В плену у страсти роковой. Дочери Древней Руси (СИ) - Сушко Любовь - Страница 131

– Ты бежишь к воеводе или дядюшке своему? – вдруг спросил Даниил, пристально на меня глядя.

– Я благодарна великому князю за то, что мы с тобой встретились, – усмехнулась я.

Это была самая удивительная ночь во всей моей жизни.

– Если у тебя будет ребенок, наш ребенок, – говорил Даниил, – я хочу, чтобы он приехал в Галич и посмотрел на этот город.

Он сказал «наш», подчеркивая, что все было общим, и он готов разделить со мной ответственность за все в этом мире происходящее.

Я ушла от Даниила, не попрощавшись. Мое сердце разрывалось на части. Но такое не могло продлиться долго, как бы мне этого не хотелось, как бы мы не любили друг друга. Хотя я ни в чем не собиралась раскаиваться. Но я добилась того, чего хотела – я была с князем, да что там – с лучшим из князей. И если мне повезет, и бог будет ко мне благосклонен, то у меня родится дочь. Его дочь. О сыне я почему-то в те дни и не думала. Александра я получить в наложники не могла, но зато получила Даниила, хорошо, что он не оказался моим родственником. Так самое печальное событие в моей жизни переплелось с самым замечательным. Но, вскочив на коня, я должна была мчаться домой, ни о чем не думая, ни на что не рассчитывая. Но ведь говорил священник во время проповеди, что нельзя просить слишком многого. Надо довольствоваться тем, что есть.

А в Киеве меня уже поджидал великий князь вместе со всей своей свитой. Он говорил, что не отправится в Галич, даже если бы не был так занят. Князь наш всегда был откровенен. Не притворялся, не оправдывался. И когда я осталась одна, он приблизился ко мне, погладил по щеке. Он один умел это делать так порывисто и нежно, и совсем неожиданно спросил:

– Ты получила лучшего из князей, не отпирайся, я все вижу.

Раздумывала я только минуту, а потом собралась с мыслями:

– Ты считаешь кого-то лучше себя самого, дядюшка?

Наверное, это было дерзостью, но он пропустил мои слова мимо ушей.

– Так считаешь ты, почему бы мне ни признать этого. Даниил умен, хорош, таинственен. Сам черт сломит ногу, разбираясь за кого и против кого он был всегда.

То ли хвалил великий князь своего главного соперника, то ли ругал его, понять было невозможно. Но так он обращался всегда и со всеми. Я поняла, что если бы даже и не была в те ночи с Даниилом, то, глядя в глаза великого князя, соврала бы все равно. И пусть потом судят, рядят и разбираются во всем сами. Но мне не нужно было лгать. Все так и было на самом деле.

Я знала, что скрывалось за насмешкой Александра, тяжелые раздумья о том, куда и как идти этому миру, и кто из них двоих окажется прав.

Глава 11 Сны и грезы

Это и на самом деле так было, побывав только один раз у татар, Даниил навсегда отказался иметь дело с ордой. И так нравились ему блеск и величие Рима, что туда он свой взор и устремил. Но он не понимал, что татары пронесутся, как ураган, и исчезнут, римляне же проглотят все целиком и не подавятся даже. Но он-то и мысли подобной допустить не мог, да и не хотел допускать.

– Время нас рассудит, – с грустью думал великий князь.

Но ему хотелось, чтобы и все остальные в том не сомневались. Вот и племянница его пришла в восторг от этой силы и блеска. Она ничего не слышит, и понимать ничего не желает. И возможно не доживет до того времени, когда его правда станет очевидной. Но почему так короток человеческий век, как он может что-то сделать, если все так быстро заканчивается. Такие горькие мысли и скрывались за усмешкой князя Александра Ярославича когда-то давно прозванного Невским. Но жизнь после победы оказалась такой трудной и непредсказуемой, что если бы не его легкий нрав да умение все в шутку обращать, то было бы отчего в уныние впасть. Но не дождутся они от него этого. Ни Даниил не дождется, ни родственники его бесчисленные, с которыми и врагов никаких не нужно. Но о татарах он молчал, и не интересовался ими, мы все это заметили тогда. Тогда я и услышала:

– Я должен отправиться туда, может, еще какую-то девочку из орды привезу, и она влюбится в красавца – князя.

