Подарок для Императора. Меж двух огней (СИ) - Черная Мара - Страница 38

Родной. Почему-то именно это слово ворвалось в сознание с его объятиями. Он стал мне необходим. Как вода, которой мне не хватало в заточении, как воздух, без которого я умерла бы спустя считанные минуты, как солнце, без которого я бы долго-долго чахла и загибалась, теряя силы и всё больше бледнея с каждым днём.

— Просто я ревнивый дурак, который взбесился от одной мысли, что к тебе прикасался другой мужчина, — спокойно и ласково объяснил Хельвдан. — Ты сводишь меня с ума, Мира, — шумно втянул воздух, обхватил ладонями лицо и коснулся губ нежным поцелуем.

Колени подогнулись, закружилась голова, тело била мелкая дрожь, а горячие губы всё не отпускали из сладкого плена.

Не хотелось портить момент, но…

— Наверное, стоит объяснить, как я оказалась за решёткой? — отстранилась и попыталась унять сошедшее с ума сердце, что колотилось о рёбра.

— Было бы неплохо, да, — Хел неохотно выпустил меня из объятий и усадил на небольшой диванчик у окна.

Он стянул с кровати одеяло, укутал меня, подал стакан воды и примостился рядом.

— Не скажу ничего нового, но я их и пальцем не тронула. Понимаю, поверить сложно, но они сами!

— Сами себя порезали и избили? — бровь Хельвдана медленно поползла вверх.

— Да!

Нахмурился.

— Так, давай по порядку. Что произошло?

И я рассказала, от начала и до конца, со всеми подробностями. Взгляд Хельвдана стал абсолютно нечитаем, брови сдвинулись на переносицу, казалось, даже радужка потускнела.

— Хел, я не делала этого, — сказала совсем шёпотом. — Ты веришь мне?

— Мне очень хочется тебе поверить, но даже если я поверю, то других мы не убедим, — тон был ледяным, колючим. Казалось, что сомневается во мне, или даже разочарован. — Калантиэль в ярости и готов растерзать того, кто это сделал. А весомых доказательств твоей невиновности у нас нет. Сама понимаешь, как звучит твоя правда против видимых увечий наложниц, — тяжёлый вздох вырвался из его лёгких, отрезвляя.

Он прав, в правду никто не поверит. Слишком уж она абсурдна.

— Скорее всего тебя не ждёт ничего хорошего. К сожалению, наши жизни в руках взбесившегося психа, — холодно констатировал, выразительно посмотрев.

Сердце обожгло колким страхом. Нос предательски защипало. Почему я с ним позволяю себе столько слабости? Расклеиваюсь, плачу, теряю все силы держать себя в руках.

— Я не делала этого, Хел! Не делала! Я говорю правду…

Изящные пальцы скользнули по лицу, очертили овал, остановились на подбородке и приподняли его.

Было видно, что ему не всё равно, что он хочет разобраться. Сердце снова забилось быстрее. От его голоса, от прикосновений, от близости его тела, от его небезразличия.

— Иди сюда, маленькая. — Хельвдан сильнее прижал меня к груди. — Я скучал по тебе. Хотя бы короткое мгновение хочу ощущать тебя рядом.

Я не знала, что ответить. Я тоже скучала. Но не смогла выдавить ни слова, только вцепилась пальцами в камзол и прижалась щекой к мерно вздымающейся груди.

— Пообещай, что хорошенько отдохнёшь, поешь и выспишься, — он строго заглянул в мои глаза.

— А ты куда? Уходишь?

— Мне нужно расследовать это дело и доказать, что ты не причиняла никому вред, или хотя бы, что защищалась. Пообещай, — повторил с нажимом.

— Обещаю.

Лёгкий поцелуй в макушку, и он отпустил меня. А затем ушёл.

Почти сразу вошла Лея. На её красивом личике виднелись сочувствие и печаль. Она молча поставила поднос с едой на столик, присела рядом, где пару минут назад сидел Хельвдан, и участливо сжала моё плечо.

— Сожалею, Мира…

Хельвдан

Паршиво. Очень паршиво. Ситуация не из лёгких, но, кажется, она действительно не врала. Не может же она так хорошо играть. Хочется верить в невиновность. Но как доказать Калантиэлю? Даже я не знаю, как он поступит, когда узнает, что Мира замешана в эту историю в столь невыгодном положении. Нужно допросить пострадавшую сторону.

