"Фантастика 2025-15". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Сугралинов Данияр - Страница 1213

— И-ИИИ-ИИИ! — куда-то в коридор.

Крикнула, а затем снова стала прозрачной и метнулась в противоположную сторону; прямо в глухую стену. И вроде бы даже начала сквозь неё проходить, но тут… бах! Ударилась о кирпичную кладку, как если бы была материальна. Ещё секунда, и из стены показался зелёный полупрозрачный щит.

Заяц!

Заинька Шестаковой, тут как тут!

— Бах! — а это ещё один подоспел, с другой стороны. С разбегу крепко приложил банши щитом по затылку. Ну отлично же! Отлично! Стало быть, скоро и мой выход! Шаманские миньоны щемят тварь на астральном плане, а я дожидаюсь наяву — прекрасная связка!

Третий и четвёртый зайцы не заставили себя ждать. Призрачные мускулистые фигуры зажали банши в кольцо. Со стороны это было похоже на каноничную школьную сценку — как будто четыре хулигана окружили ботаника и теперь толкают его друг на друга.

Тварь в ответ ярилась, махала когтистыми руками и пыталась достать обидчиков, но всё без толку. А большего ей и не оставалось. Кричать она могла только во плоти.

Н-да…

Вот так знаменитый учёный Василий Иванович Скуфидонский сделал великое открытие в области метафизики: оказывается, что колебания упругих волн в газообразной среде никак не вяжутся с астральными проекциями.

А это значит что? А это значит, что если в старинном замке ночью кто-то стонет и гремит цепями, то с вероятностью в девяносто девять процентов это шумит БДСМ-оргия, а вовсе не жуткий призрак прежнего владельца замка.

— Щеми её, Ксюха! — заорал я, пускай до сих пор и не увидел шаманку. — Выкуривай с-с-суку!

— Хорошо, Василий Иванович! — донеслось до меня из-за угла.

Бах! Бах! Бах! Начался беспощадный пинг-понг Сколопендрой, где в качестве ракеток были призрачные щиты зайцев, а в роли шарика бледная зубастая башка. Бах! Бах! Бах!

Банши слабела.

Банши бледнела, хотя казалось бы — куда уж дальше?

Банши мотылялась из стороны в сторону, бесилась, но ничего не могла поделать с ситуацией. Не знаю, что случилось бы с ней, вырубись она в своём призрачном состоянии, ну так теперь и не узнаю никогда… в конце концов, тварь обрела материальные очертания и завизжала на зайцев в попытке отбиться.

Хватило ли мне тех долей секунд, чтобы снести ей голову?

Хватило…

— Прости, Аймурат, но вот это точно не моё.

— Э-э-э-э, — брат Тамерлана покачал головой. — Ну как так-то⁈ Батыр, он во всём батыр! — и снова всучил мне здоровенный композитный лук с кучей наворотов.

— Ну… ладно, — сказал я. — Допустим.

Встал, как учили — ноги на ширину плеч, левое плечо вперёд, подбородок повыше — наложил стрелу, зажмурил один глаз, начал натягивать тетиву и — прунь! — опять порвал.

— Ну не моё, говорю же!

— Ладно-ладно, — бородатый улыбнулся и похлопал меня по плечу. — Всё равно батыр!

Батыр я или не батыр, мы выясняли вот уже несколько часов кряду. Зачем-то. Зачем — даже не представляю, но сам я даже не заикался на этот счёт, не спорил и звание не отстаивал. Оно как-то всё само случилось.

Итого:

Бревно я уже метал, с тройкой лошадей в перетягивание каната играл, и да простит меня Мишаня, отжимал медведя от груди.

Честно говоря, я вообще не понял, как мы здесь оказались! Как будто морок какой-то! Вот мы с Шестаковой убиваем эту грёбаную Сколопендру. Вот выбираемся наружу.

Вот к Дворцу Достижений в компании ордынских пограничников приезжают люди Гринёва. Вот Ирка объясняет им за Чао и его сознательность и перевоспитание, вот мы грузим Чао в машину, вот мы стоим, переводим дух и дышим воздухом, а потом вдруг р-р-р-р-раз, и вот: уже посасываем кальян, сидя на тахте во дворике семьи Батхуяг.

То, что ордынцы на своей земле ребята дружелюбные и гостеприимные — это как бы непреложный факт; это всем и без меня известно, так что не удивлю. Но! Семья Тамерлана в своём гостеприимстве оказалась какой-то… какой-то яростной! Непримиримо-дружелюбной и ультимативно-гостеприимной!

