"Фантастика 2025-15". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Сугралинов Данияр - Страница 1131

Зло во плоти.

Он даже сам признался в этом:

— Мне понадобятся ещё души. Этого мало, — а затем перекатил Нинель Аскольдовну на спину, вырвал хоругвь из земли и уже замахнулся на неё, но…

— Подождите! — заверещала та, прикрываясь руками. — Ваше Демоническое Величество, я — ваша покорная слуга! Это я инициировала зов для вас! Поверьте, я пригожусь вам! Я расскажу, как тут всё устроено и помогу заполучить этот мир! Я буду служить вам верой и правдой и сделаю всё, чтобы вы ни приказали!

Папа замер.

«Помогу заполучить мир», — звучало слишком амбициозно из уст этой личинки мага крови. Неправдоподобно. Настолько, что даже глупо.

А вот в: «расскажу, как тут всё устроено», — действительно был смысл. Папа когда-то уже бывал здесь, в этом мире. Правда вот не во плоти.

Прорывался, как мог, без приглашения.

И весь его опыт, связанный с этой реальностью, — это опыт молодой одержимой Ангелины Чертановой, совсем ещё девчонки, которую какие-то люди тут же взяли под контроль и бросили в изоляцию.

Негусто, если уж говорить прямо.

Неинформативно.

А заполучить этот мир очень хотелось. Сказать начистоту, для демона средненького пошиба, такого, как Папа, любой подконтрольный мир — уже великое благо. Во-первых и в-главных, столь густонаселённая планета станет для него буквально неисчерпаемым источником душ; фермой, на которой он будет взращивать собственное могущество.

Ну а, во-вторых… демоны подвластны страстям. И гордыня их особенно велика; самым влиятельным самодурам этого мира такое даже не снилось. Всё просто и понятно: чем больше у тебя владений, тем выше ты стоишь в Адской иерархии. Выше — лучше, ниже — хуже, без комичной подмены понятий.

— Что ж, — Папа оглядел Белич. — Так и быть, разрешаю служить. А ты куда⁈ — крикнул он вслед убегающей Дольче.

Убегающей, но не убежавшей. Взмах адской хоругвью, и прямо из земли перед Дольче вылезла решётка из ржавого железа. Точно такие же решётки появились справа, слева, сверху, снизу и позади.

— С-с-с-сука, — прошипела Чертанова и начала тщетно трясти свою клетку.

— Прикажете убить её, Ваше Величество? — Нинель Аскольдовна осторожно поднялась на ноги.

Папа молча перевёл на неё взгляд. Глаз не видно, но пробрало Белич аж до мурашек.

— Ваше Величество? — уточнила она.

— Думаю, не поторопился ли, — ответил демон. — Действительно ли мне нужна такая идиотка, — но объяснять не стал.

— Простите, Ваше Величество, — Белич склонилась на одно колено. — Простите, что смела покуситься на вашу дочь…

— И впрямь идиотка.

На самом-то деле Дольче нужна была Папе в качестве стратегического запаса. Что-то вроде энергетика или протеинового батончика. Её душа была питательней, чем души всех адептов Чурчхелы вместе взятых. А всё благодаря демонической энергии, заключённой в ней с самого рождения.

Убить своего сородич, демона, для Папы было неимоверно вкусно и также хлопотно, потому как проблем потом не оберёшься. А здесь… никаких последствий. Чистый кайф. Жаль, правда, что Дольче лишь наполовину сородич, ну да ничего.

— Н-н-на! — тем временем Чертанова собралась с мыслями, максимально вложилась по мане и выдала в сторону Папы такой столб пламени, какой сама от себя не ожидала.

— Тепло, — сказал демон после того, как пламя иссякло.

Совершенно невредимый, он подошёл к клетке, схватил Чертанову за ворот толстовки и со всей дури приложил головой о прутья. Кадет Дольче обмякла, потеряв сознание.

— У тебя есть ещё души? — спросил Папа у Белич, оглядываясь в опустевшем шатре.

— Да, — кивнула Белич. — Конечно, Ваше Величество.

— Отлично, — сказал он. — Веди их ко мне. Скоро придут мои друзья, и они будут чертовски голодны.

С тем он воткнул хоругвь прямо напротив портала и взялся за свой инфернальный каст. Где-то далеко-далеко, в Аду, легион низших демонов Папы откликнулся на зов. А госпожа Белич тем временем направилась будить студентов…

Очухивалась Дольче постепенно.

