Магия жизни (СИ) - Ромашкова Алена - Страница 23

– Мы что-то празднуем? – спросил маг, увидев накрытый стол, на котором стояло немыслимое количество дорогой выпивки и закуски.

– Пир во время чумы – тоже пир, – ответил Морон. – Я решил расслабиться в кругу друзей. Садитесь, мы будем пьянствовать.

На удивление, никто не высказал никаких возражений. Первые несколько кувшинов вина были выпиты в довольно мрачной обстановке. Однако постепенно мужчины расслабились и началась самая продуктивная стадия попойки – выяснение отношений и правды жизни. Разговор вертелся вокруг Верроны, похода на Ширтад, «чертовой волчьей сущности, которая не умеет выбирать женщин», а также общего тезиса о том, что женщины — это зло.

Под утро решение так и не было принято, однако судьба определенно решила вмешаться. В дверь королевской гостиной постучали – секретарь Морона принес письмо, которое было по-настоящему срочным и заставило всех троих немедленно протрезветь. Король Ширтада Айдин Великий приглашал императора Кристиана Морона с визитом в его государство. Официальный повод – день рождения родной сестры короля, принцессы Висаль, и бал по этому случаю. Кроме того, в письме намекали на необходимость мирного разрешения конфликтных вопросов между Империей Морон и Ширтадом. Событие должно было состояться через два месяца.

12

«Пустынное сердце» оказалось роскошным судном, оснащенным всеми возможными артефактами. Принадлежало оно семье Карвишей, которые явно обладали большим состоянием, да и высоким статусом, судя по вышколенности слуг, почтении корабельного экипажа и поведения самих братьев. Впрочем, фактов, чтобы делать такие выводы было пока мало.

Меня отвели в каюту, которая ничем кроме небольших круглых иллюминаторов не напоминала судовое помещение. Это были двухкомнатные покои с ванной комнатой. Гостиная и спальня были оформлены в бежевых и серебристых тонах. Мягкие диваны, шелковые простыни, пушистые ковры, низкие столики на витых ножках, на которых стояли вазы с цветами и фруктами. Полагаю, цветы были защищены заклинанием стазиса, чтобы не вяли, но при этом сохраняли свой аромат. Как такое возможно? Я не успела насладиться визуальными и тактильными ощущениями от своего нового пристанища, как вдруг за моей спиной кто-то тихонько кашлянул. Я обернулась и увидела женщину в сиреневом шелковом платье и затейливо намотанной на голове косынке, украшенной какими-то камнями. Она низко поклонилась и, сохранив на лице нечитаемое, но, вроде бы, почтительное выражение, сказала:

– Айса Маргарет, меня зовут Корда, я ваша служанка на время плавания.

Женщина назвала меня айсой, значит меня представили как аристократку. При этом со стороны мы смотрелись странно: я, одетая в потрепанную одежду городского парня и эта яркая заморская птица. Ее низкий поклон выглядел в такой ситуации нелепо, но сейчас меня занимало другое. Я спросила:

– На судне еще есть женщины? Как вы оказались здесь, Корда? Кому прислуживали до появления меня? – почему-то я не могла ее назвать «на ты».

– Я всегда стараюсь сопровождать асури Максура и Райана. Младшего я растила с рождения, а старшего брата нянчила с трех лет. Только я знаю, как заботиться о молодых господах, – с любовью и неприкрытой нежностью произнесла женщина. А я подумала, что не хочу иметь ее в служанках на постоянной основе. Корда преданна своим хозяевам, и не факт, что это будет в моих интересах. По приезду попрошу найти мне молодую горничную, желательно из деревенских. А еще меня мучил вопрос о том, сколько же ей лет: на вид не более сорока, но это невозможно с учетом ее рассказа. Вслух же я сказала:

– Благодарю Корда, я бы хотела принять ванную и переодеться.

– Да, айса, – вновь склонилась она.

Спустя десять минут я пребывала в волшебном мире женских радостей. Я лежала в пенной ванне, которую служанка наполнила и подогрела специальными артефактами. Мое тело расслабилось в теплой воде, а душистые эссенции, добавленные в нее, заставляли чувствовать себя человеком, а не лесным зверем. Это мысленное сравнение опять на секунду закинуло меня в воспоминания о недавних событиях, перед глазами встали желтые волчьи глаза, но я выгнала непрошеные образы из своей головы. Не время и не место.