Мы внимательно смотрели друг на друга. Он нуждался в понимании и любви больше многих.

Мы еще долго говорили о чем-то, но князь Даниил все время стоял у меня перед глазами. Я любила их обоих самозабвенно и ничего с собой не могла поделать. Только Даниил оставался моим возлюбленным, а Александр родственником и защитником. Жизнь сама все расставила по местам.

Ночью после княжеского пира пришел мой муж, и вроде бы все с ним было, как всегда, но даже его прикосновение привело меня в ужас. Хорошо, что в комнате было темно. Я боялась, что он заметит такие перемены. Какая же пропасть между тем, кто любит тебя, и кого любишь ты. Я теперь знала это точно.

– Ты со мной, – шептал он, – я не отдам тебя никому.

Меня обрадовало бы это прежде, но теперь мне хотелось только спрятаться и укрыться от него. Я понимала, что сама поставила крест на семейной жизни, когда оказалась в объятиях князя. Но и бросить его просто так я тоже не могла. Даниил не звал меня к себе, не предлагал остаться. Мечты и ожидания неведомого – это все, что мне еще оставалось. Но время не излечило меня от этой страсти.

Через месяц я почувствовала, что беременна и очень испугалась. Я точно знала, что это ребенок Даниила, мы с ним даже говорили о нем тогда. На этот раз князь Александр говорил о Данииле с яростью. В Галиче во всю хозяйничали слуги верные Папы. Они обращали людей в новую веру и не перед чем не останавливались. Он отдал им свой град на откуп и стал покорным слугой. В последнее мне было трудно поверить, но зачем было лгать великому князю? Он всегда старался быть справедливым. Но, возможно, он просто завидует Даниилу, злиться, потому что ему в орду ехать надо и там еще неизвестно как все обернуться может. Я переживала за них обоих. У каждого из моих князей была своя правда.

Муж мой радовался, когда узнал, что у нас будет ребенок. И я решила никому не открывать своей с князем тайны. Может быть, скажу своей дочери перед смертью, она должна знать, что ее отцом был лучший из князей. Когда Александр узнал об этом, он расхохотался от всей души. Он не сомневался в том, чей ребенок у меня под сердцем. Может быть, мой муж научился скрывать свои чувства или он на самом деле ничего не знал, этого я не ведаю. Но ему так проще и удобнее было жить в этом страшном мире. Но вероятно, судьба распорядилась так, чтобы я оказалась на таком опасно близком расстоянии от двух князей.

Вскоре к нам пришла весть, что Галицкий князь был коронован. Но даже в моей любящей душе не было никакой радости после этого известия. А что говорить о князе Александре. Оставались только дурные предчувствия. Там что-то происходило не так. Над головой, увенчанной короной, возникла страшная опасность.

– Он безмозглый дурак, – ярился великий князь, – может перед римлянами унижаться и приятнее, чем перед татарами, но они сотрут и его, и княжество с лица земли, он окончательно погубил свой мир, а мы выстоим и будем спасены. Он не думает о том, как дорого ему обойдется его корона проклятая.

Глава 12 Перемены

Я отправила свою служанку к князю Даниилу, чтобы ему передали все, что происходило в этом мире, чтобы заверили, что я всей душой с ним остаюсь.

Еще до ее возвращения моя девочка появилась на свет. Великий князь пировал в это время с воеводами своими. Мой муж был пьянее обычного. И такое одиночество, и пустота оставались в душе, что я и не знала, куда деться.

Первым шагнул ко мне князь Александр. Он погладил мои мокрые волосы и только и произнес:

– Все хорошо, дорогая, – я знал, что еще успею увидеть твою малютку.

И я вспомнила, как он вез из орды маленькую девочку, как потом мы жили во Владимире. Это было целую вечность назад, и это лучшее время в моей жизни.

Александру нравилось, что не мой муж. И не вечный его соперник князь Даниил, а он сам взял девочку на руки. И Радмила могла бы гордиться этим. Она была на руках великого князя Александра с первой минуты своего рождения.