Хладная рать (СИ) - Командор Анастасия - Страница 69

Ратмир растерянно и немного испуганно качнул головой, будто не мог до конца поверить в услышанное.

— Но я ведь всего лишь гридин!

Тусклая, печальная улыбка появилась на лице Меры. Она вспомнила себя в тот момент, когда впервые надела этот перстень. Такой же страх, что испытывал сейчас Ратмир, но и невероятную гордость.

— Надеюсь, ты сделаешь то, что не сумела сделать я, — с теплотой молвила она.

— А как же ты?

— К рассвету я освобожу город, как и обещала. Но свою клятву не забуду.

Она хотела выпустить его руку, но Ратмир вдруг накрыл ладонь своей и с отчаянной горячностью, упрямо возразил:

— Мера, это несправедливо! Титул принадлежит тебе по праву, и ты множество раз доказывала, что заслуживаешь его как никто!

Благодарная улыбка осветила ее бледное лицо, а убежденность в правильности своего решения лишь возросла.

— Когда нечего терять, враг не сможет навредить. Так будет лучше. Не нужно горевать, это не жертва. Просто я вдруг поняла, что смогу сделать гораздо больше для нашего народа, не привязанная лишь к одному княжеству. Бессмысленно бороться с теми, кто исполняет приказы. Покончишь с одним, на его место придет другой. Поэтому я буду бороться с тем, кто повинен в смерти отца и брата не меньше других, с тем, кто вынуждает нас воевать друг с другом и со всем миром. Я пройду по княжествам, подниму мертвых. Соберу свою рать, какой не видывали прежде ни люди, ни боги, и выступлю против Далибора.

Несколько мгновений Ратмир глядел на нее изумлённо, с восхищением, и, кажется, даже перестал дышать. Кивнул, принимая ее волю. Потом осторожно, с трепетом и какой-то торжественностью надел перстень на мизинец, полюбовался им и вновь поднял глаза на Меру. Они сияли в предрассветной утренней серости.

— Это достойная цель. Я всегда поддержу тебя, что бы ни было. Я тоже не забуду своих клятв.

— Спасибо тебе за них. И за то, что был преданным другом моему брату, и сохранил верность мне. Ты и для меня стал другом. Но мне нужно просить тебя ещё об одной клятве: защищать Калинов Яр, поступать лишь во благо народа и вести его к миру во что бы то ни стало.

— Клянусь, — не мешкая произнес Ратмир.

Мера кивнула ему в свою очередь, принимая эту клятву.

Вот и все. Теперь она могла уйти с уверенностью, что наследие ее отца, ее княжество, люди, которые заслужили лучшего, в надёжных руках. Осталось лишь попрощаться.

Девушка достала сложенный аккуратно пояс — широкую полосу ткани с разноцветной вышивкой и вшитыми в сердцевину веточками зверобоя — и протянула новому князю.

— У меня есть прощальный подарок. Обережный пояс, вышитый руками колдуньи. Вряд ли он сработает как надо.

С широкой улыбкой Ратмир принял его и склонил благодарно голову.

— Ты давно доказала, что твоя злая воля делает гораздо больше хорошего для нас, чем волхвы и жрецы вместе взятые. Спасибо, Мера. Жаль, у меня нет подарка для тебя.

Она улыбнулась в ответ.

— Можешь подарить мне лошадь. Предстоит долгий путь.

— Они все твои.

Будет не хватать его теплой улыбки, которой неизменно удавалось прогнать из сердца печали и растопить лёд. Его искренности и готовности принять ее такой, какая есть, без осуждения и страха.

— И не забывайте приносить требы Чернобогу. Лишь благодаря ему станет возможным то, что я собираюсь совершить.

Следом Мера обратила взгляд к Ингвару, готовая прощаться и с ним. Но слова упорно не желали слетать с языка. Она лишь глядела на него, а он — на нее своими спокойными и чистыми, как море на рассвете, глазами. Казалось, Ингвар способен понять ее без слов.

Ормарр с секирой в руках подошёл ближе, дотронулся ладонью до ее плеча и обратился к Ратмиру:

— Мера приняла хорошее решение. У меня тоже есть для тебя подарок, новый князь.

Когда он вложил в протянутые руки секиру, не только Ратмир удивился такому подарку, но и Мера. А Кельда усмехнулась заговорщически, стоя чуть в стороне от всех.

— Чистая… — заметил Ратмир, бережно проведя по сверкающему лезвию-полумесяцу пальцами. — Ты ведь хотел искупать ее в крови?

— Сегодня я не увидел врагов. Акке сказал мне в тот день, что больше всего желал бы мира между нашими народами. Он готов был умереть за это. Сделай так, чтобы его смерть не была напрасной.

— Обещаю.

Ингвар хлопнул его по плечу. Это напоминало прощение.

— А что будем делать мы? — подошла поближе Кельда.

Как и все, Мера воззрилась на Ингвара в ожидании его слов. В душе трепетала надежда, которую она не осмеливалась озвучить даже мысленно. Он почему-то тоже смотрел на нее.

— Присоединимся к борьбе. — Ингвар достал из-под мехового ворота плаща верёвку, на которой блеснул в тусклом свете перстень, и протянул Кельде. — Возьми это.

Девушка вскинула брови, но вещицу приняла.

— Кольцо вождя Хельги?

— Теперь ты посол земель Орм в княжестве Калинов Яр. Я больше не могу исполнять эту миссию, так как вижу перед собой другую. Помоги Ратмиру наладить отношения с общинами ормарров. А я помогу Мере собрать армию.

Кольцо повисло на шее воительницы вместе с костями и оберегами.

— Как скажешь, дружище. Пусть Владыка не оставит тебя на избранном пути.

С улыбкой Кельда притянула друга к себе, сжала в крепких объятиях и звонко похлопала по спине. Она выглядела бодрой и решительной, как и всегда, но в глазах тоже появилась грусть. Потом обернулась к колдунье, сжала ее плечи и заглянула в глаза.

— Если Акке продолжит бороться против нашего общего врага даже после смерти, это будет для него величайшей честью.

— Как и для меня, — серьезно кивнула Мера.

Тонкая светлая лента на горизонте возвестила о новом дне и новом начале. А значит, как бы горько ни было, пришло время оставить все позади.

— Рассвет. Нам пора.

Улицы давно уже опустели. На сером истоптанном снегу остались кое-где яркие пятна крови, но скоро они исчезнут, и больше ничто не будет напоминать об этой странной ночи, когда принимались судьбоносные решения и завершались неоконченные дела.

К тому времени, как Ингвар и Мера выехали сквозь малые ворота за пределы города, край золотого диска показался за темно-зелеными островерхими елями и переплетением голых ветвей. Заблестел снег на крышах уцелевших башен и на скатах изб. Ветер принес с собой смолистый аромат лесов и свежесть заснеженных полей. И сердце Меры, истерзанное, холодное, чёрное, радостно устремилось ему навстречу.

Дополнительные материалы

Мера

Мера

Ратмир

Ингвар