"Фантастика 2025-15". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Сугралинов Данияр - Страница 1198

— А если по запросу «Гордей Гордеевич»? Думаю, не много их таких в Российской Империи проживает.

— Двести двадцать, — устало улыбнулся хакер. — Двести двадцать Гордей-Гордеичей кучкуется в Московской и смежных с ней областях. Из них половина подходящего возраста и треть от этой половины с фамилиями на букву «В».

— Не подлинное имя, то есть? — уточнил я.

— Не уверен, — вздохнул хакер и продолжил устало клацать. — Но вполне может быть, что и подлинное. Либо засвеченное ещё где-то. Люди к именам прикипают, реагируют они на имена. Даже ники компьютерные через раз повторяют, не говоря про настоящие имена.

— Слу-у-у-ушай, — тут вдруг осенило меня. — А если через дом попробовать? Через бывшую владелицу, у меня ведь её телефон есть. Остался после одного… случая.

Тамерлан не ответил. Сперва просто выпучил на меня глаза, а затем как давай на клавиатуре наяривать. Я такую скорость набора только раз в жизни видел, примерно так же стенографистка у Лёхи на суде хреначила во время разбирательства дела про бриопердоны.

— Тамерлан? — уточнил я. — Ты чего?

— Ща-ща-ща… — отмахнулся он, как от надоедливой мухи.

— Придумал что-то? — стало любопытно мне.

— Ща-ща-ща-ща…

Трескотня продолжалась ещё с минуту, а потом хакер вдруг заорал:

— Василий Иванович, вы — гений!

— Спасибо, — улыбнулся я. — Приятно. И всё же, чего нашёл-то?

— Дом! — могу ошибаться, но у Тамерлана как будто бы слёзы счастья на глаза выступили. — Дом! Адрес! Этот дурак заказывал в кондитерской лавке ингредиенты для чизкейка и расплатился своей настоящей картой!

Вот и погорели гении криминальной мысли на мелочах, как оно бывает. А Тамерлан, всё-таки, молодец… всё больше поводов его уважать, а вот не уважать до сих пор ни одного.

Мысль интересная, но я её попозже подумаю. Когда закончится всё.

— Гудков он на самом деле, — буркнул хакер. — А теперь погнали дальше, — и снова запорхали пальцы по клавиатуре.

— Мне разворачиваться? — уточнил я.

— Погодите, Василий Иванович. Ещё минутку, — попросил Тамерлан, а затем в ожидании загрузки затянул: — И-и-и-и-и-и… есть! Не уверен, что нужно разворачиваться, но вот вам пища для размышлений: у Гудкова-Верзилина, который явно связан с триадой, есть в собственности предприятие. По всем параметрам такое же мутное, как и производство буровых установок. Как думаете, Василий Иванович, сингапурцы будут останавливаться на полпути?

— Надо подумать… — хмыкнул я.

Судя по тому, что Гордей без задней мысли попёрся со мной на рыбалку, значит, уезжать они не планировали. Во всяком случае, не сегодня. А потому уходили в спешке. Не погорели исключительно на своём профессионализме, не более.

— Думаю, да, — ответил я. — Думаю, им нужно хоть ненадолго тормознуть и перегруппироваться. Или вообще затаиться до тех пор, пока всё чуточку не утихнет.

— Тоже так считаю, — кивнул хакер.

— Ну прям душа в душу с тобой, да? — чутка съязвил я, чтобы Тамерлан особо не радовался раньше времени. — Ну так что? Куда ехать-то? Что за предприятие и где?

«Гудков и Уолкер», — прочитала Ирина название, а ещё чуть ниже: «Воронежская сыроварня». Под стилизованным логотипом была фотография мужчины. Молодой и бородатый, он задорно смеялся, а из его рта вылетало комиксное облачко с надписью: «Потому что не будет больше вашего итальянского сыра!»

По всей видимости, профессиональный юмор для своих.

Зря-зря-зря…

Зря Ирине Скуфидонской не надели на голову мешок или пакет, или что-нибудь ещё. Потому что даже без этой вывески то место, в которое их с Шестаковой привезли, было максимально приметным. Вон дымит труба ТЭЦ.

«Даже не так, — поправила себе Ирина. — Вон дымит труба Воронежской ТЭЦ. Теперь это очевидно».

А вон мост. Точнее, самый ближайший к Воронежской ТЭЦ мост. А вон ангары. Раз, два, три… ага. Их с шаманкой завели в третий от реки ангар, что расположился рядышком со съездом с ближайшего к Воронежской ТЭЦ моста. Минуту наедине с сетью, и Скуфидонская сможет вычислить свои координаты вплоть до долготы и широты.