Задремав, я почувствовала, как Корда помыла мои волосы. Спустя еще полчаса я заставила себя вылезти из ванной и, обмотавшись полотенцем, дойти в свою спальню. Корду я ранее попросила уйти, сославшись на желание побыть одной. Она не стала спорить, оставила мне легкий ужин на столике и разложила длинную белую рубаху на кровати. Все же на судне не были готовы к присутствию пассажира женского пола. Рубашка была мужской, но такого качества, что могла быть дорогой ночной сорочкой рины. Я оделась, взяла со столика персик, съела его, облизывая пальцы и постанывая от удовольствия. После этого я уже готова была броситься на кровать и уснуть, но услышала тихий стук в дверь.

– Тьма, – тихо выругалась я. – Подождите!

Вариантов того, кто навестил меня в это вечернее время, было немного. Это Карвиш и, скорее всего, старший. Но открывать дверь в этой рубахе было уже из ряда вон. Я оглянулась и заметила в кресле халат. Мысленно поблагодарила Корду. Халат был тоже мужской, но зато огромный, теплый и приличный. Я закуталась в него, обмотав пояс вокруг талии три раза, и поплелась открывать дверь.

– Добрый вечер, асури Карвиш, – поприветствовала я гостя. – В местах, где я родилась, подобные визиты являются неприличными.

– Сладкая, я же твой жених, неприлично не пожелать своей невесте спокойной ночи. Называй меня Макс, когда мы наедине, не нужно официоза.

– Послушайте, давайте все же соблюдать правила приличия и помнить, что своего согласия я вам не давала. И не надо называть меня сладкой, – уже не на шутку рассердилось я.

– Тебе безумно идут мои вещи, они пока обнимают твое тело вместо меня…

– Вы невозможны! Вы слышите меня? Я не хочу за вас замуж, я не ваша невеста, меня раздражает ваша фамильярность, – повысила я голос. – Я согласна быть вашей гостьей некоторое время и прошу …

Договорить я не успела, Максур сбросил маску игривости и флирта, схватил меня одной рукой за горло и довольно чувствительно его сдавил. Я испугалась, что он может легко убить меня, сломав мою шею одним легким движением или придушить, даже не вздрогнув. Ухватилась обеими руками за его запястье в попытке сдернуть руку с шеи, ощутив под пальцами надувшиеся вены каменной мужской руки.

– Говорят, убить мага жизни – значит накликать на себя проклятье, – сказал он. – Но, когда ты мне отказываешь, ты будишь во мне древний инстинкт покорить или уничтожить.

Давление руки на горло ослабло, большой палец Карвиша нежно погладил мой подбородок и поднялся к губам.

– Карвиши – прямые потомки серебряных драконов, но тысячу лет назад мы, как и все другие рода Ширтада, утеряли возможность менять ипостась, а с нею и силу предков. Однако одно качество у нас все же осталось от ящеров – то, что раз назвали своим, мы уже никому не отдадим. Я тебе говорил ранее – родишь мне детей, можешь жить относительно свободно. У древних родов рождается не больше двух одаренных детей, так что не так много я и прошу.

– Что значит относительно свободно?

– Страну не покинешь, но можешь переехать в свой дом, нанять свой штат слуг. Разрешу путешествовать по стране, учиться, заниматься творчеством. Научишься владеть даром, сможешь использовать его для помощи людям. Для айсы Карвиш будут открыты все двери Ширтада. Одно условие – никаких других мужчин. – У тебя нет выбора, но все же подумай, Маргарет. Если ты смиришься, будет намного легче, – почти доброжелательно произнес Максур и добавил:

– Обряд мы проведем, когда ты научишься собой владеть и будешь представлена королю Айдину. Он должен дать разрешение на наш брак. В Ширтад доберемся завтра к ночи, а в Амрат в мой дом попадем еще через сутки. Предупреждаю, неповиновения на людях я не допущу. А теперь спи, Маргарет, – с этими словами Карвиш подошел ко мне, оставил легкий поцелуй на макушке и вышел из покоев.