Хладная рать (СИ) - Командор Анастасия - Страница 48

Дыхание ее давно сбилось, рвалось облачками пара в серый морозный воздух, напитанный кровью и свежестью. Горло горело от криков, а в ушах стучала кровь. Она любила все это. Азарт и близость смерти открывали в ней что-то новое, гнали вперёд, позволяли подмечать каждую мелочь и принимать решения быстрее, чем она успевала их обдумать. Запахи, звуки, цвета — все ощущалось как никогда ярким, и только боль притуплялась как нечто совсем лишнее посреди боя.

Потому она не сразу заметила, как из глубокой раны на бедре сочится кровь.

Ледяной ветер хлестал по лицу и свистел в ушах. Деревянные бусины и медные кольца в волосах стучали и звенели за спиной. Снежинки летели в глаза с невероятной скоростью, и приходилось щуриться. Дорога по бокам превратилась в сплошную череду темных расплывчатых пятен в окружении более светлых, но цепкий взгляд воина ухватился за крохотную фигуру впереди и не выпускал. Расстояние между ними быстро, неумолимо сокращалось.

Скоро до врага осталась сотня шагов, потом — не более двадцати. Тот уже давно заметил погоню, то и дело оборачивался через плечо и нахлестывал бедную лошадь. Но животное и так неслось на пределе сил и все сильнее припадало на раненую ногу.

Вот они скакали уже практически наравне. Земовит потянулся к мечу, что был у правого бока, и Ингвар тут же направил лошадь к его левому боку. Пока тот на скаку пытался переложить меч из одной руки в другую и при этом удержаться в седле, Ингвар махнул клинком в сторону, однако противник уклониться и дёрнул правый повод. Животное попыталось свернуть, но раненая нога подвела, подогнулась. Лошадь упала в снег и кувыркнулась, а всадника выбило из седла. Оружие его полетело в одну сторону, сам он кубарем проехался по снегу и остановился в нескольких шагах от своей лошади. Ингвар по инерции ушел немного вперёд, прежде чем натянуть поводья. Не дожидаясь, пока животное остановится, спрыгнул в снег и побежал назад.

Земовит с трудом поднялся, отплевываясь от снега. Его пошатывало, но серьезных травм видно не было. Он зашарил руками по снегу в поисках меча. Выдернул его, взметнув белые хлопья, и едва успел отразить клинок Ингвара, который со звоном обрушился сверху. Ингвар тут же отвёл руку в сторону и направил новый рубящий удар в бок, и потом ещё один с другой стороны. Но Земовит отразил их оба. Он уже крепко стоял на ногах. Хриплое дыхание со свистом рвалось из приоткрытого в оскале рта, лицо исказилось гневом.

— А ты ещё кто? — выплюнул он, чуть отступив. Видно, хотел дать себе ещё немного времени отдышаться. Ответа не последовало, и он прищурился: — Какая выгода змеепоклоннику помогать этой ведьме? Неужто заключили союз за спиной Далибора?

Ингвар направил очередной рубящий удар в плечо противнику, тот отскочил, и ормарр тут же взмахнул клинком снизу вверх. Однако и теперь Земовит ловко отразил его. Стоило отдать должное его выносливости: даже после сражения с нежитью и падения с лошади уступать он не собирался.

— Так-так… — Уголки губ Земовита приподнялись, превратив оскал в хищную усмешку. — Мера, значит, не только колдунья, но и предательница. Великому князю интересно будет узнать об этом.

Ингвар атаковал несколькими стремительными выпадами вместе с короткими ударами с разных сторон, но Земовит всякий раз отпрыгивал назад и уклонялся. Звон разлетался в тишине зимнего утра, и где-то далеко ему отвечали неразличимые крики.

— А как только он узнает, сравняет весь проклятый Калинов Яр с землёй, а девку сожжёт заживо! Ох, с каким удовольствием я погляжу, как она будет корчиться в огне! Вдоволь наслажусь ее криками. Жаль, ты этого не увидишь!

— Побереги дыхание, — ровно отозвался Ингвар, хотя и сам уже дышал шумно и часто.

— Диво! Да ты говорить умеешь!

Земовит по большей части отступал, сам атаковал редко. То ли время тянул, то ли пытался утомить противника. Ингвар уже начал ощущать вес меча в руке, лёгкие горели огнем, а из-за снега и ноги стали уставать быстрее обычного.

