Костёр и Саламандра. Книга третья (СИ) - Далин Максим Андреевич - Страница 51

— Ильк! — крикнула я. — Впереди нас ждут!

— Драконы? — спросил он, полуобернувшись.

— Демоны! На хуторах! Эти хутора нашпигованы демонами, напиханы демонами, я всей кожей чувствую! — заорала я. — И их командир там, человек, некромант! Он видел дым, понимаешь?! Дым видел!

Ильк толкнул Шкилета коленом, рявкнул:

— Дорогу! Майр!

И снова рванулся вперёд, мимо товарищей, расступавшихся в стороны, — но в этот раз поравнялся с командиром.

— Майр, — сказал Ильк, — Карла видит засаду на хуторах.

— Стой! — заорал Майр и сказал тише: — Конкретнее.

Я объяснила ему, как смогла.

— Я уверена, уверена, что они как-то держат связь между собой, — говорила я, слишком быстро, но меня несло, я никак не могла взять себя в руки. — Я уверена, что тот, на хуторах, знает, что драконы сожгли тех, в лесу, и что в Чащобье был бой, тоже знает. Через ад, демонов, зеркала — я не знаю, они чернокнижники, у них свои приёмы. Я просто чувствую. Я знаю: он нас уже засёк. Вас, скажем так. Вас. Не меня. И нас ждут.

— Так, — сказал Майр и вытащил планшет.

— А обойти мы не можем? — спросил усатый красавчик из-за его плеча.

Майр рассматривал карту. Наш просёлок обозначала тоненькая линия, более широкая проходила восточнее, но все они сходились к хуторам, только оленья тропа, обозначенная пунктиром, огибая их, забирала сильнее на север и запад.

Но про эту тропу перелесцы уже слишком хорошо осведомлены, по-моему.

— Если только вот так, лугами… крюк сделать, — пробормотал Майр. — А вот тут, драконы говорят, болото… тут не пройдут костяшки.

— Мессир Майр, — сказала я, — ты прости, но они уже в курсе. Я чувствовала, как этот гад, который командует демонами… не знаю, как тебе объяснить… как он вас ощупывал на расстоянии. Я думаю, если речь идёт о вас, то сами по себе демоны чуют… или, не знаю, по-своему видят только движение, но кто движется — не особенно хорошо разбирают. Людей — другое дело… Но на вас их надо навести. Пальцем показать. И кто-то показывает.

— Это да, — сказал Ильк. — Жруны, например, не особо на нас охотятся, заметьте. Моторы вот им не нравятся… у моторов более адская природа или более божеская?

Кто-то коротко хохотнул.

— Я серьёзно, между прочим, — сказала я. — Знаете, у меня такое чувство, что демоны здесь повсюду. И собака моя нервничает, это тоже много значит. Но мы у них перед самым носом можем ходить. У меня такое чувство, что мы пару таких засад проскочили. Тот, кто наводит, не знал… а вот сейчас знает. И либо тех, что на хуторах, поднимет, либо — других, по пути… не могу объяснить…

Стало очень тихо.

— Представьте, — сказала я. — Вот, вот и вот — дороги, по которым в принципе можно подобраться. И вы в разных местах оставляете… сюрпризы. Как закопанные мины или адские машины. Я боюсь, если мы попробуем обойти хутора, то…

— Он весь лес поднимет, — закончил Майр. — Да?

— Да, — сказала я. — На самом деле тут тварей много, а вот настоящий враг, может, и один. И всем этим управляет. И уничтожить пришельцев ему велено любой ценой. Это он, именно он следит за всеми дорогами. И он видел дым, а когда увидел дым, стал прикидывать, что Чащобье сделало драконам… Курица я нелепая! Надо было спросить того дракона, как они засекли в Чащобье засаду!.. Впрочем… там люди были. Раз стреляли. Да?

— Полулошади тоже могут, — заметили у меня за спиной.

— Не из пушки же, — возразила я. — Нет. Там люди были. Поэтому и обозначились, кто-нибудь там бегал по деревне или начал палить по драконам. А вот на хуторах, я думаю, если и есть живой человек, то только один. Зря перелесцы, что ли, оттуда население вывезли…

— Всё-таки придётся прорываться с боем, — сказал Гинли. Погладил шею костяшки и пулемёт — тем же движением.

— Н-нет, — сказала я. Голос сорвался. — Надо грохнуть гада. Именно одного его. И дальше мы поедем, как по Морскому проспекту в столице.

