В плену у страсти роковой. Дочери Древней Руси (СИ) - Сушко Любовь - Страница 51

– Я не понимаю, он мертвый, что могло случиться?

– Его убили? -спросила я, хотя и догадывалась, что тут совсем другое.

– Нет, что ты, – снова вздрогнула она и так на меня взглянула, словно у меня в руках было оружие, – он ест, пьет, ходит, спит, но он кажется мне мертвым.

Я пыталась ее уговорить и убедить, но понимала, что лгу себе, ничем хорошим приворот наш не закончится.

Она зарыдала и бегом от меня убежала. Я повернулась и молча отправилась к себе, убедившись, что самые дурные пророчества сбываются.

Наверное, она хотела избавиться от приворота, хотя могла ли я знать это наверняка. Но я не долго сожалела и переживала. Я стала сомневаться в том, что должна что-то менять и отказаться от всего случившегося. Я убеждала себя, что это первая неудача, и, может быть, все переменится, будут и удачи тоже. А потом я и вовсе позабыла о Федоре, и казалась беззаботной и спокойной.

В это время заболела моя бедная матушка. Хворь у нее была какой-то странной. Я старалась, но ей ничего не помогало, становилось все хуже и хуже.

Орм стал почти взрослым, он так яростно на меня взирал, готов был обвинить во всех бедах. Это было очень обидно. Однажды у него вырвалось:

– Это ты виновата, ведь никогда не могла простить того, что она любила меня больше, чем тебя, – он не скрывал сожаления даже.

Сначала я старалась убедить его в том, что это не так, он все придумал.

Разве он поверит, что бы я не говорила. И даже в час беды мы не стали ближе. Я не сомневалась, что обо всем он расскажет отцу. Так и вышло, но он оставался спокоен, наверное, он слышал это не в первый раз. Я пыталась понять, в чем моя вина, может я так любила Святослава, потому что отец был с ним все время, скорее он был его сыном, чем я дочерью. Но если бы отец не стоял, между нами, я не перестала бы любить князя, он был лучшим из тех, кого я в жизни встретила.

Глава 16 Исчезновение

А потом пошло-поехало. Сначала исчез Федор. Нам показалось, что он просто ушел в дальний дозор и скоро вернется назад. Но потом воевода сказал, что не был он в дозоре, и мы поняли, что он либо сбежал от нас, и она верила в это, я не могла бы поверить. Я привязала его крепко, значит с ним что-то случилось. Я не знала, где он может находиться. Мы отправились вместе к старухе, чтобы узнать хоть что-то.

Она и сказала, что он исчез, и не стоит тешить себя напрасными надеждами. Я смотрела на Алену и видела, как постарела и подурнела за это время моя подруга. Она стала чужой, отстраненной и далекой, словно приходилась мне матерью. Я почувствовала, что она умирает. Когда мы вышли на воздух, Алена вздрогнула и отшатнулась от домика. В этом внешне убогом строении была какая-то дикая сила и притяжение. Для меня в нем было что-то родное. Старуха стояла на покосившимся крыльце. Она пристально смотрела на нас, словно видела что-то тайное.

– Поздно ты пожаловала ко мне, – тихо говорила она, – а я бы тебе давно сказала, что нет ничего хуже неволи

– Скажи, что с ним случилось? – требовала Алена, и приготовилась услышать худшее.

– Ты хотела парня этого заполучить и много для того сделала, но так сильны были желания твои, что даже Морена всполошилась, она бросила тебе вызов и ты проиграла, конечно, проиграла.

Наверное, не все можно было понять из сказанного, но она спросила:

– Скажи мне, где он? – не отступала Алена

– На дне озера лесного, – пробормотала старуха, – вы его проходили, пока сюда шли.

Она вздрогнула, словно узрела призрак и ничего больше не сказала.

Я была благодарна старухе за то, что она все это говорила, не выдала меня, не стала попрекать.

– Ты напрасно тут, – говорила она, – твоя мать ждет тебя. Если ты не поторопишься, то будет поздно. Алена взглянула на них и бросилась бежать. Она ненавидела ее и готова была убить, но это было не в ее власти. Да и я тоже поспешила домой. Слова старухи страшно меня встревожили, надо было взглянуть на все, что там творилось.

