Наперегонки с ветром. Буря (СИ) - Виннер Лера - Страница 6

Вот только притронуться к этому пирожному мне не позволили.

– Ох, леди Элисон, что это! – она негромко, но очень натурально вскрикнула, прижала ладони ко рту и уставилась на мою руку.

С рукой всё было в порядке, и даже шрам не мог броситься ей в глаза и так сильно напугать, потому что смотрела она на левую.

– Где?

Матильда прищурилась, а Камилла с откровенным любопытством вытянула шею.

– Ваше кольцо, – голос Джеральдины дрогнул от того, как ей было интересно. – На вас нет обручального кольца! Как же так?!

Я снова посмотрела на свою руку и мысленно выругалась.

О кольце, а вернее, о его отсутствии я успела забыть, а вот младшая мадам Готтингс оказалась наблюдатель.

– Да… Я потеряла его во время плавания. Так и не сумела отыскать.

Пришлось сжать и разжать пальцы, изображая, насколько мне неловко.

Я настолько отвыкла носить кольцо на безымянном пальце, что действительно не вспомнила о нём.

Это было не просто досадно. Такого рода промахи могли выдать.

– Это плохо. Потерять обручальное кольцо – дурная примета. Говорят, это предзнаменование того, что муж начнёт изменять, – аккуратно выщипанные брови Камиллы сошлись на переносице.

Она нахмурилась, изображая мрачную тревогу, но стрельнула в меня таким взглядом, что стало понятно: некоторые соображения насчёт того, с кем именно мне изменит муж, у неё уже есть.

Её наивная самоуверенность оказалась настолько забавной, что меня выручила – я улыбнулась ей в ответ лишь уголками губ, но вполне искренне.

– Я не верю в дурные приметы.

Медовое пирожное всё ещё ждало, и съесть его мне хотелось просто потому, что остальные дамы себе подобного не позволяли, однако, Матильда не намерена была так быстро сворачивать этот разговор.

– Камилла права, графиня. Не будьте так легкомысленны. Как вы могли видеть, Фьельден лежит у подножья гор.

Теперь, когда пришла моя очередь изображать дуру, я моргнула, уставилась на неё с весёлым недоумением, хотя и напомнила себе о том, что с её племянницей мне в этом искусстве не тягаться.

– Хотите сказать, банши или фэйри могут спуститься с гор, чтобы обольстить моего мужа?

Возникшая в моём воображении картина оказалась настолько яркой, что захотелось улыбнуться снова, но я вовремя напомнила себе, что посвящать впечатлительных дам в подробности всё же не стоит. По крайней мере, не в такие.

– Вы напрасно смеётесь, – мадам Готтингс не успела сдержаться, и в брошенной ею короткой фразе прозвучало и презрение,и неприязнь, и вполне очевидный приказ с ней не спорить. – Горы не прощают слабости, а Фэрэй часто испытывает влюблённых. В особенности – супругов. Вы вряд ли знаете эту легенду, но поинтересуйтесь. Пусть она уже и не имеет былой власти, у неё всё ещё достаточно сил, чтобы посылать нам великие искушения. Всем нам.

Глава 3

Женевьева пришла за мной спустя полчаса и десяток грустных историй о парах, распавшихся из-за происков озлобившейся богини.

Окинув нас нечитаемым взглядом, она сообщила, что граф Нильсон вот-вот освободится и нам лучше поспешить.

Матильда, к моей великой радости, откланялась и удалилась походкой страдающей от боли в спине королевы, а вот Джеральдина вызвалась меня проводить.

Всю дорогу до дома, в котором нам предстояло расположиться, она стрекотала как стая взбесившихся цикад, размахивала руками и патетично закатывала глаза.

Ответа от меня, к счастью, ни разу не потребовалось, и, делая вид, что внимательно её слушаю, я с преличествующим гостье любопытством оглядывалась по сторонам.

Женни наоборот молчала. Ни разу даже не попытавшись перебить Джеральдину, она изредка касалась мизинцем моей руки и указывала взглядом на то, что мне, по её мнению, стоило увидеть – старый фонтан в виде солнца, причудливый треугольный дом или растущий прямо посреди улицы вековой дуб.

Это взявшиеся буквально из воздуха завораживало и настораживало одновременно.

