В плену у страсти роковой. Дочери Древней Руси (СИ) - Сушко Любовь - Страница 154

Иногда я тоже слушала его и завидовала Дмитрию. Если бы я родилась парнем, то не видать ему ничего такого. Но я и подумать не могла о том, что он мог и тогда не признать меня вовсе.

Только Москва и оставалась моим городом. Я знала, что прабабушка моя пришла сюда, чтобы спрятаться от татар, среди которых она оказалась. А когда они добрались до нее и хотели уничтожить этот мир, она сама вернулась к ним и спасла этот город.

Но меня удивляло в этих старых рассказах другое, что никто из мужей и князей не попытался ее защитить, такими были тогда наши богатыри, без слез на них и не взглянуть видно было. И вероятно, должно было наступить время, когда русские князья расправят плечи и попытаются дать отпор поработителям своим. Об этом мы часто говорили и с Михаилом, и с Дмитрием, который всегда только смотрел на друга своего и во многом ему завидовал, тянулся, но до него дотянуться никак не мог, как ни пытался.

Я не виделась почти с ними целую зиму, но, когда наступила весна, они снова были рядом. И какой-то странный огонь в то время в глазах их загорелся. Они обрадовались тому, что мы снова могли быть вместе.

Тот вечер я провела с Михаилом, и стала верить, что мне его очень не хватало. В душе снова вспыхнул огонь надежды. Кажется, мы были созданы друг для друга. Михаил, кем бы не суждено было ему родиться, был единственным и неповторимым для меня. Рядом же с князем Дмитрием он казался еще сильнее и краше – это и самое главное.

Глава 3 Первая любовь

Запоздало немного, но наши отношения заметил и отец, и какая-то скрытая ярость в душе его возникла. Он велел мне следовать за ним, ничего хорошего ждать не стоило.

– Ты не должна кружить Бренку голову, – резко говорил он, и такая твердость была в его голосе, что у меня не хватило духу ему что-то ответить.

Я не знала, что мне делать и как поступить на этот раз. Он даже не сказал о том, его ли он считает меня недостойным или наоборот – от него ожидать можно было чего угодно. Я знала, что не смогу от Михаила отказаться так просто, но ведь и отец не шутил, он вообще никогда не шутил.

– Никогда мой первый воин не будет с тобой, – услышала я от князя Дмитрия, – ты только одна из многих, а его женой княжна станет.

От неожиданности я покачнулась, словно меня этот неуклюжий мальчишка ударил со всего размаха. Я не могла на него броситься, хотя и возненавидела братца своего всей душой. Я запомнила тот день и ту обиду навсегда и знала, что при любом удобном случае стану мстить ему. Он просто не ведает сам, с кем связался.

Михаил выслушал меня спокойно, словно это его и не касалось вовсе, а так, пустые разговоры ни о чем. Он не сказал мне ничего определенного, и что было после этого делать?

И тогда я решила бежать от них от всех подальше, три мужчины были против меня одной, не слишком ли много. Я готова была бежать к бабушке и матери, или куда ноги приведут, только бы не видеть отца, брата и любимого. Все в один миг переменилось, от спокойной и беззаботной жизни больше и следа не оставалось.

– Уеду подальше, чтобы ни слуху, ни духу от меня не осталось, пусть они остаются и живут, как им вздумается, просить их о чем-то, мешать им я не собиралась.

Я опустилась на кровать и разрыдалась, когда вещи были собраны, и никак не могла успокоиться.

Отец не вспомнил о моем существовании. Он никогда о том не думал, и, оглянувшись на мир, оставленный за спиной, я отправилась в путь. Одинокая и несчастная, я уезжала в неизвестность. Никто от меня такого не ждал, а что они вообще могли знать обо мне.

В тумане этот град казался зловещим. Мне подумалось, что если бы я родилась в одной из лачуг на окраине, то мне не было бы дела до того, какой там князь, и что во дворце его происходит. Но нет, лучше быть отвергнутой дочерью князя Симеона, чем любимой дочерью любого из пахарей его.