— Дивная идея, — кивнул Майр. — А как? Отправить на хутора драконов? Так ведь никаких гарантий, что, пока драконы будут жечь демонов, — а это тяжёлый бой будет, как и над Чащобьем, — гадёныш не смоется… Я даже подумал: а он из Чащобья смыться не мог? Например, на полулошади верхом? Махнуть прямо через лес… одна лошадь там пройдёт, я думаю…

— Драконы бы заметили, — сказала я, но не очень уверенно. — Но неважно. В любом случае, если мы отправим драконов, он лес поднимет. Я бы подняла. Просто потому, что я, может, и погибну, зато и коварного врага заберу в ад с гарантией. Драконам в любом случае нужно время, а ему, быть может, пары минут хватит… кто знает, что это за обряд.

— Не может же быть, чтобы вообще без шансов… — начал Майр и замолчал.

— Тварей может быть очень много, — сказала я. — И уж во всяком случае не выйдет пройти скрытно. Но у меня есть одна идея. Среди нас есть один… которого гад не видит, в общем.

И все посмотрели на меня.

— Ну да, — сказала я и сняла каску. Сразу стало легче жить. — Вот я и пойду.

Тяпка скульнула и поскребла мою ногу лапой.

— Да, — сказала я. — С тобой, Тяп, пойду. Тяпка найдёт. А я убью.

— Одна? — Майр покачал головой. — Не дойдёшь.

— Запросто дойду, — фыркнула я. — На раз-два. Он меня не видит. А я его чую, и Тяпка приведёт прямо точно к месту.

— Он, может, и не видит, зато может учуять демон, — сказал Ильк. — Вы сами сказали, что демоны чуют живых, леди. У меня есть идея: мы с вами туда закатимся на Шкилете. Вместе. А собачку вы пустите бежать, пусть нюхает.

— А тебя он видит, Ильк, — сказала я. — И всю внезапность ты похеришь.

Ильк повернулся ко мне так, как только его корпус позволял. Сказал весело:

— А и пусть видит, леди Карла! Парней мы оставим здесь, а сами выдвинемся. Что гад подумает? Гад подумает, мы дозорного послали, поглядеть, всё ли на хуторах спокойно. Ну?

— Точно, — сказал Майр. Я даже услышала улыбку в его голосе. — Голова, Ильк, молодец.

— Да, командир! — в голосе Илька даже фатовские какие-то нотки появились, героя нахальной песенки. — И притаится, будет тихонечко там сидеть, как мышь под веником! Представьте, полоротый заявляется в расположение, оглядывается, сдуру никого не видит, возвращается к своим и говорит, мол, всё чисто! И вся толпа полоротых заваливается прямо в пасть, а?

Я обняла Илька за талию и привалилась к его спине.

— Да. Да. Ты молодец. Мы именно так и сделаем. Мы с тобой так и сделаем, потому что я чувствую: ты всё понимаешь правильно.

— Хорошо, — сказал Майр. — Вы пойдёте. Вместе с Ильком — шанс появляется, да.

Ильк, отдавая честь, лихо вскинул ладонь к каске — как к берету с роскошным пером, точно таким движением. Спрыгнул с коня, помог мне спуститься — и я поставила на землю Тяпку.

Она обрадовалась, но как-то не очень уверенно, виляла хвостом и заглядывала мне в глаза, вопросительно. Я присела на корточки рядом с ней, обняла — и её носом тронула мой счастливый амулет под кителем, к которому прикоснулась гадина.

Прикоснулась, конечно, не телесно, так что не запах остался, — но то, что осталось, моя собака как раз чуяла лучше всего. Я просто не сомневалась, что всё получится.

Тяпка чихнула и тихонько, глухо зарычала.

— Ты чуешь, да? — спросила я в самое замшевое ухо. — Чуешь его?

Она сама потянулась нюхать, но опять чихнула — и злобно залаяла, повернув морду вперёд. Туда, к хуторам.

— Видишь? — сказала я Майру. — Она чует гада. Мы поехали.

— Помоги вам Господь, — сказал Майр. — Будьте осторожны, ради всего святого.

Кавалеристы молча, печально смотрели на нас. Ильк помог мне подняться в седло. Тяпка пританцовывала вокруг, приседая на передние лапы, звала нас вперёд.

— Ищи, — сказала я. — Ищи его, Тяпочка!

Ну, она была златолесская борзая. Она рванула вперёд так, что и костяшке пришлось поднажать, чтобы угнаться за моей собакой. Любила она побегать, Тяпка, а удавалось от души поноситься не так уж часто…

И охоту, даже вот такую охоту, она, похоже, тоже любила.