Первая градостроительница (СИ) - Дюваль Эмила - Страница 17

В правом, «хозяйском» крыле, хозяйка с дочерью накрывали на стол. Скоро вернулся запыхавшийся глава, отдавший многочисленные распоряжения. Хозяйка с поклоном пригласила за стол. С собой я взяла только командира своего отряда, его первого заместителя и представителя от семей переселенцев. Объедать главу в мои планы не входило.

Еда была очень простой, но главное горячей. Утолив первый голод, я отложила ложку и начала разговор:

— Со мной прибыли люди, они останутся здесь, займут свободные дома. Надеюсь, есть жилые дома?

— Требуют ремонта, но жить можно, — пару секунд ответил Геп.

— Завтра после в поместье обеда начну приём жалоб, а вечером обсудим дальнейшее будущее поселения.

Глава вдруг настороженно на меня взглянул. Но промолчал, просто кивнув.

Я поднялась из-за стола, мои сопровождающие тут же поднялись на ноги. Я первой пошла из дома, расслышав негромкое командира, обращенное главе:

— Надеюсь, местные понимают, что дурить себе дороже…

Во временной опочивальне меня уже ждала большая бадья горячей и мягкая кровать. Едва не уснув в теплой воде, я натянула на себя длинную шерстяную сорочку и забралась под ворох шкур. В голове промелькнула мысль о завтрашних заботах, но тут же погасла, уступая место сновидениям. А о проблемах я подумаю завтра…

Глава 33. Дом, в котором…

Этой ночью мне снова снился мой загадочный незнакомец. Проснувшись, я усмехнулась: на новом месте — приснись жених невесте… Хотя это всё более смахивало на помешательство, тут все равно не было возможности обратиться к психиатру.

А снилось мне… Огромный город, раскинувшийся по всей ширине плато, над которым возвышался белоснежный замок. Это ведение было так реально, что я даже ощущала особые запахи города. Если бы это было реальностью…

Всё это я наблюдала с высоты птичьего полета, держась за руки с мужчиной моих грёз (это был именно мужчина, пусть и молодой, но парнем я никак не могла его назвать), выше меня на голову, с мозолистыми ладонями, которые держали меня крепко, но аккуратно. Кто же ты, таинственный незнакомец? Существуешь ли ты на самом деле или являешься плодом моего воображения?

Встряхнув головой, окончательно проснулась и решительно отбросила несвоевременные мысли: время играло против меня, и каждая минута была на счету.

Окликнув девушек, быстро собралась. Сегодня придётся целый день носить «парадную одежду» — так я называла тяжелый княжеский кафтан, расшитый серебряной нитью, каменьями и мехом, к которому полагался своеобразный кокошник с расшитым платком. Конструкция крайне неудобная (когда-нибудь я определенно совершу маленькую революцию в области моды), но отлично обозначающая мой статус.

Я планировала использовать кафтан как верхнюю одежду (благодаря меху он был почти что шубой), и вот тут-то и пригодились мои вязанные платья с колготками. К завтраку я выходила во все оружии.

Едва увидев меня, глава с семейством склонили головы в почтительном поклоне. Ставка на княжеский образ себя оправдала. В таком же поклоне склонились мои люди.

— Разделите с нами утреннюю кашу, княгиня? — спросил Геп, всем своим видом стараясь выказать почтение.

Берг быстро бросил на меня выразительный взгляд, но я сделала незаметный жест, мол, позже.

— Отчего же не разделить? Хозяюшка, накрывай на стол. Позавтракаем, а после отправимся в поместье, — я исподлобья посмотрела на главу, а потом добавила, повернувшись уже к командиру отряду и его помощникам, — Берг, Лац, останетесь. Остальные могут пока позавтракать.

Домочадцы Гепа споро накрыли на стол, мы приступили к завтраку. Я из-под ресниц посматривала на приютившего нас главу поселения и его семью. Жаль, не успела с утра расспросить командира о том, спокойно ли прошла ночь.

Наконец с трапезой было покончено, и распрощавшись с хозяйкой, наказав главе явиться в поместье, когда солнце станет прямо над землёй, я впорхнула в седло и тронулась в путь, намереваясь объехать поселение и узнать последние новости. Дождавшись, когда со мной поравняется командир, я с нетерпением сказала:

— Говори!

