Запретная для огненного дракона (СИ) - Каруна Рина - Страница 1

1. Я — рыбка, или нет?

Зависаю над дном бассейна, вытянув руки. Каждый пальчик, каждая мышца, шея, грудь, живот… Даже лицо у меня сейчас отдыхает. За годы тренировок в синхронном плаванье в моем организме поселился встроенный таймер.

Закрываю глаза.

Минута без движения… Полторы…

Я рыбка, я маленькая рыбка, отдыхающая после тренировки. Все мои мышцы сейчас расслаблены, я умиротворена и спокойна.

Резкий удар в грудь, будто из бассейна выкачали воду.

Желудок подпрыгивает к горлу, уши закладывает!

Не сразу понимаю, что произошло.

Ощущение невесомости от пребывания в воде — мягкой, обволакивающей, вдруг сменяется полной дезориентацией.

Нет, я тоже в невесомости, но в какой-то другой — жесткой и холодной. Невольно делаю вдох и бью руками.

Я больше не в воде!

Воздух свистит в ушах, мокрые волосы забиваются в рот, закручиваются вокруг шеи. Глаза открыть невозможно — ветер тут же вышибает слёзы.

Я… Я падаю?

Я слышала о том, что от задержки дыхания могут начаться глюки, но такие! Качественные… Со стопроцентным эффектом погружения в реальность?!

Открываю рот, пытаясь закричать от ужаса. Воздух тут же забивается в глотку, надувая щёки.

Мамочки!!!

Господи, достаньте же меня кто-нибудь! Выловите руками, да хоть багром!

Брошу синхронное плаванье и займусь танцами, боксом, хоббихорсингом, квадробингом… Чем угодно!

Кляну-у-усь!

Словно в ответ на мои молитвы — ощутимый рывок, сминающий рёбра. Вскрикиваю от неожиданной боли.

Наконец-то, меня достали, откачивайте скорее!

Жесткий гул ветра стихает в ушах и теперь слышны шипение, рык и омерзительный визг, будто ведут ногтем по пенопласту.

Рискую открыть глаза.

Уставившись на обруч, охвативший меня, медленно поворачиваюсь, и вижу лапу, поджатую под черное бронированное брюхо, от которого исходит такой жар, что хочется прикрыть глаза.

Свесив голову вниз вижу, как под ногами проносятся горные пики. Они то приближаются, то, вдруг, отдаляются, будто я на параплане резко взмываю вверх.

От этих воздушных горок к горлу ощутимо подкатывает тошнота. Где-то высоко над головой методичное хлопанье, словно хозяйка выбивает ковёр.

Слегка повернув голову замираю от ужаса и визжу во всю мощь своих лёгких. Ничего страшнее и безумнее в своей короткой жизни я ещё не видела.

Огромным багровым зонтом надо мной распластались огромные кожистые крылья.

Если бы меня не сжимали стальные тиски, я бы ущипнула себя. Такое не померещится даже в самом кошмарном бреду!

Меня схватил раскалённый птеродактиль…

Клянусь, я уйду из спорта, буду плести макраме, вышивать милых котиков, младенцев, дракончиков…

С одного из горных пиков срывается огромная серая птица и летит нам навстречу. Округлив глаза от ужаса, наблюдаю за её приближением.

Огромные перепончатые крылья, серебристые отростки по позвоночнику, мощный хвост и шишковидная голова с огромными рогами — изогнутыми и острыми, как копья.

Это же дракон!

Над головой мощным взрывом выбрасывает столп огня, в воздухе ощутимо воняет серой.

Серебристый дракон зависает в воздухе и, слегка отклонив голову назад, льёт на меня поток чего-то жаркого, беспощадного. Над головой хлопки, затем раздаётся ужасный вой — страшный, животный, сворачивающий нутро в тугой узел. И снова взрыв…

Столпы пламени, утробный вой… Все расплывается в тумане.

Свернувшись в тёмную точку, моё сознание уплывает подальше от жуткого наваждения.

С удовольствием принимаю мою родную стихию — воду. Она накрывает меня с головой, захлёстывает, лезет в уши, глаза, нос… Но я не сопротивляюсь.

Лучше так.

Последняя мысль, мелькает в моей голове:

Драконов я вышивать не буду…

И я отключаюсь окончательно.

2. Куда я попала?

— Эй… — кто-то хлещет меня по щекам. — Давай, приходи в себя.

Голос ворчливый, но добродушный. Как у моей бабушки.

