Побеги божественного пламени (СИ) - Клёнова Евгения - Страница 27

— Все или только этот? — лезвие остановилось над шеей главаря похитителей.

— Ты убьёшь его? Здесь?

Владыка по-прежнему бездействовал у костра.

— Хочешь сама? — Ал поднёс потрёпанную рукоять к девичьему запястью.

Вместо того, чтобы взять меч, Руслана вцепилась в его руку и потащила в сторону. Они обошли скальную стену и остановились, когда пламя костра скрылось за поворотом. Ал воткнул оружие в землю.

— Что всё это значит? — вспылила девушка.

— Лютомир давно нарывается. Я не убил его сразу, потому что хотел, чтобы он перед тобой извинился.

— Я не об этом. Что ты здесь делаешь? — Взгляд её невольно задержался на голом торсе.

Парень оценил это и, слегка улыбнувшись, приблизился.

— Просто тренируюсь, — ответил он, понизив голос.

— В таком виде?

— Одежда сгорела, не хотел пока портить новую, — захватив в плен её подбородок, он вернул лицо девушки к своему и перешёл на полушёпот, — осторожно, ты так во мне дыру просверлишь.

— Нет… Я не хотела… — мысли сбились в кучу и укатились в далёкие дали.

Он положил руку на тонкую талию и резким движением притянул Руслану к себе, сведя на нет и без того малое расстояние между их телами. Он был совсем близко, но не спешил переходить к поцелую.

Её длинные ресницы медленно опустились, на щеках выступил лёгкий румянец. Сердце заколотилось от предвкушения. Жар, как сладкая патока, разливался по венам, стекая по груди к животу.

— Это из-за ворожбы? — прошептала Руслана, окутав его губы горячим дыханием.

— Нет. Это потому, что ты влюблена в меня.

Нежное, но кроткое прикосновение, и он отстраняется, будто после перехода на новый уровень всё остальное стало не так интересно.

— Подожди, — произнесла она, приподнимаясь на носочках и овивая его шею руками.

Он медлит, ставя её в неловкое положение. Вскользь прикусив его нижнюю губу за недогадливость, девушка выпросила, что хотела. Всё вокруг будто померкло. Именно этого ей не хватало. Да, была ещё ночь под ворожбой, но, во-первых, там была не совсем она, а, во-вторых, она всё равно помнила лишь пару отрывков.

— Пойдём поищем кровать? — Ал подхватил девушку на руки, собираясь вернуться в храм.

— Так, нет, — вздрогнула она, — поставь меня.

Почувствовав ногами землю, Руслана прислонила к лицу холодные ладони, чтобы протрезветь. Совершенно точно что-то изменилось. Алоис действовал на неё сильнее любого мёда.

— Ты говорил, что мы уйдём сегодня.

— Почти ночь.

— Значит, мы уйдём завтра?

Он промолчал.

— Ал, что мы делаем? Солнцезар сумасшедший. Я боюсь здесь находиться! Мало ли, что он завтра в сказаниях вычитает.

— Не накручивай, с нами больше ничего не случится, — он потянулся к ней, но девушка отскочила обратно к серой стене.

— Ал, ты обещал. Это ужасные люди, неужели ты не видишь?

— Но у меня пока нет других.

— В смысле «пока нет»? — она зацепилась за правильное слово. Волну возбуждения, как рукой сняло.

— Руслана, — вздохнул Алоис, — я потомок бога-сокола. Во мне его сила, нужно только научиться пользоваться.

— Это Солнцезар сказал?

— Как видишь, он оказался прав.

— И что теперь? Опять собрался развязать войну? Серьёзно?

— Это по праву моя земля.

— Нет, Ал, не начинай!

— Ты бы видела, что у меня уже получалось. А что ещё получится! Первым царям подчинялись стихии. Как можно было от такого отказаться? Я призвал божественный огонь, когда-нибудь смогу подчинить его, а за ним и само небо.

— Ты вообще слышишь себя?

— Не веришь, что у меня получится?

— Если от этих сил отказались первые цари, значит на то были причины. Пожалуйста, Ал, давай просто уедем.

— Чтобы что? Жить, как простые обыватели?

— Да! Именно! — она всплеснула руками.

— Это мне не подходит, — поумерив пыл, ответил он.

— Зато мне подходит идеально!