Я не чувствовала в ней ни силы, ни неправильности или болезни, которая могла бы облегчить ей восприятие меня. Или она так хорошо закрывалась, или была самым обычным человеком, и тем удивительнее было её быстрое расположение.

Поверить в то, что ей настолько одиноко, я готова не была. Даже с учётом дрянной свекрови и бестолковой невестки, Женни выглядела счастливой.

Её счастье, спокойное, непоколебимое и не поддающееся сомнению, разливалось в воздухе вокруг неё и было ей самой настолько очевидно, что демонстрировать его другим она не видела смысла.

Наблюдая за ней краем глаза, я заключила, что интересно будет при случае взглянуть на Самуэля Готтингса поближе. Уж слишком разительно его жена отличалась от жены его брата, как будто была выбрана им всему и всем наперекор.

Если так, это объясняло многое, включая то пренебрежение, которое позволяла себе его мать, обращаясь к ней.

Предназначенный для нас с Кайлом дом я узнала сразу, стоило ему только оказаться в поле зрения, хотя ни одна из моих спутниц ничего не сказала и даже взглядом не указала на него.

Дом оказался большим, построенным из темного камня, двухэтажным и увенчанным старомодной островерхой башней.

Такие обычно служили родовыми гнездами ни одному поколению своих владельцев, и если конкретно этот дом люди покинули, от него не просто можно, а нужно было ожидать сюрпризов.

К двойной массивной двери вели три широкие удобные ступени, но дверь эта пока была заперта.

– Вот, возьмите. Они были у меня, пока я занималась приготовлениями. Теперь они ваши, – Женевьева протянула мне второй комплект ключей.

Только теперь я поняла, что остановилась, разглядывая этот дом, как будто ноги сами приросли к земле.

В груди непонятно почему свернулся холодный и склизкий ком, и даже Джеральдина примолкла, наблюдая за мной.

К счастью, будет кому разнести по Фьельдену весть о том, что госпожа графиня онемела от восторга, увидев предоставленное городской властью жилье.

– Спасибо, – вторые ключи лежали у меня в кармане, и эту связку я просто сжала в руке.

Если оба комплекта оказались у меня, значит, Кайл…

Кайл вывернул из-за дома с левой стороны, где виднелись крыши хозяйственных построек.

Одна из них очевидно была конюшней, и, если я прочитала выражение его лица правильно, Искру и Норда устроили в ней со всеми удобствами.

– Нам, пожалуй, пора, – Женни тоже его заметила, и тут же коснулась моей руки, привлекая внимание.

На ее губах играла почти незаметная, но очень понимающая улыбка.

Джеральдина раздражала ее не меньше, чем меня, а с природным тактом все было в порядке.

Я кивнула ей и, пожелав обеим хорошего вечера, направилась к дому.

Кайл ждал меня у крыльца. Он поставил ногу на первую ступень, но не поднимался, давай мне время подойти.

Зная, что как минимум одна бестолковая мадам Готтингс смотрит мне в спину, я с трудом подавила желание пойти быстрее, потому что ледяной ком под ребрами начинал давить.

Больше всего мне хотелось плюнуть в лицо и Совету, и Мастеру, и этому заданию, и собственным планам на будущее и просто уехать.

Отсутствие на мне обручального кольца в любом случае станет предметом для пересудов и сплетен о том, что в семье графа не все гладко. Если я уберусь отсюда ночью, мало кто удивится.

– Надеюсь, вы хорошо провели время, графиня?

На лице Кайла не дрогнул ни один мускул, а тон, которым он задал этот вопрос, был подчеркнуто вежливым, но я остановилась рядом с ним, будто налетев на стену.

Откровенной издевки в этом не было, но, на мой взгляд, получилось отвратительно – почти запрещенный прием.

В конце концов, он лучше чем кто бы то ни было знал, насколько мне было от этого неуютно.

Положенный ему по праву рождения титул мы редко упоминали даже в качестве шутки, и высокопарное обращение “графиня” точно не имело никакого отношения ко мне.

– Не беспокойся, я не переигрывала, – я протянула ему тот комплект ключей, что держала в руках, и попутно порадовалась тому, что выражение лица и голос остались нейтральными.