Хриплю и пытаюсь перевернуться на бок.

— Вставай, говорю. Нельзя здесь лежать, утащат.

Неимоверным усилием переворачиваюсь на бок, с кашлем извергаю из себя воду. Сразу становится легче дышать.

Наконец-то меня спасли. Я сейчас благодарна и даже не сержусь за то, что спасатели не торопились. Главное, всё закончилось.

Вытираю рот ладошкой и с облегчением запрокидываю голову. Тело с наслаждением распластывается по земле, в спину впиваются колючие камешки.

Где гладкая плитка, я же в бассейне?

Слегка приоткрываю один глаз. Надо мной голубое небо и диск солнца, проглядывающий из-за туч. Рядом ещё одно солнышко — поменьше.

Со стоном прикрываю ресницы. Врача мне, срочно врача!

— Вставай давай, бесстыдница! — Снова тот же женский голос.

Делаю несколько глубоких вдохов и распахиваю глаза, крепко жмурюсь и снова их открываю. Два солнца на месте. Небо тоже.

Тяну к нему руку, будто собираюсь проверить, настоящее ли оно. Ладошка перед моим лицом вся в зелёной тине, между пальцев свисают водоросли.

Брезгливо трясу рукой, стряхивая эту гадость.

Надо мной тут же склоняется женская голова в белом чепчике. Седые кудряшки забавно обрамляют лицо, будто на пуделя надели шапочку.

— Ну вот, слава Драконам. Я уж думала, не очнешься. Скорее.

Женщина торопливо тянет меня под мышку, пытаясь поднять.

— Прикройте чем-нибудь эту тощую девицу, — далёкий мужской голос доносится до меня, как сквозь вату. Но неприкрытое раздражение, я способна уловить на любом расстоянии.

— Ваша светлость, так дайте что-нибудь… — Попискивает седоволосая женщина. — У меня нет ничего. Только, если с себя платье сниму.

— Если бы предложила это лет пятьдесят назад, было бы забавно, — по его высокомерному ледяному тону ни капельки не чувствуется, что его хоть что-то способно забавлять, — сразу две обнажённые лумьенки. Сейчас не стоит… Возьми, Наяна.

Какие обнажённые лумьенки? Про кого это он?

Привстав на локтях, смотрю на своё тело. И тут же со стоном подхватываюсь, сжимаюсь в комочек и обхватываю колени руками. Тело от этой небольшой физнагрузки отзывается болью, и слабостью. В глазах сразу темнеет, но лучше уж так!

Я совсем голая, если не считать синяков и тины.

— Подойди же, возьми! — Настойчиво командует мужчина.

Седоволосая, подобрав юбки, бормочет что-то про трусливых драконов и их слуг, которым за то, что они не жалеют ноги старых нянек, определено место в какой-то гоблинской преисподней. Но послушно топает вверх по склону холма, туда, где виднеется силуэт широкоплечего статного незнакомца, стоящего на краю.

Светлое небо за спиной мужчины крадёт детали, но я отлично вижу развивающиеся длинные волосы цвета воронова крыла. Белые рукава рубахи полощет ветер. Облокотившись рукой на согнутое колено, мужчина протягивает женщине свой сюртук.

С любопытством приподнимаю голову. Мужчина кажется частью этого мира — незыблемой, и органичной. Не могу отвести о него глаз, чувствуя, что передо мной не просто человек, а существо, обладающее невероятной силой и тайной.

Я не знаю наверняка. Я просто это чувствую.

Пожилая женщина выхватывает из рук незнакомца одежду, о чём-то быстро переговаривается с ним, поглядывая на меня и торопливо спускается обратно.

Мужчина медленно поворачивает голову, и меня пронзает его раскалённый взгляд.

Да-да, раскалённый.

Кровь, будто от воздействия лазера, сразу взрывается пузырьками шампанского, приливает к щекам.

По позвоночнику пробегает дрожь.

И я вновь склоняю голову, прижимаюсь лбом к коленям.

Господи, куда я попала?

3. Я не из Илаи. И хвоста нет!

Ржанье лошадей, понукание возницы. Когда я поднимаю голову, мужчины уже нет.

Запыхавшаяся женщина набрасывает мне на обнажённые плечи тяжёлую ткань. Руками свожу полы поплотнее, я могу замотаться в эту странную одежду, как в ковер.

Невольно веду носом по воротнику, и кожа на затылке тут же съеживается, будто я распустила тугой хвостик.