Они вновь скрестили мечи. Ингвар навалился всем весом, вгляделся в темные глаза Земовита в надежде угадать по их движению, каким будет его следующий шаг. Их лица оказались напротив, прямо над клинками, так что видна была каждая морщина на лбу и каждый седой волосок в бороде купца. Тот больше не ухмылялся. Скалился и пыхтел, а в глазах его пылала жажда крови и отчаянное нежелание уступать.

Вдруг взгляд противника скользнул вниз и вбок, и Ингвар без раздумий вытянул в ту же сторону руку, ожидая, что наткнется на кулак Земовита. Но ладонь пронзила вспышка боли, а в следующий миг она сделалась скользкой от горячей крови. Земовит надавил, и острие кинжала оказалось опасно близко к рёбрам Ингвара. Держать левую руку у правого бока долго он не смог бы в таком неудобном положении, и потому, не ослабляя натиск меча, обхватил кулак Земовита вместе с кинжалом и резко отвёл влево. Купец по инерции качнулся вперёд, оцарапав шею о лезвие меча.

Не медля Ингвар вывернул запястье так, чтобы острие кинжала, торчащее из его ладони, оказалось направленным вверх. Земовит сопротивлялся и кряхтел от усилий, давил на кинжал, пытаясь направить вновь в сторону противника. Несколько невероятно долгих мгновений длилась борьба, где каждый напрягал все силы, давил до скрежета зубов, до жжения в мышцах, а острие блестело в тусклом сером свете и дрожало, никак не желая двигаться с места.

Но вот медленно, очень медленно острие начало наклоняться. Ингвар чувствовал, как все больше дрожит рука купца от напряжения, и усилил натиск. Тот тоже понимал, что вот-вот уступит, и попытался выдернуть нож. Но Ингвар сдавил так, что захрустели кости, а кровь непрерывно текла из-под кожаной перчатки, заливала рукав и капала на снег. Земовит закряхтел от боли, задёргался. Ингвар надавил ещё, из последних сил. Глухой рык вырвался из-за сжатых до боли зубов. И вдруг рука поддалась до странного легко, словно лопнул канат, который тянули в обе стороны. Острие прочертила дугу, Ингвар вновь изогнул запястье — и с силой вогнал кинжал под подбородок противнику. Земовит округлил глаза, всхрипнул. Медленно, слишком медленно тело его начало слабеть. Меч выпал из его руки, потом и вторая соскользнула с мокрой от крови рукояти кинжала. Ингвар тоже выпустил меч, выдернул кинжал сначала из горла купца, потом и из своей ладони. И, пока Земовит ещё держался на ногах, быстро вогнал кинжал между ребер.

Отдышался немного. Кружилась голова, сердце колотилось с такой силой, что только его стук и был слышен в ушах. Левая ладонь пульсировала болью. Ингвар стянул перчатку, сгреб снег ладонью и сжал. Он тут же окрасился алым. Затем подобрал меч и поспешил к лошади. Рано отдыхать. Нужно ещё помочь друзьям.

Секира Акке застряла в плече очередного ратника, и чтобы выдернуть ее, пришлось упереться ногой в грудь. Бессонная ночь и атака нежити заставляли врагов качаться от усталости. Видно было, что они поднимают мечи из последних сил, и лишь упрямство, чувство долга или же безвыходность положения не позволяют им просто сдаться. Однако это не давало повода расслабиться: во время любого боя Акке оставался сосредоточен и никогда не терял голову. В отличие от Кельды, им руководил холодный ум и годы тренировок, результатом которых стали отточенные до мелочей движения. Он не думал, как отразить удар — тело само подсказывало. Он не планировал, как ударить, а лишь подмечал возможности. И всегда старался следить за всеми противниками сразу, чтобы не допустить неприятных неожиданностей и атак со спины.

Потому он сразу заметил, как Кельде раскроили бедро, и стал двигаться в ее сторону, рассекая тела на пути то полукруглым лезвием, то острым крюком на обухе. Между ним и подругой осталась всего пара человек.

Противник Кельды заехал по ее ране сапогом, вынуждая припасть на сторону. Она едва сумела отразить меч, но атаковать сама не успела: враг с силой толкнул ее ногой в грудь. Кельда опрокинулась в снег и тут же замахнулась по ногам ратника. Тот с лёгкостью отбил атаку и нацелил меч ей в живот. Кельда лишь удивлённо следила за сверкающим остриём, что сулило ей скорую смерть. Акке подоспел к ней и смял противника ударом крюка в висок до того, как тот нанес серьезную рану. Меч врага лишь оцарапал кожу.