Никто, даже я тогда не узнала, что же с нею приключилось. Я знала только, что из избушки ведьмы она выбежала жива и невредима, но что случилось потом? Я бежала домой, чтобы быстрее встретиться со своими родичами, чувствовала вину перед матушкой.

Вода на озере колыхалась, но там никого не было, я же не могла терять время. Алену никто и нигде больше не видел. Скорее всего, ее уже не было в живых, а матушка все еще нуждалась в моей помощи. Но как скоро стало понятно, к матушке я тоже опоздала.

Мужчины молча стояли около ее ложа, во дворе готовился погребальный костер. Они все повернулись ко мне, как только я появилась. Отец взирал безучастно, словно он меня не узнавал. Орм, как всегда, не скрывал ярости, но в последнее время он только так на меня и смотрел. Святослав взглянул с каким-то странным интересом, словно бы увидел в первый раз. Сколько времени я мечтала о таком внимании, но сейчас стало больно, горько и обидно. Вина перед матушкой была так сильна, до отчаяния. Мне надо было вернуться раньше, а не оставаться в лесу с ведьмой, может быть я что-то и смогла бы для нее сделать. А теперь поздно, за всю жизнь я так и не смогла к ней приблизиться.

Словно опомнившись, Святослав отвернулся, и я смотрела на ее бледное неподвижное лицо, на одежды, на то, как странно все изменилось, теперь впереди была другая, совсем другая жизнь, и на этот раз мы больше с нею не встретимся, может быть потом, в другой жизни, но там она не будет наверняка моей матушкой.

Глава 17 Смерть и жизнь

Взирая в бескрайнее небо где-то высоко-высоко, я увидела белое облако на моих глазах, превратившееся в человеческую фигуру. Она медленно проплывала над нами и смотрела на то, что там творилось. Я просила прощение за то, что меня не было рядом. Кажется, она ласково улыбнулась в ответ. Я поняла, а скорее почувствовала, что прощена. А вот брат и отец были значительно дальше.

– Она все понимает, мне не о чем тревожиться. Отец разозлился, когда взглянул на меня во второй раз, хотя злиться ему надо было на себя самого. Он не догадывался, что я знаю больше, чем он мог бы подумать.

Но рядом заговорили о тризне, он отвлекся и забыл обо всем, я же в этой толпе оставалась наедине с призраком. А вот Святослав на меня и не взглянул тогда. Мне же еще больше захотелось его приворожить. Но вспомнив об Алене и Федоре, я себя остановила снова.

Дом опустел после ухода матушки. Отец стал совсем другим, но меня это не сильно трогало. Я была прощена и чувствовала себя спокойно. В те дни я случайно попала в храм к христианам, они успели отсроить себе это капище странное. И все там показалось мне зловещим. Я смеялась тайком над всем, что они говорили и делали. Ольга могла что-то находить в такой вере, странной и непонятной. Но я до последнего дыханья готова была защищать старых богов. Но может это и было самым страшным наказанием за все, что она в то время совершала? Мне же надо было там оказаться и все услышать своими ушами, и увидеть своими глазами.

Старуха приснилась мне в ту ночь, и я отправилась на встречу с ней, но натолкнулась на Святослава. Он резко спрыгнул с коня и остановился передо мной. Сначала мне показалось, что он даже не узнал меня, но только показалось, он узнал. И я внезапно обняла его. Я так часто в мечтах представляла нашу встречу, что показалось теперь, будто все это уже было. Потом Святослав тяжело поднялся с земли и зло прохрипел;

– Ведьма, что ты творишь.

Я верила в то, что приворожила его тогда, хотя никаких обрядов и не проводила вовсе. А может старуха решила мне как-то помочь, подтолкнула его ко мне, решив, что так и надо. Но я была спокойна, и совесть моя чиста. Но Святослав слишком силен, он не покорится колдовству, не станет делать того, чего не хочет

– Ты куда? -спросил князь, когда я готова была уйти.

– В лес, в град с тобой возвращаться не стану.

– Мне нечего бояться, ты одна останешься в лесу?

Я промолчала. Князь вскочил на коня и помчался в сторону города. Я была счастлива, свершилось то, что так было желанно, что еще нужно окрыленной душе? Я снова и снова переживала то, что было и радовалась все сильнее. Но внезапно стало темно, надвигалась страшная гроза, надо было скорее возвращаться назад.