Змеи Неба и Пламени (ЛП) - Кенни Ребекка Ф. - Страница 1

Ребекка Кенни

Змеи Неба и Пламени

Оригинальное название: Serpents of Sky and Flame

Автор: Ребекка Ф. Кенни / Rebecca F. Kenney

Серия: Безжалостные Драконы #1 / Merciless Dragons #1

Переводчик: nasya29

Редактор: maryiv1205

1.

Киреаган

Дождь хлещет по крыльям, когда я поворачиваю влево и выпускаю ровную струю жидкого пламени из пасти, освещая участок городской стены. Солдаты роняют оружие и корчатся, крошечные четырехногие создания мечутся в огненном сиянии, мгновенно оседая на камни.

Мой огонь — это милость. Горячее любого человеческого пламени, он приносит смерть за считанные секунды. Если я точен, могу превращать камни в пепел.

Для тех, кто выживет и будет вынужден сдаться королю Ворейна, смерть придет куда медленнее.

Тяжелый взмах крыльев справа привлекает мое внимание. Мордесса скользит рядом со мной, ее золотые крылья раскинуты шире, чем мои.

— Еще одна битва, может быть две. И домой, — говорит она на языке драконов.

— Домой, с островами Мерринволд в качестве награды, — отвечаю я.

— У нас будет достаточно еды для брачного сезона и выводка детенышей. — Она медленно моргает своими золотыми ресницами глядя в мою сторону.

Я пытаюсь найти в себе то теплое чувство, которое должен испытывать, — прилив радости, гармонии. Но все, что могу выжать из себя по отношению к моей Нареченной, это чувство дружбы, приятной верности. Этого достаточно.

Этого должно быть достаточно.

Порыв ветра проносится над нами — черная фигура с белыми пятнами на крыльях. Моя сестра Вилар выпускает линии раскаленного света по оставшимся стражникам на городской стене.

— Прекратите глазеть друг на друга и вернитесь к делу, вы двое, — советует она.

Я ныряю ниже, уклоняясь от кислотной бомбы, выпущенной с ближайшего дирижабля.

Мы должны завершить эту битву здесь, у Гилхорна, и пережить еще одну, чтобы захватить столицу и заставить королеву Элекстана сдаться. Мы ожидали, что она сдастся несколько недель назад, но ее гордость оказалась сильнее, чем мы думали. Она послала целые полчища своих людей на смерть. К этому моменту у нее почти не осталось войск, да и припасов с оружием едва хватает. Какой правитель способен разрушить свое собственное королевство таким образом?

Наши союзники из Ворейна понесли потери, и мой клан потерял двух драконов. Но мы уничтожили сотни солдат Элекстана.

Еще немного, и мы победим. Еще чуть-чуть, и моя костная клятва отцу будет выполнена. Больше не будет войн, не будет убийств. Не придется больше смотреть, как люди пляшут, обуглившиеся насекомые, в молниях Мордессы, или превращаются в дым под яркими лучами Вилар.

Самки драконов были самыми решительными в этой войне. Они знают, что поставлено на карту — выживание нашего рода. Первобытный страх движет ими в каждой битве, заставляя переходить границы вины, где необходимость и страх смешиваются с жестокостью. Я видел, как это происходит, и мечтал о том дне, когда мы все вернемся домой, а угроза вымирания больше не будет гнать нас вперед.

Вилар поднимается выше в небо, отдавая приказы на языке драконов. Она — главный связной с армией Ворейна и точно знает, какие шаги мы должны предпринять. Я тоже был на военных советах, но, хотя я и первенец Костяного Короля, у сестры лучше работает голова в битвах, поэтому она взяла на себя руководство этой кампанией.

Из клубов дыма впереди вырывается большой красно-черный дракон. Гриммав, мать Костяного Короля — моя бабушка. Одна из старейших в нашем клане, все еще грозный воин, несмотря на периодические боли в хвосте и крыльях. Отец взял с нее костную клятву перед своей смертью… но я никогда не спрашивал ее, какое обещание заключено в кусочке его позвоночника, который она носит на шее.