Когда наступил рассвет, я была уже далеко от Москвы. Кострома и бабушка моя были где-то впереди. И с болью и страхом думала я о том, кто может меня встретить в том мире. Я никогда не видела ее и ничего о ней не слышала. Мать моя ее никак не принимала. Но хотелось надеяться на то, что это она была не такой странной. Кроме нее у меня никого больше не было. И я должна была посмотреть той реальности в глаза.

Глава 4 В другом мире

А вот уже и Кострома. Она была совсем чужим градом. Я постояла немного перед городскими стенами, и хотелось понять, куда мне идти и кого тут искать. Я назвала чумазой девчонке, которая повстречалась мне, имя моей бабушки. Она кивнула радостно и согласилась проводить меня к ней.

Я поняла, что худшего все-таки не случилось, она жива и невредима. Ее дом стоял рядом с княжеским дворцом. И таким чужим и далеким показался мне этот мир. Служанка разглядывала меня с любопытством, и я назвала себя, и попросила проводить меня к бабушке.

В комнате были тихо и мрачновато. Дом казался старым и нежилым вовсе. Но это только казалось. В большой комнате, в высоком кресле сидела сухая старуха. Злобно, почти насмешливо смотрела она на меня.

– Ты его дочка, – произнесла она, и говорила, скорее всего, о Московском князе, которого ненавидела всей душой.

Сначала мне хотелось напомнить ей, что я ее внучка, но слова застыли в горле. Старуха казалась мне зловещей.

– И тебе там не пожилось? – допрашивала она меня, – это адово место, и все зло там собирается.

– Я хотела на тебя взглянуть, мама никогда ничего не говорила о тебе.

– Я не помню ее, и знать не хочу, – отрезала старуха, – но ты другая, – неожиданно прибавила она, – может, мы с тобой и поладим.

Но в голосе ее звучало такое снисхождение, словно я холопка, и пришла просить о милости. Я и не знала уже, хочется ли мне этого или нет.

И все-таки я подумала и осталась в Костроме, в доме бабушки Весты. Мне хотелось, чтобы в Москве узнали, где я, и знали, где меня можно искать.

Старуха мной не особенно интересовалась, да и я старалась не попадаться ей на глаза, дом для этого был достаточно просторным. И к городу привыкнуть я не могла, хотя он казался спокойным и каким-то отстраненным от мира.

И однажды девочка привела ко мне незнакомца. Он сказал, что пожаловал сюда из Москвы, и потом появился Михаил. Этого я никак ожидать не могла.

Возможно, его привели в Кострому какие-то важные дела. Мне не хотелось еще раз пережить то разочарование, которое я уже не раз испытывала. Я не могла не радоваться всему. Он еще ничего не сказал, ничего не сделал. Но я знала, что больше не останусь одна. Мы бросились к бабушке, чтобы сказать, что я покидаю ее.

Старуха только немного пошевелилась в своем кресле и ничего не сказала.

Когда мне показалось, что разговор окончен, она попросила меня остаться.

– Недолгой будет радость твоя, я вижу гибель его в княжьем плаще, на коне, его убивает татарин.

– Но он только воевода, какой плащ, о чем ты.

Я думала, что старуха все перепутала. Но если она видит гибель брата моего, то не так велика потеря. И все-таки я не хотела спрашивать и снова искушать судьбу свою. Но старуха вглядывалась в темноту, и все твердила про Михаила в княжеском плаще.

– С Дмитрием ничего не случится, не радуйся раньше срока.

Я уезжала, но эти слова врезались в память, они так тревожили мою душу, что дышать было тяжко.

Так могла только моя бабушка с нами поступать, но она была чужее всех чужих и прежде.

Глава 5 Бунт Михаила

По дороге домой Михаил рассказывал о своем бунте против князя Дмитрия, все это длилось довольно долго, но князь, наконец, одумался и ему разрешил вернуть меня назад.

– А если бы не разрешили? – спросила я у него.

– Я оставил бы их без всякого сожаления, как Святогор оставил князя Владимир.

И это были не просто слова, вероятно, он так и поступил бы, решимости ему было не занимать. Но на душе у меня было тревожно. Он рисковал многим, и еще неизвестно, чем все это закончится, братец мой был мстителен и дик порой, потому что никогда в себе не уверен особенно, а такие люди непредсказуемы, и с ними надо быть очень осторожными.