Снаружи сыроварня выглядела как обычный, самый типовой полукруглый арочный ангар. Внутри тоже. Ну… почти. Потолок был коричневым, цвета промышленного утеплителя. По ушам сразу же бил гул системы кондиционирования.

В заводской, не самой уютной полутьме вдаль уходили длиннющие железные стеллажи. А на стеллажах этих лежали круглые сырные головы. Здоровенные и тяжёлые даже на вид.

Да…

Кое в чём Тамерлан ошибся. Покойный Гудков заимел себе сыроварню не в качестве подставной фирмы. Точнее, не только в качестве подставной. Он решил совместить дело и удовольствие, а перевалочную базу с хобби.

А странность, отсутствие что прибыли, что произведённой продукции, произошла потому, что производить Гордей Гордеевич собрался пармезан.

Не дешёвый аналог, твёрдый сырок с правильными усилителями вкуса, а вот прямо настоящий. Выдержанный в надлежащих температурных условиях не менее трёх лет.

Потому-то и не продавалась продукция, первая партия попросту не успела созреть. А теперь уже, скорее всего, и не успеет. Главный ценитель отошёл в мир иной.

Итак, Скуфидонскую приковали наручниками к одному из стеллажей, а всё так же связанную по рукам-ногам шаманку положили рядом. Сю процокала на каблучках мимо них, едва удостоив каждую быстрым взглядом. Махнула рукой своим людям, после чего рядом с девушками встал караул из пяти триад, и удалилась куда-то за стеллажи с сыром.

— Бли-и-ин, — протянула Шестакова и вдруг разревелась.

— Тише-тише-тише. Что случилось?

Ксюша попыталась объяснить, но не получилось. Сейчас её речь больше всего напоминала рандомный перебор всех гласных звуков, перемежающийся с всхлипыванием, поскуливанием и шумным втягиванием некстати убегающей сопли.

Бесстрашная, в одиночку ограбившая самый опасный клан Сингапуга, а после также в одиночку собиравшаяся его размотать шаманка не вынесла испытания беспомощностью.

— Тише-тише-тише.

Для проформы Ирина подёргала наручники, затем опустила их как можно ниже, насколько вообще позволяла перекладина, легла на пол и одной рукой смогла дотянуться до шаманки.

— Ти-и-и-ише, — как таковых открытых участков тела у мумифицированной Шестаковой не было, а потому гладить её пришлось по лицу. — Ну всё-всё-всё…

Внезапно Скуфидонской захотелось утешить её, спев колыбельную. И так же внезапно, она поняла, что ни одной колыбельной не знает. Для того, чтобы положить обожаемый кей-поп на совершенно другой мотив, нужно было как минимум знать язык. И потому-то она начала вспоминать всё подряд.

И почему-то «всё подряд» оказалось именно теми песнями, что частенько звучали в машине у брата:

— Тёмный мрачный ко-ри-дор, — на мотив «баю-баюшки-баю» пропела Ирина. — Я на цыпочках, как вОр, — и по канону чуть взвизгнула на последнем слоге.

Дальше рифма ломалась, а потому:

— Потеряли своё «Я». Два военных кораблЯ.

И снова!

— Надо мною ти-ши-на, — ещё раз попыталась Ирина. — Небо полное дож-дЯ. Дождь проходит сквозь меня…

И опять! Ну кто ж так сочиняет!

— Ля-ля-ля-ля, ля-ля-ля, — смирилась Скуфидонская.

И тут поняла, что зря старается, потому что из-под ладони раздался храп. Милый, девичий, с присвистом.

— Ну вот и хорошо, — улыбнулась Ира, подтянулась и села, облокотившись на головку пармезана.

Всё то время, пока они добирались до Воронежа, Скуфидонская без остановки думала над тем, как сбежать или хотя бы вызвать подмогу. Теперь у неё, как минимум было понимание, куда её вызывать.

Так что осталось всего-ничего. Взломать наручники, отвлечь охрану, выйти в сеть…

И связаться с Тимом. В этом она ни капли не сомневалась. Несмотря на то, что она наговорила брату, на то, что ей не дали передать весточку хакеру, Ирина не сомневалась.

Тамерлан на её стороне. Он не будет, словно герои сопливых мелодрам, смотреть на её имя на экране и вздыхать, а после прятать смартфон в карман. Не будет игнорировать сообщения из-за глупой обиды.