. Плюс Голицын знает, как я отношусь к нему. Он понимает, что у меня есть поводы его убрать. Однако не у лицедея в моём обличье.

— Я правильно понимаю, — заговорила после небольшой паузы Есения, — что всё упирается в то, поверит ли Валерий Голицын, что ваше место занял аль-гуль?

— Совершенно верно. Поэтому сейчас я собираюсь ему позвонить. Если хочешь, оставайся.

— С вашего позволения.

Я поднял трубку и попросил соединить меня с дворцом Валерия Голицына. Ждать пришлось минуты четыре. Наконец, в трубке раздался знакомый голос.

— Алло. Господин Скуратов?

— Можно и так сказать, — ответил я, глядя на Есению. — Нам нужно встретиться, причем немедленно.

— Неужели? С какой стати? — в голосе Голицына чувствовались насмешливые нотки.

— Наши планы изменились. Племянник маркиза Мейнгардта нейтрализован. Мне пришлось занять место Скуратова. Но требуется ваша помощь.

В трубке повисла тишина. Я чувствовал, как мой собеседник на том конце провода переваривает услышанное. Наконец, динамик ожил:

— Это необходимо?

— Да. План требует корректировки. Я не могу сказать больше по телефону.

— Хорошо. Приезжайте.

— Буду через полчаса.

— Жду.

Голицын повесил трубку. Я тоже опустил её на рычаг.

— Думаете, он поверил? — спросила Есения.

— Похоже на то. Через полчаса я должен быть у него. Выезжаем.

— Что, если это ловушка? Вдруг у них с аль-гулями есть пароль?

— Неважно. Главное — я попаду в дом. Встречусь с Голицыным. Этого вполне достаточно.

— Если он там будет.

— Он захочет убедиться, кто приехал. Рисковать не станет.

Есения вдруг улыбнулась.

— Но у вас нет копыт, Ваше Сиятельство. Как вы докажете, что являетесь лицедеем?

— Не думаю, что до этого дойдёт. Всё, хватит болтать. Выдвигаемся. Не хочу опаздывать. Это дело нужно завершить сегодня.

С собой я взял также Марту и трёх Падших. Мы с Есенией ехали в «Гарпии». Бронированный спорткар (если можно так называть тяжёлые тачки) был рассчитан только на водителя и одного пассажира, так что можно было почувствовать себя почти на свидании. Хотя у нас и так они были почти каждый день, ведь я продолжал тренировки по фехтованию.

— Могу я задать вопрос? — проговорила в какой-то момент Есения.

— Конечно. Всё, что тебя интересует.

— Вы определились с третьей женой? Полагаю, что да, раз решили сделать предложение мне.

— Как сказать. Я знаю, кто должен ею стать. Но согласие не получил. Пока.

— И кто она?

Я невольно усмехнулся.

— Не поверишь, но не знаю. Вернее, не могу ответить точно.

— Значит, есть варианты?

— Ага. Кто-то из дочерей Его Величества.

— Он обещал вам это в награду за казнь Голицына? — помолчав, спросила Есения.

— Нет. Есть один гамбит, который я ещё не разыграл. Но готовлю.

— Понятно. Император будет вам должен?

— Надеюсь, именно так он и решит.

— Полагаю, это что-то такое, что он не сможет не оценить?

— Спасение его жизни.

— Ого! Ставки высоки.

— Более, чем.

— А зачем вам жениться на его дочери, Ваше Сиятельство? — снова помолчав, задала вопрос Есения.

— Чтобы сделать то, что не удалось твоему клану.

— Вы… собираетесь стать императором⁈ — проговорила девушка, ошарашенно глядя на меня.

— Конечно. Плох солдат, не желающий стать генералом.