* * *

Немного об обозначенном поклоне: он выполняется корпусом с опущением головы, за прототип я взяла азиатскую вариацию.

Глава 34

— Вы же слышали, что не так давно здесь прошел людской мор? — издалека начал Ринц.

Предчувствуя плохие новости, я бросила на него красноречивый взгляд, чтобы переходил сразу к сути.

Вздохнув, командир, быстро начал обрисовывать проблему:

— Большая часть пустых домов заколочены с лежащими там мертвецами. Местные не придумали ничего лучше, чем пожечь часть домов, куда добралась болезнь, и законсервировать оставшиеся. Посчитали останки заразными…

Да что ж такое, всё не слава Богу или кому там в этом мире…

— Утро и правда перестало быть добрым, командир. Придется разбираться с этим в первую очередь. Опроси кого-нибудь из наших, может быть сталкивались с этой болезнью. По-моему, свинопас Ивар о чем-то подобном рассказывал… Не помню, поищи и приведи. В крайнем случае — из местных. Мне нужна хотя бы какая-то информация.

Память меня не подвела: поселение Ивара коснулась эта же болезнь, и он подробно рассказал всё, что помнил. Это придало мне какую-никакую уверенность.

И вот, обряженные в толстые кожаные рукавицы и такие же фартуки, закрыв лица специальными повязками, войны вскрыли первый дом.

За действием вышла наблюдать вся деревня. Видимо решили, что раз княгиня не боится заразы, то и им ничего не будет. Подобная многолюдность несколько раздражала, но тратить силы на разгон толпы не хотелось. Все же люди сами ответственны за свою жизнь…

Дверцу медленно отворили. В нос тут же ударил тошнотворный запах, несмотря на то, что я, например, стояла довольно далеко. Некоторые мужчины тут же спрятали лица в шапках, кто-то согнулся в сугроб.

Войны же смело шагнули внутрь, чтобы открыть ставни и осмотреться. Спустя несколько минут я получила подробный отсчет.

— Внутри одни кости и истлевшие вещи. Много крысиных останков. В остальном дом, на первый взгляд, цел.

Дальше шли некоторые подробности, которые я предпочла уже не слушать. Всё и так было очевидно.

— Пусть с десяток мужчин начнут вскрывать дома, остальные отправляются копать ямы для погребальных костров. В дома не заходить, вещи и останки не трогать. Эти займется бригада зачистки. Командир, назначь смотрящего. Староста… Где староста!?

Староста нашелся в толпе, но почему-то не в первых рядах.

— Староста, распорядись насчет мыльни, чтобы вечером все мужики непременно помылись и сменили одежду. — отдавала распоряжения я.

И, наконец, придав своему голосу нужную громкость, обратилась к толпе:

— Женщины и дети отправляются по домам, нечего путаться под ногами.

Немного понаблюдав за рассасывающейся толпой и качеством выполнения поручений, вновь забралась в седло и вместе с небольшим отрядом продолжила осмотр Холодной Скалы.

То, что я видела, меня и радовало и огорчало: с одной стороны, у поместья было выгодное географическое положение, шикарнейшие пейзажи, река с чистой водой, впадающая в море и лес. С другой, поселение находилось далеко от торговых путей, население жило элементарным промыслом и довольно бедно. На всё поместье одна кузня, дряхлая мельница, небольшая пашня. Застройка хаотичная, о дорогах и говорить нечего… Страшно было предположить, сколько средств потребуется суда вложить, чтобы получить из этого места хоть что-нибудь приличное.

К обеду я объехала всё поселение и отправилась осматривать саму резиденцию. Мои приближенные явно не сидели сложа руки: усадьба встретила меня печным дымом и суетой во дворе.

Выбежавшая встретить меня Лада, на ходу отчитывалась:

— Для жилья сейчас пригодны только комнаты в правом крыле, в левом надо перекладывать печи. Господские покои уже убрали, но еще не обогрели, дом-то каменный. Кладовые осмотрели, нашли амфоры с непорченным зерном, вялеными овощами и фруктами, в погребе еще сохранился мед и пару сосудов с конопляным маслом. Из добра в сундуках только домашняя утварь. Кашеварят сегодня на летней кухне, сейчас кликну подавать.