Наперегонки с ветром. Буря (СИ) - Виннер Лера - Страница 53

Забавным казалось, что тогда я даже не старалась запомнить его имя, настолько мне было без разницы. Достаточно оказалось привлекательной внешности и темного взгляда.

Что было бы, если бы он просто не пришёл?

Об этом мне не хотелось думать точно, – ни вообще, ни конкретно сейчас.

– Мы что-то празднуем?

– У нас просто есть на это время. Пока.

– А потом?

– А потом я начну всякий раз думать, стоит ли пускать тебя в лес.

Мы обменялись одинаково ядовитыми ленивыми улыбками.

– Тебе в любом случае ничего не грозит.

– В самом деле? Мне казалось, как раз наоборот.

Забрав у Кайла вино, я сделала ещё один глоток и решила, что, пожалуй, на сегодня мне хватит. На темном стекле остался привкус его губ, и если раньше я подобного не замечала, то теперь почувствовала даже слишком остро.

– Как прошла встреча с мэром ты мне тоже не расскажешь?

– Расскажу. Но не сейчас.

– Почему?

– Нам обязательно говорить о деле? – он откинулся назад, оперся на локоть.

Я засмотрелась против воли, потому что мне нравилось на него смотреть.

– А о чем ты хочешь говорить?

Трава, до которой я дотронулась из любопытства, оказалась одновременно по-осеннему несвежей, но мягкой.

Оттенок, которым переливались камни, сменился, и несколько причудливых бликов упали на одеяло, когда свет вдруг стал ярче.

Кайл пожал плечами, разглядывая то ли их, то ли меня.

– О чем угодно. Мне показалось, есть что-то, о чем ты хочешь спросить.

Приглашение было вполне очевидным, но я не была к этому готова.

Не видела смысла.

Не хотела слышать правду.

– Ничего существенного.

Он ответил не сразу, а мне показалось, что блики от камней отразились в его глазах.

– Ну хорошо.

Мелодия снова сменилась.

Я не разбирала слов, и музыка не была знакомой, но настроение песни улавливалось так ясно, как будто она звучала прямо у меня в голове.

Это была грустная баллада об ушедшей любви.

– Можно попросить их спеть что-нибудь другое?

– Попробуй.

Кайл непонятно чему улыбнулся, а я повернулась к камням.

В конце концов, мне и правда было интересно.

Что бы я хотела сейчас услышать?..

Они знали лучше меня.

Звуки оборвались, а потом зазвучала новая песня. Не бравурная, но такая, что захотелось улыбнуться по-настоящему – лёгкая, беззаботная, о ветре и бесконечной дороге.

– Да как это?!

Настроение мгновенно поменялось.

Я дотянулась до ближайшего камня, и тот отозвался на моё прикосновение лёгкой пульсацией.

– Ты им нравишься, – в голосе Кайла тоже слышалась сдержанная, но достаточно отчётливая улыбка. – В противном случае они замолкают или перестают светиться. Или вовсе притворяются обычными камнями.

– Откуда ты это знаешь? – я повернула голову и поняла, что замираю.

Закат продолжал догорать.

Камни пели и играли со светом и тенью.

Кайл лениво пожал плечами и сел ровнее.

– Так говорят.

Он протянул мне руку, и я подалась ему навстречу, не думая.

И правда, к чему были все эти разговоры?..

Дыхание сбилось, а грудь так выразительно отяжелела, стоило ему усадить меня на колени.

– Так зачем приходил наш добродетельный доктор?

Ладонь Кайла скользнула мне под рубашку, и мне осталось только опереться о его плечи и выпрямить спину.

Он, конечно же, прекрасно все чувствовал, но и мне в такой позе было очевидно, что ему далеко не все равно.

Настолько, что пришлось облизнуть враз пересохшие губы.

– Чтобы сделать предложение руки и сердца.

Мелочность, которой я от себя не ожидала, но все же мне было до определенной степени приятно ему об этом сообщить.

Почти так же приятно, как держаться за него, ощущая под ладонями твердые мышцы и шрамы.

– Даже так? И что ты ему ответила?

Его рука двинулась выше, костяшки пальцев прошлись по ребрам, а другая ладонь осталась пока лежать на талии.