Отказать им просто не получилось!

Закрутили, завертели! А поехали, Василий Иванович, а мы тебя не можем просто так отпустить, а это как же так гостя не уважить⁈ А вот тебе вино попробуй; это с нашего виноградника. А давай танцовщиц пригласим, а давай на лошадях покатаемся, а давай то, а давай сё…

Короче…

Прямиком из Дворца Достижений Атырау мы почти сразу же попали за праздничный стол. Дамир, племяш Тамерлана, сказал, что с мэрией города сам всё утрясёт и за ущерб рассчитается. Мол, так и так, наши пограничники недоглядели, а потому и косяк за нами. Да и в целом, мой интерес в истории со Сколопендрами — вытащить из плена своих девок, а дальше уже пускай специально-обученные люди разбираются.

Закрыл я для себя этот вопрос.

Сколько ехали и куда, рассуждать не берусь, потому что в пути немножечко задремал от усталости. Всё-таки потрепала меня банши знатно, и мозгу требовалась перезагрузка.

Вздремнул я, получается, а когда проснулся, мы уже были здесь.

— Я тут всё детство провёл, — неловко улыбнулся Тамерлан.

И всем бы, блин, такое детство!

Трёхэтажный дворец посреди степи. Беленький, чистенький, весь в вензелях и барельефах. Прикидывать квадратуру даже не берусь. Ни дома, ни уж тем более придомового участка — такое чувство, что ограда уходила куда-то далеко за горизонт.

У дома — прудик с карпами на восточный манер, за домом — конюшня. Гостевых домиков вообще не счесть — турбаза настоящая или кемпинг. Изнутри домики представляли собой махонькие такие однокомнатные квартирки-студии без кухни, но всё равно.

Было их настолько дохрена, что каждой альтушке свой собственный выделили. А нас с Лёхой вообще объявили батырами и настояли, чтобы мы заняли крыло в хозяйском доме.

Затем семейство Батхуяг дало нам буквально пятнадцать минут привести себя в порядок, и понеслась.

— Пойдём-пойдём-пойдём, Василий Ива-а-а-аныч! — увлекал меня за собой Аймурат. — Дорогой ты мой, тебя одного ждём! На том свете отдыхать будем, а сейчас веселиться надо!

Погода позволяла, а потому сели на улице. За длинным столом собралось человек, не соврать, пятьдесят. И каждый приходился Тамерлану ближайшим родственником, а уж кто кем — тут сорян, как говорится, но эту информацию с наскока не освоить.

Кроме Дамира и Аймурата, мне хорошо запомнился лишь один пузатый сумрачный господин в белых кожаных туфлях — уж больно он меня взглядом сверлил. Ну, честное слово, как будто я ему денег должен! В остальном же — радушие как оно есть; искреннее и прямо вот через край. У нас всё-таки менталитет северный, более сдержанный, и такое бурное выражение чувств может показаться наигранным, но… это в нас скорее проблема, а не в них.

Итак…

Живая восточная музыка, живые кареокие танцовщицы — сисястенькие и в юбках из монет — вино, веселье, ну а стол… о-хо-хо. Вот… не хочется грешить на Кузьмича. Он в курсе, что продукты — это самое последнее, на чём я хотел бы сэкономить, но всё равно таких фруктов в Подмосковье сроду нам на стол не доставал.

Дыни без преувеличения — мёд. Персики чуть не лопаются от сока, а виноград такого калибра я вообще никогда не видел — размером чуть ли не с бильярдный шар. Кстати! Особенно этим виноградом заинтересовались Лёха со Стекловой. Друиды сплёвывали косточки в руку, а потом без палева пихали их по карманам.

А это значит, что новый стартап уже на подходе. Как с куста; не успели ещё арбузы забыться. Когда только всё это успевать?

Ну да ладно!

К столу:

Фрукты, орехи, свежий хлеб из тандыра, разноцветные восточные сладости, от которых аж зубы слипаются, и, конечно же, мясо. Барашкин шашлык. Сказочный настолько, что аж материться хочется. Корейка, стало быть, и мякоть. Хрустящий жирок, тающие коллагеновые прослойки, да и сама плоть прямо по волокнам расходится.

— У-ууууу, — в какой-то момент голодная после плена Шестакова чуть в белково-углеводный обморок не отправилась; дорвалась девка до вкусного.

Так… что ещё?