Запретная для огненного дракона (СИ) - Каруна Рина - Страница 11

Жжение в груди достигает своего пика. Я так рёбра сломаю! Теперь я понимаю, почему пленниц всегда снимают с седла в бесчувственном состоянии.

Слёзы невольно брызжут из глаз, я никогда раньше не плакала от боли вниз головой. Кажется, у меня мокрые дорожки на лбу.

Собираю последние силы.

— Отпусти, я сказала! — Поворачиваю затёкшую шею. — Мерзкая крылатая дрянь! Будь ты проклят!

В дополнение к своим словам ещё и чихаю. Кажется, это простое действие отдаётся у меня в позвонках.

От неожиданности конь всхрапывает, резко останавливается, приподнимается на дыбы, и меня вжимает в каменный пресс. А потом небо и земля меняются местами, я соскальзываю и кубарем лечу куда-то…

— Осторожно! — Испуганный возглас над моей головой.

Эдгар успевает схватить меня за талию, хотя от резкой остановки сам, наверное, с трудом удержался в седле.

На моё счастье, он вынужден успокаивать жеребца, недовольного поведением своего всадника. И я выскальзываю из захвата.

Падаю на пятую точку, приземляюсь в колокол своих многочисленных юбок. Не теряя времени вскакиваю, забрасываю длинный подол через руку и пускаюсь наутёк. Если бы не адреналин, который шумит в ушах, вряд ли бы я была способна на такое.

Бегу не оглядываясь! За спиной хрип, фырканье и недовольные увещевания Эдгара.

Дай бог здоровья твоей лошадке, дракон! Она явно умнее тебя!

Впереди поблескивает гладь озера. Как мне повезло! Я же больше ничего не знаю здесь, кроме русалочьей обители!

И я бегу туда. Это единственное место, где я в безопасности.

Не глядя под ноги, качусь вниз по склону, на ходу срывая с себя амулет.

Дрожащими руками погружаю его в воду и голубоватое сияние, расходящееся ровными лучами, немного успокаивает меня.

— Девочки, родные… Помогите, пожалуйста.

Шепчу, утирая свободной рукой слёзы с грязного лица.

15. «Я волновался»

Первой на поверхности озера показывается серебристая голова Мерилии. Следом за ней, два светящихся поплавка — рыжий и тёмно-медный.

— Русалочки, милые… — Вскакиваю на ноги и кричу, размахивая руками, — заберите меня. Прошу!

Они почему-то не подплывают, три разноцветные головки соединяются, беседуя, потом расходятся в стороны, и серебристая исчезает.

Сердце будто обхватывают колючей проволокой и сильно тянут за концы. Больно-то как… И они меня бросили.

Через пару секунд у моих ног появляется Мерилия. Я даже вздрагиваю от неожиданности, так быстро и незаметно она проплыла приличное расстояние.

— Мы не можем тебя забрать, я же говорила… — шепчет, оглядываясь на товарок. Они одобряюще ей кивают.

Падаю на колени, хватаю её холодные ладошки. Тараторю, обрадованная тем, что Мерилия всё-таки появилась.

— Превратите в кого-нибудь, хоть в краба! — Крепко зажмурив глаза трясу головой. — Нет, нет… Лучше подскажите, где взять денег или лошадь. Объясните, как использовать мою скрытую магию… Всё, что угодно! Я не могу больше оставаться здесь!

Русалочка молчит, изумлённо смотрит на мои руки, но ладонь не выдёргивает.

Запоздало соображаю, что, возможно, моё рукопожатие для неё, как прикосновение к сковородке. Не обжигающе, но, всё же, не очень приятно. На всякий случай, аккуратно отпускаю её ладошки.

Мерилия настораживается, подняв голову, смотрит на склон.

Я оборачиваюсь, желая проследить за её взглядом, а когда пытаюсь обратить к русалке, передо мной только водная гладь.

Метрах в пяти вновь появляется легкое свечение:

— Он сейчас будет здесь. Приходит вечером, когда его не будет. Всё будет хорошо!

Снова лёгкий всплеск и круги по воде. Я заношу руку с медальоном над водой, нужно снова их позвать. Толку от этой штуковины, если русалки появляются, чтобы прошептать мне что-то жизнеутверждающее. Я не останусь здесь одна!

— Не надо, не мучай нас. Нам нельзя… — тихий шёпот, то ли всплеск.

Хвостатые манипуляторши! Проще всего заставить человека что-то сделать, вызвав чувство вины.