– Он попросил не отвечать сразу. Просто подумать.

– Умно. Избавляет от необходимости принимать необратимые решения.

Я немного, но откинулась назад, чтобы ему было удобнее, и только чудом успела вовремя прикусить губу, чтобы не застонать в голос, когда он медленно обвел сосок большим пальцем.

Без спешки.

Без единого шанса на то, что я могла бы это остановить.

Я и не хотела.

– Хочешь сказать, тебя повеселила бы история о том, как добродетельная супруга графа Нильсона сбежала с местным доктором?

– Этому городу явно не помешает хороший скандал. Мне кажется, люди здесь начинают скучать.

Кайл привлёк меня ближе, мягко, но вынуждая смотреть в глаза.

Я же медленно провела ладонью по его волосам, вынимая ленту, которой они были собраны.

Блики от камней играли на его лице почти так же, как отсветы костра, и это по-прежнему завораживало.

Как будто не прошло так много времени.

Как будто ничего не изменилось.

– Ещё один приказ?

Его руки медленно переместились мне на спину. Кайл гладил снизу вверх так медленно, то щекотно, почти невесомо кончиками пальцев, то раскрытыми ладонями, и голова постепенно становилась лёгкой и восхитительно пустой.

– Посмотрим.

Он наконец накрыл грудь ладонью, сжал чуть легче, чем было нужно, и дыхание сбилось окончательно. Я сама подалась навстречу, запустила пальцы ему в волосы.

Мелодия, выводимая камнями стала тяжелее и ритмичнее, а свет почти померк.

Кайл притянул ближе почти рывком, так, что я оказалась готова возненавидеть эти треклятые брюки, которые прямо сейчас оказались такими неудобными.

Небо над нами продолжало темнеть, листья тихо и очень благожелательно зашуршали под лёгким дуновением ветра. Как будто поощряя.

Я сдала его бёдра коленями, ещё не подгоняя, но прижимаясь теснее, и подняла голову, чтобы вдохнуть поглубже.

– Кайл.

Наших лошадей не было.

Толстая низкая ветка, к которой Кайл их привязывал, осталась на месте, но коней рядом с ней не оказалось.

Я вскочила, забыв и про камни, и о том, что секунду назад едва не стонала, пытаясь потереться о своего напарника.

Появление чужака и конокрадство было полностью исключено, – я сидела лицом к деревьям и лошади были в поле моего зрения. Того времени, на которое я отвлеклась, просто не хватило бы, чтобы их увести.

Искра подняла бы шум.

Не говоря уже о том, что Норд никогда и ни за что не подпустил к себе постороннего. Такие кони, как он, предпочитают смерть новому хозяину.

Влево от того места, где мы их оставили, уходила дорога, и я побежала по ней в надежде, что они не могли уйти далеко.

Лес, который только что был так благосклонен, просто не мог забрать их.

Заросли справа начали казаться черными и почти непроходимыми, а горы слева - сплошной стеной.

Тут хотя бы нельзя было заблудиться, и вперед вела только одна дорога.

Удачно перепрыгнув через большой камень, лежащий на пути, я прибавила скорость, и все-таки едва не споткнулась, очутившись на открытой местности.

Горный луг был бы прекрасен в вечерней полутьме, если бы не лошади.

Они никуда не торопились и явно пребывали в ясном уме, проводя время много продуктивнее, чем мы сами пятью минутами ранее.

Холодный осенний ветер задул под тонкую рубашку и пробрал до костей, но я не двинулась с места, беспомощно наблюдая за происходящим.

Кто-то из них, – кажется, Норд, – негромко, но довольно заржал, и на фоне темного леса и стремительно темнеющего неба два черных животных почти потерялись.

– Ты забыла, – неслышно подошедший сзади Кайл набросил мне на плечи куртку.

Он был абсолютно спокоен.

Окажись на его месте кто угодно другой, я сочла бы, что этого человека пропавшие в горах лошади не волновали вовсе, а моя готовность бежать за ними казалась чудачеством.

Движение в темноте стало интенсивнее, и на долю секунды все происходящее слилось в целостную и изумительно гармоничную картину: лес, ветер, тысячелетние камни и наконец дорвавшиеся друг до друга кони, которых я хотела развести по разным углам конюшни.