Руслана, взметнув волосы, отвернулась и пошла в ночь. Из-за порыва холодного ветра пришлось накинуть капюшон.

— Куда ты собралась? — Ал поравнялся с девушкой.

— Домой!

— Очень смешно. Единственное здание с крышей в другой стороне.

— Не хочешь, чтобы меня загрызли летучие мыши? Прикажи своим поклонникам дать мне лошадь. Я уеду, — вся концентрация уходила на то, чтобы идти с высоко поднятой головой и при этом не спотыкаться о камни.

— Руслана! — он остановил её за плечи.

— Отпусти меня! — в этот момент жутко раздражало, что он такой сильный.

— Я уже говорил: тебе нельзя от меня уходить.

— Не переживай, я не собираюсь ни с кем спать.

— Дело не в этом.

— Тогда в чём?

Взгляд его всё время соскакивал на красную горошину в центре лба девушки.

— Восточная Верность? Ты не всё рассказал?

— Если будешь рядом, то ничего не случится.

— А если нет?

Он не хотел говорить и тянул время.

— Ты теперь от меня зависишь, но в этом нет ничего страшного. Мы бы и без ворожбы были вместе. Так что, просто доверься мне. Скоро мы уедем.

— Завишу, значит? Как?

— Как моя жена.

— Да хватит уже изворачиваться! — она сбросила его руки и отступила назад. — Не скажешь, я спрошу колдуна.

Руслана пошла на площадь и услышала за спиной:

— Ты умрёшь без меня.

Остановилась.

— Изнутри зачахнешь без моей близости. Через месяц почувствуешь, как становишься слабее. К исходу второго начнёшь сходить с ума. Третий месяц одиночества тебя убьёт.

Алоис осторожно подошёл.

— Восточная Верность открывает сосуд с женской энергией. Сейчас она медленно утекает, забирая с собой твою жизнь. И только я могу всё восстановить, но лишь на время.

Она замотала головой.

— Чушь какая-то. Ты говорил, что эта гаремная ворожба, но там же содержались десятки наложниц…

— Нелюбимые долго не жили.

— Нет, подожди… а как же дети?

— Ты уже хочешь детей? — улыбнувшись, он запустил руку под широкий капюшон, чтобы погладить её по волосам за милый намёк.

— Ал!

— Когда ты забеременеешь, в тебе девять месяцев будет расти часть меня. Для Восточной Верности этого достаточно.

— А потом всё заново?

— Да.

Кажется, она побледнела, зато больше не сопротивлялась объятию. Он почувствовал частое прерывистое дыхание на груди, будто держал загнанного в ловушку зверька.

— Руслана, мы вместе, а значит, ты ничего не заметишь. Скоро я брошу к твоим ногам целый мир, никто не посмеет тебя обидеть.

— Если с тобой что-то случится, я проживу всего три месяца?

— Я потомок Рарога, сам почти бог. Никто не посмеет нас тронуть.

Он смаковал каждое слово. «Почти бог» нашёл объяснение, почему всю жизнь ему казалось, что он лучше других.

— Мне нет равных в мире. Я могу просто пойти и взять всё, что хочу. Для нас, — он повторял за Солнцезаром, и Руслана это понимала.

Она давно перестала бояться Алоиса, но сейчас, в его объятиях, стало по-настоящему жутко.

18 До старости

На этот вечер тренировки были закончены. Ал недолго переговорил с Владыкой, а потом повёл девушку в храм. Они ели вдвоём, почти не разговаривая. Послушники приносили всё нужное и быстро исчезали.

После ужина он опять ненадолго отлучился, оставив девушку в комнате. Там служительница как раз меняла бельё, и Руслана заметила, с каким трудом той даются движения. Камалия не призналась, но в момент пробуждения девушки, она должна была её встретить и объяснить новое положение дел. Она невовремя ушла в уборную, за что вскоре получила наказание от отца.

Когда Ал вернулся, Руслана была уже в постели. Под одеялом и в одежде. Глаза закрыты. Тело вытянуто, как струна, по самому краю.

— Я знаю, как ты спишь, и это точно не тот случай, — уколол он, забираясь по одеяло.

Она продолжала притворяться.

— Так ты упадешь, — перекинув руку, Ал притянул её ближе к середине.

Он закрыл глаза, окутанный сладким клеверным облаком.

— Я люблю тебя, — сказал он вместо пожелания сладких снов.