Я попала в самый ужасный мир из всех возможных — мир сплошных запретов!

Сверху катятся мелкие камушки. Кто-то подходит к обрыву.

Испуганно оглядываясь за плечо, дрожащими пальцами расправляю тесёмку и снова надеваю амулет на шею.

На фоне светлого неба появляется склонённая голова с развивающимися тёмными волосами.

Лорд Эдгар пожаловал ко мне собственной персоной.

— Иди сюда! — Тянет ко мне руку. — Помогу выбраться.

— Пошёл ты, — шиплю разъярённо, заправляя амулет поглубже в корсаж. — Тебе надо, ты и иди!

Угу, я помню, как он боялся сюда сунуться. Старую няньку отправил, лишь бы не царапать свои элегантные сапожки и не пачкать аристократичные ручки.

Демонстративно поворачиваюсь к дракону спиной, сажусь и обхватываю колени руками. Буду сидеть здесь, пока он не уйдёт. Может быть русалки появятся, когда этот озабоченный придурок отчалит в свой замок.

К сожалению, гордость за то, что я не скатилась в образ послушной служаночки, живёт недолго.

Камушки сыплются всё активней, но я не поворачиваюсь. Какой в этом толк? Даже, если он рискнёт спуститься, бежать мне всё равно некуда.

Когда меня снова хватают под мышки и ставят на ноги, недовольно верещу и брыкаюсь, стараясь лягнуть Эдгара побольнее.

— Подожди, угомонись. — Ощутимо встряхивает.

Стоя за моей спиной, одной рукой держит за талию, чтобы я не дёргалась, другой — скользит по плечам, рукам и бедрам. Будто легко ощупывает.

— Господи, да отстань ты от меня! — Произношу с тихим всхлипом

Он невозмутимо перехватывает меня другой рукой и ощупывает теперь другую сторону. Деликатно, не позволяя себе ничего лишнего.

— Ноги не сломала, я думаю. Проверять не буду, не бойся. Бежала ты резво. С рёбрами что?

Поворачивает меня к себе. Большими пальцами давит на корсаж.

От этого прикосновения вспыхиваю до корней волос.

— Не прикасайся ко мне! — Толкаю этого нахала в плечо. — Со мной всё в порядке.

— Подожди, ты ранена. — Хватает меня за локоть, демонстрируя свежую ссадину.

— Я сказала, не трогай! — Тщетно пытаюсь вырваться из захвата.

Эдгар достаёт свободной рукой из кармана полоску, похожую на кусок скотча, и с мастерством опытного медбрата, фиксирует одну из них на царапине. Сразу же отрывает её, и я с удивлением смотрю на свою абсолютно целую руку. Вместо царапины — белая полоска, которая исчезает.

— Ещё где-то ударилась?

— Нет… — рассеянно отвечаю и, не веря глазам, провожу пальцем по коже. — Здорово. Что это? — поднимаю на него глаза.

Эдгар кладёт полоски обратно в карман:

— Слюна дракона, — поворачивается и карабкается вверх по склону.

В недоумении хлопаю глазами.

Это что же? Живительными слюнями меня сейчас помазали? Фу, какая гадость.

Эдгар ловко поднимается вверх, прыгая с камня на камень. Куда это он?

Наверное, это не я, а кто-то другой кричит ему в след:

— Подожди!

Но лорд Вэллиар, вылечив мою царапину, кажется не собирается здесь больше задерживаться. Даже не оборачивается на мой крик.

Трясу рукой от отвращения и тороплюсь за следом, подобрав юбки.

Не знаю, зачем я бегу за ним. Наверное, от неожиданности. Так странно видеть Эдгара, который, не смотря на предрассудки, решился спуститься сюда, потому что беспокоился обо мне.

Наверное, логичнее было бы остаться внизу и дождаться русалок, но терять шанс, поговорить с драконом, который иногда становится похож на человека я тоже не хочу.

Карабкаюсь на кручу, и хватаюсь за протянутую мне руку. Встаю на ноги, поднявшись на обрыв и недовольно отряхиваю пыльное платье. Боковым зрением вижу, что он стоит рядом, не уходит.

— Пойдём? — бросает отрывисто, кивая в сторону замка.

— А где жеребец? — спрашиваю в недоумении оглядываясь.

— Убежал. Ты напугала его, когда чихнула. Я отпустил его, не с собой же тащить к озеру. Думал, тебе нужна помощь.

Разворачивается и идёт по дороге. Я семеню следом, примериваясь к его широким шагам.