Подарок для Императора. Меж двух огней (СИ) - Черная Мара - Страница 23

— Господин! Беда! — чуть ли не кричал тот.

— Тише, Вэн. Отдышись сначала, — я протянул ему стакан воды, который он осушил залпом.

— Мирану увели к Повелителю, прямо из кухни, только что.

— Что⁈ — из лёгких будто весь воздух выбили.

— Я пытался их остановить, но что им моё слово. Даже Ваш приказ им не стал помехой. Я сразу к Вам побежал.

— Спасибо, Вэн. Ты молодец. Ты всё правильно сделал, — я встал и похлопал парня по плечу.

— Рад стараться для Вас! — он вытянулся и ударил кулаком в грудь. — Но что нам теперь делать?

— Пока ничего. Нужно подумать. Хотя… — я задумался на минуту. — Ты можешь узнать, куда её определят после визита к Калантиэлю. Доложи, когда получится выяснить. Только не шуми и не показывайся — это всё между нами.

— Так точно! Считайте, уже приступил! — он коротко кивнул и мигом выскочил за дверь.

Мда. Не думал я, что он так быстро вычислит. И кто же мог сдать? Калантиэля мало кто в замке любит. Разве что кто-то захотел получить его расположение и подняться. Но Париса сказала, что своим можно верить. А я верю ей. Узнаю кто — лично придушу сволочь!

Прямо сейчас суетиться не было ни малейшего смысла, поэтому я сел разбираться дальше с бумагами. Вэн всё разузнает, тогда уже будет яснее, что предпринимать.

Но сконцентрироваться на работе всё никак не получалось. Сознание рисовало в голове Миру. Как она смотрит на меня своим горящим взглядом полным надежды. Или как крепко прижимается ночью после кошмара. Или как завороженно наблюдает за искорками из костра, провожая их взглядом до самого неба. Мы вдвоём, в лесу, я нежно обнимаю её, такую маленькую и отважную, провожу рукой по волосам, глажу бархатистую кожу лица, второй рукой провожу вдоль спины, а она вздрагивает и смущается. Я беру её за подбородок, наклоняюсь и…

— Тук-тук, мой милый друг!

Унёс бы тебя Тёмный бог!

— Я тебе тут подарочек принёс, — Калантиэль лучезарно улыбнулся и кинул на стол белую коробку, обвязанную красной лентой. — Ты мне не рад?

— Я работал. Задумался.

— А я нашёл птичку! — поспешил похвастаться Император. — Она и впрямь хороша. Ки-Ран не ошибся в выборе.

— Не могу сказать, что я рад за тебя, — мрачно отозвался я.

— Зачем прятал, а? Хотел девочку себе оставить? Поэтому расстроился? Хотя… понимаю. Я б такую тоже прятал, особенно от такого, как я, — Калантиэль коварно прищурился.

— Не говори глупостей. Я уже говорил зачем. Она свободный человек, а не рабыня. Её нельзя подарить. И, конечно же, я должен защитить её как важного свидетеля.

— Ты действительно стал занудой, дружочек-пирожочек, — показательно надув губы, Калантиэль упал в кресло. — Служба тебе не к лицу. Может, тебя разжаловать?

Напрягся. Вот к чему эти разговоры?

— Я тебе так мешаю?

— Расслабься, я шучу. Куда мы тут без тебя. Девчонку же ты мне не помешал найти, а я даже не особо старался искать, — Император захохотал.

Не знай я его, подумал бы, что он полный безумец. Душевнобольной. Но нет. Просто характер скверный и своеобразные повадки.

— Даже когда ты такой несговорчивый и серьёзный, с тобой всё же лучше, чем умереть со скуки в одиночестве среди тех, кто не то, чтобы перечить, а даже посмотреть на меня боится.

— Ну, спасибо, — кинул в ответ осуждающий взгляд.

— Даже не откроешь подарок? Ну и правильно. На самом деле он не тебе. Отнеси его птичке. Я буду ждать её на ужин сегодня. В этом, — он указал пальцем на коробку. — Заметь, как я хорошо к ней отношусь: дал лучшие покои сразу после моих, дарю подарки, приглашаю на ужин.

— Ты всем своим наложницам даришь подарки, — возразил я.

— Но не такие. И с ними я поступаю несколько иначе, нежели все эти ухаживания и ужины, — хитрая похотливая улыбка тронула губы Императора. — Так что всё по закону и никакого принуждения. Только сладкие уговоры и заманчивые предложения.

— Манипулятор ты, Кал. Хитрожопый манипулятор.

— Вот за что я тебя и люблю, мой дорогой друг! Ты не боишься меня и имеешь смелость высказать мне то, что думаешь.