— Гилхорн пал, — говорит она, зависая рядом с Мордессой и мной. — На самой высокой башне крепости развевается черный флаг.

— Символ бесчестья и мрачного дня. — Я склоняю голову, чувствуя, как облегчение наполняет меня. — Значит, все кончено. Возможно, королева наконец сдастся, и мы сможем избежать полной битвы за столицу.

— Возможно… — начинает Гриммав, но прежде чем она успевает продолжить, ее тело пробегает судорога. Пасть распахивается на мгновение, словно она пытается что-то сказать.

Она падает. Крылья обмякли, шея безжизненна, хвост неподвижен… она падает.

Я бросаюсь за ней, но золотая тень привлекает мое внимание. Сперва мне кажется, что Мордесса ныряет, чтобы помочь мне поймать Гриммав, но затем я понимаю — она тоже стремительно летит вниз, потеряв сознание.

Гриммав врезается в здание и катится по улице, осыпая все вокруг градом кирпичей. Люди с криками разбегаются, но некоторые мгновенно оказываются раздавлены, когда золотое тело Мордессы с грохотом обрушивается на землю. Одно из ее крыльев сносит три хрупких здания, валя их одно за другим.

Я приземляюсь между своей бабушкой и моей Нареченной. Рычанием я предупреждаю людей держаться подальше, и они в панике разбегаются.

Когда я поворачиваюсь к Гриммав, то вижу то, чего боялся больше всего — дымчатая змея скользит из ее раскрытой пасти. Она извивается в небо и исчезает прежде, чем я успеваю закричать.

Я оборачиваюсь к Мордессе как раз в тот момент, чтобы увидеть, как ее дух тоже покидает тело — золотистый, словно туман, серпантин. Он поднимается высоко в небо, растворяясь в хаосе горящих зданий и дымящихся башен, что некогда были процветающим городом Гилхорн.

С ночного небосвода я вижу, как один за другим падают драконы, сверкая чешуей, с безжизненными шеями и хвостами, с крыльями, изогнутыми под странными углами. Звук каждого удара сотрясает город. Оглушительный гул при каждом падении тяжелого тела. Грохот рушащихся зданий и содрогающаяся земля от силы столкновений.

— Киреаган! — кричит мой брат Варекс, его голос полон горя и ужаса. Мы с Варексом и Вилар родились в один сезон вылупления — редкость среди драконов. — Киреаган, что происходит?

Катастрофа. Конец света. Голос не подчиняется мне, мысли не могут сложиться…

— Киреаган! — Это Эшвелон, один из наших командиров, темно-серый дракон с даром ледяного пламени. — Мой принц, мы не можем оставаться на земле. Полетели. Нам нужно подняться.

Под его призывом и подталкиванием острого кончика крыла брата я нахожу силы подняться на крышу ближайшего здания и взлетаю с нее, прежде чем она рушится под моим весом. Человеческие строения, как и их тела, хрупки и слабы.

Эшвелон, Варекс и я взмываем в воздух треугольным строем. Набирая высоту, я замечаю самую высокую башню в городе — ту, о которой говорила Гриммав, ту, что несет флаг капитуляции.

Сестра насажена на этот флагшток, металлический штырь которого пропитан ее кровью. Тело Вилар свисает с крутой конусообразной крыши башни, черные крылья раскинуты на фоне красной черепицы. Белые пятна на крыльях сияют, как отраженный лунный свет.

Мы с Варексом одновременно издаем рев, красное пламя вырывается из моей пасти, а черная магия пустоты — из его. Сфера пустоты, выпущенная Варексом, летит прямо к близлежащему дирижаблю, втягивает все судно внутрь и тут же разрушается сама по себе.

— Это самки, — говорит Эшвелон. — Чувствуете?

Но ни я, ни Варекс еще не прошли свой первый брачный сезон. Мы не имеем той связи с самками нашего рода, что есть у более старших самцов.

— Мы не чувствуем этого, — рычу я на него. — Говори! Что происходит? Какое-то заклинание нацелено на самок в этой битве? Нам стоит сказать остальному клану отступить?

Глаза Эшвелона распахнуты, в них страх.