Пару раз она приоткрывала глаза и даже пыталась поднять голову, но тут же проваливалась обратно. Глухие звуки, непонятные тени и образы — всё, что было ей доступно в такие моменты. Однако, наконец…

— М-м-м, — простонала Катя Чертанова и нашла в себе силы зацепиться за реальность.

— Очнулась? — тут же услышала она шёпот.

Человечий. Не злой. Перепуганный, правда, аж до дрожи, но всё равно — услышать его было стократ приятней, чем шёпот Папы.

— Эй, — повторил голос. — Ты живая вообще?

— М-м-м-м, — Дольче нашла в себе силы окончательно разлепить глаза.

Она всё так же была в клетке. Только теперь в одной из. Шатёр с красным порталом был буквально уставлен такими же, и в них чалились студенты геологического факультета. Один, — тот, что шептал ей, — совсем-совсем близко, так что можно рукой дотянуться.

— Ты живая? — не унимался сосед по заточению. — Эй? Ты слышишь меня вообще?

— Слышу-слышу…

Дольче села и подтянула колени к груди. Пускай её забытье было глубоким и вязким, голова сейчас практически не болела. Картинка чуть плыла, и всё на этом. Кажется, Папа больше оглушил её какой-то демонической магией, нежели ударом о прутья клетки.

— Я тебя среди наших не помню, — чтобы быть с ней на одном уровне, чудной нескладный очкарик присел на корточки. — Ты кто?

— А ты кто?

— Я — Ангел, — почему-то вздохнул парнишка.

— Да вижу, что не демон…

— Да нет же, — ответил парнишка, за свою недолгую жизнь привыкший слышать подобное. — Это у меня имя такое. Ангел. Как Ангелина, только мальчуковое.

— Мальчуковое, — истерично хохотнула Дольче. — Ну, значит, приятно познакомиться, мальчук Ангел. Я — девочка Катя.

«Телефон!» — подумала Дольче, вскочила на ноги и начала ощупывать карманы.

— А как ты здесь оказалась? — всё никак не унимался очкарик.

— Сама пришла, — само собой, мобильника на месте не оказалось и, — А-а-ай, черт…

— Как сама? А зачем?

— Затем! — рявкнула Дольче. — Захотела и пришла!

— Ну… ну, ладно, — Ангел отвернулся и замолчал.

И Кате Чертановой сразу же стало стыдно. Мало того, что парень попал в лапы демонов по её вине, так она ещё и орёт на него.

— Извини.

С тем Дольче снова села на пол и задумалась. Кажется, парень от нервов просто хотел поговорить с кем-то, неважно, с кем, и неважно, о чём, лишь бы перестать муссировать тревожные мысли.

Да и ей самой внезапно захотелось выговориться… и даже не выговориться, а вывалить на кого-нибудь собственную глупость. Озвучить, чтобы закрепить.

Ну потому что… чего уж теперь-то? Зачем что-то скрывать? К чему?

— Извини за всё, — сказала она. — Прости, если сможешь, я очень виновата перед тобой и… перед всеми. Вся эта заваруха началась из-за меня и только из-за меня, — Дольче горько усмехнулась. — Не думаю, что тебе от таких вестей станет легче…

— Вообще-то уже стало, — сверкая любопытством из-под очков, Ангел снова повернулся к Чертановой. — Я бы сказал, значительно легче.

— М-м-м?

— Потому что я думал, что всё из-за меня, — Ангел почесал в затылке. — Понимаешь, эта безумная… безумная женщина, которая сейчас ходит рядом с демоном и старается выслужиться, мы с ней вроде как знакомы. Нинель Аскольдовна её зовут.

— Да я в курсе.

— Правда?

— Правда-правда. Продолжай!

— Э-э-э, — протянул Ангел. — Да, — и продолжил: — Я её с детства знаю. Она у меня сперва в детском саду психологом была, затем — в школе и в институте. И знаешь, она ведь всю дорогу вела себя крайне странно. Вечно за мной следила, вечно выводила на какие-то оккультные темы, вечно несла несусветную хрень… а я молчал. О родителях вечно расспрашивала всякое странное. Говорила, что знакома с ними, поэтому ко мне внимание такое. Надо было давно рассказать всем, чем мы занимались на сеансах и поставить её профессиональную пригодность под сомнение. Может, если бы кто-то обратил внимание, то и не было бы сейчас ничего и…