Ох, если бы ты знал, что я думаю, ты бы меня казнил, друг.

— Императору никуда без таких качеств. Иначе всё посыпется, а беорхийцы наведут свой беспорядок на всём континенте. Приходится вилять, водить за нос и бессовестно пользоваться всеми доступными преимуществами, — он самодовольно расправился и погладил себя по груди.

— Верно, — согласился я.

Но мысленно я был не согласен. Можно иначе. И другие методы не менее эффективны, просто ты о них не знаешь или считаешь их глупыми. А мог бы и попробовать для разнообразия.

Мирана

Войдя в комнату, я сразу уселась на пол возле кровати, откинулась назад и судорожно перебирала мысли одну за другой, пока не остановилась на отчаянном «Побег!». Но куда? Как? Когда? Просто наобум — бесполезно. Нужно сначала изучить дворец, проследить, как сильно меня охраняют, как стража патрулирует улицу и коридоры, тщательно продумать план. Так что сейчас стоит расслабиться и отдохнуть — в нервном и уставшем состоянии ничего дельного не получится.

Утешала себя мыслями о прошлом, о красавице-сестре и добродушной тёте Анне, вспоминала прекрасные дни путешествий, охоту, когда остаёшься один на один с лесом, природой. На душе постепенно становилось спокойнее, в ней поселилась надежда, что это всё ещё ждёт меня впереди. Я закрыла глаза и постаралась представить варианты приятного будущего. Красивый домик у леса, кристально чистое озеро, яркую сочную зелень вокруг освещает ласковое солнышко, в руке уютно устроилась деревянная рукоять лука. Я стою и жмурюсь — тренируюсь прицельно стрелять даже в сложных условиях, когда слепит. Знакомый силуэт заслоняет свет, крепкая рука ложился на плечо. Хельвдан. В груди приятно ёкает… Но… Нет! Только не он!

Тук-тук!..

Тук-тук-тук!

Так глубоко задумалась, что не сразу поняла, что за стук, и опомнилась, когда дверь уже открыли грубой силой. Хорошо хоть не сломали.

На пороге стоял мрачный главнокомандующий с большой круглой коробкой в руках, перевязанной алым бантом. Он постоял так немного, а затем нерешительно сделал пару шагов внутрь и захлопнул дверь.

— Ты провела всё это время вот так, сидя на полу? — он удивлённо поднял брови.

Я молчала, лицо не выражало ничего, лишь пару раз моргнула, пристально глядя на де-Мирта.

— Мира, не молчи, ты меня пугаешь этим странным взглядом, — мужчина был напряжён, но смягчился.

— Ну, хорошо. Только ты сам попросил, так что не жалуйся, — проговорила, медленно поднимаясь, сжала кулаки и набросилась на Хельвдана, толкая и метеля руками изо всех сил. — Гад ты такой! Лжец! Сдал меня с потрохами! Ты с самого начала планировал меня отдать ему! Ты всё знал и обманул!

— Мира, нет! Успокойся! — мужчина пытался перехватить мои руки и выронил коробку.

— Соврал мне! Предал! Дал ложную надежду! Ну конечно, ведь у тебя есть невеста! Зачем тебе было покрывать меня. Незачем! А теперь выслужился перед своим хозяином! Что он тебе дал? Как задобрил? А⁈ Дал своему верному псу самую вкусную косточку?

— Мир-р-ра! Пожалуйста!

— Гадко! Как низко ты со мной поступил! Я тебе верила! А ты! Ты… — я смогла вырвать одну руку из захвата, она взметнулась и со всей силы ударила де-Мирта по лицу так, что даже самой стало больно.

Я тут же осеклась, замолчала и отступила на пару шагов, испугавшись своего же поступка. Руку жутко саднило, ладонь горела, но я не могла даже схватиться за нее, пребывая в оцепенении. Глаза Хельвдана недобро сверкнули, на скулах заиграли желваки. Сделал шаг вперёд, чуть наклонился ко мне и прорычал:

— Через два часа Его Величество Император Калантиэль ждёт тебя в этом, — указал на полуразвалившуюся коробку, — на ужин. Стража проводит, — де-Мирт сощурил глаза, поджал губы, развернулся на пятках и зашагал прочь со своим невозмутимо-уверенным видом.

Будто он вовсе может быть только таким, либо мрачным. От того заботливого, неравнодушного и доброго Хельвдана, который был в дороге, ничего не осталось. Теперь только грубый сноб де-Мирт. Ну и пожалуйста! Тогда всё была игра, а настоящий он вот сейчас. Лживый лицемер. Предал и бровью не повёл. Ещё и наглости хватило после этого прийти и в глаза мне смотреть, будто ничего не случилось.