Голова разболелась, но работу нужно выполнить. Я приблизился к первой двери на этаже наложниц. Дарвэн уже доложил о том, кто именно пострадал. Постучал. Открыли сразу же. Очевидно, ждали.

Обе девушки были в одних покоях, первая лежала на кровати, вторая сидела на диванчике.

— Дамы, времени мало. Попрошу одну из вас пройти с капитаном Дарвэном в отдельную комнату.

Ага, растерялись. Блондинка рассеяно кинула взгляд в сторону подруги, неуверенно встала и вышла с капитаном.

— Ну, рассказывай. Что произошло?

— А Вам не доложили ещё? Кошмар! Самый настоящий кошмар! — девушка подскочила и уселась на край кровати, протягивая раненую руку. — Ой, ну, там под повязкой! Ужасное ранение! Как же теперь Император на меня посмотрит! Огромный шрам будет! — эмоции стремительно перерастали в истерику.

— Попрошу спокойствия. Меня интересуют события, а не переживания.

— Эта девка шла по коридору, когда мы с Элеттой заметили её. Раз уж среди наложниц пополнение, то должны же мы были нормально познакомиться, подружиться в конце концов. Мы и подошли поговорить. А она высокомерно так отвечала, что мы не её поля ягоды, что она станет единственной для Его Величества, а нас из дворца выкинут, так что незачем знакомиться нам с ней. Мы хотели всё же попробовать ещё разок. Она согласилась, но сказала, что нужно поговорить в уединённом месте. Повела нас в эту каморку. Боги, ужас! Там было так темно, тесно! И она с этим ножом в руках! Мы так испугались! Вы не представляете, какой это стресс! — она раскраснелась и чуть ли не рыдала уже, обмахивая себя руками.

— Спокойно. Что было дальше? — не дал ей снова сорваться в истерический припадок.

— Ну, я и закричала от испуга. А она ножом меня по руке, а Элетте пощечину, потому что та тоже закричала, увидев кровь. А потом всё как в тумане. Паника, крики, кровь, удары, мы еле сбежали из этой комнаты! Хорошо, что стража была неподалёку, не то нас бы уже не спасли!

Я несколько минут ещё смотрел на неё пристальным изучающим взглядом, под которым девушка явно смущалась. Некомфортно ей, нервничает, смотрит на реакцию.

— Шайла, давай на чистоту, — решил попробовать вывести на откровение. — Ты учиняла столько драк с девушками, кровью выборола своё место старшей наложницы перед толпами, а тут тебя, по твоим словам, чуть не убила одна единственная, при том, что ты была, скажем так, с «подкреплением». Думаешь, я поверю?

— Да она же дикарка! Сумасшедшая волчица, что прикидывается невинной овечкой, а Вы её ещё и защищаете! — она недовольно надула губки.

Актриса.

— Хорошо, я понял тебя, Шайла. Скорейшего выздоровления.

Девушка в ответ удивлённо захлопала глазами, открывая рот, чтобы что-то сказать, но так и не сказала.

На выходе меня встретил Дарвэн. Мы обменялись с ним рассказами девушек.

— Всё сходится, господин де-Мирт. Что думаете?

— Склонен верить в невиновность обвиняемой.

Глаза капитана округлились.

— Вы уверены?

— Этим двоим я верю ещё меньше, чем обвиняемой. Сходиться должен не только рассказ, но и эмоции, мимика, мелкие детали. Вспомни все проделки Шайлы. Думаешь, её так просто обидеть? — я скептически хмыкнул. — А вот по рассказу кажется, что проще некуда. К тому же их было двое, против одной Мираны. И по рассказу они встретились случайно, сами подошли к Миране, значит это не было спланировано обвиняемой. Тогда что у неё делал столовый нож? Едва ли она решила просто так прогуляться со столовым прибором по коридорам. Пища для размышлений тебе, и на сегодня ты свободен, Дарвэн. Перед Императором отчитаюсь сам.

— Доброй ночи, господин де-Мирт, — Дарвэн поклонился и ушёл с озадаченным лицом.

Уж давно капитан, а никак не поймёт что к чему в разборках императорского «цветника». Теперь к Калантиэлю.

— Кто? — громогласно прозвучало, только я вошёл в покои.

— Тебе не понравится.

— Кто⁈

— Прежде, чем я скажу, хочу…

— Кто⁈ — перебил Калантиэль, ударив по столу кулаками с такой силой, что на бледной коже выступили алые капли.