Лекарь короля драконов (СИ) - Кузнецова Александра - Страница 9

Еще раз оглядевшись, я увидела хитро спрятанную от глаз нишу, в которой были банные принадлежности. Оттуда дракон и взял щеточку. Отлично.

Я выбралась и ознакомилась с ассортиментом, который был поразительно скуден: жесткие щетки, одна морская губка, и та выглядела нетронутой, и дегтярное мыло.

Запредельно аскетично, я невольно вспомнила комнату Виктора, педантично расставленные флаконы с редкими запахами, его расческа, которую никому нельзя было трогать, кроме меня, ароматные травы для ванн. Виктор умел создать налет роскоши в любой ситуации. Однажды на свидании в пещере он…

Я резко оборвала себя. Опять болезненные воспоминания. Я взяла грубую щетку, мыло и драила кожу пока она не покраснела, пока не смылась грязь и с ней осколки воспоминаний.

Чистая, распаренная, я вылезла из купелей, и холодный ветер уже не казался таким противным, наоборот, приятно охлаждал кожу. Я замотала волосы сероватым полотенцем, накинула выданный мне вмести с ним халат и пошлепала босяком по галерее.

С одеждой и ботинками расставаться не хотелось, так что я несла их с собой. На выходе меня встретил взволнованный Герхард со свитой слуг.

— Леди, позвольте проводить вас в…, — начал было мажордом, и тут его взгляд упал на мои босые ноги, — Ах, мадам!

Я посмотрел вниз и пошевелила пальцами. Раз двигаются, значит не закоченели, ну и ладно.

— Я ужасно натерла пятки и не готова вновь влезать в ботинки, — честно призналась я.

— Юджин! — рявкнул Герхард.

Через секунду над нами навис самый огромный человек, которого я видела в жизни. Его внушительные длинные руки были как два ствола, а грудь расширялась при каждом вздохе, норовя порвать застиранную рубаху. Бородатое лицо с крючковатым носом не отличалось особым интеллектом или добродушием.

Эта толпа странных людей не была похожа на королевский двор, а ведь генералом обычно назначают старшего наследника. Может дракон впал в немпилость? Стоило мне на секунду задуматься, как Юджин подхватил меня и перекинул через плечо.

— Как даму, как даму, — замахал руками Герхард.

Юджин что-то пробубнил и перехватил меня под колени. Я только и успела, что пискнуть.

— Это вовсе не обязательно, — сопротивлялась я.

— Леди, пол слишком холодный, — строго сказал Герхард, и я поняла, что спорить бесполезно.

— Ну где вы там, — из-за поворота выглянул Жан, — Амброзий нас заждался.

— Какой еще Аброзий? — возмутилась я, но ответа не последовало.

Юджин неумолимо шел за Герхардом. Мажордом вел нас в место, которое подозрительно напоминало темницу.

Глава 5.2

Юджин уверенно нёс меня на руках, и мы спускались всё глубже в недра замка. Мрачные коридоры и тусклый свет факелов только усиливали тревогу.

Когда мы добрались до массивной деревянной двери с железными скобами, Герхард остановился и постучал три раза, затем приоткрыл окошка, видимо, предназначающееся для передач, и крикнул.

— Мы заходим!

Честно говоря, это выглядело пугающе. Мажордом распахнул дверь, пропуская Юджина в темницу.

Здоровяк невозмутимо нес меня мимо обгоревших камер. Следы пожара виднелись повсюду. Открытые железные решётки были покрыты ржавчиной и копотью, а на полу валялись остатки обожженных костей. В одной из камер валялись серые тюки, в другой — тряпки, ведра и швабры.

Я в ужасе поняла, что сейчас меня несут прямиком в пыточную камеру. И правда, через минуту мы уже стояли в обители страха и боли, переоборудованной в швейную мастерскую. К этому я точно не была готова.

У меня были некоторые представления об орудиях пыток, но мне и в голову не могло прийти, что кто-то решит использовать железную деву как манекен для драпировки тканей, а дыбу как гладильную установку. На больших барабанах вместо веревок были нятянуты полотна серой ткани, а на месте, предназначенном для туловища заключенного, стоял чугунный утюг.

Юджин осторожно посадил меня на железное кресло, щедро обложенное подушками, и я, замерев, наблюдала за удивительным зрелищем: у кадки для водных пыток в своей переходной форме стоял настоящий феникс. Он размешивал деревянной палкой пурпурный краситель, периодически подцепляя концом ткань. Вода в кадке бурлила, пар поднимался до потолка, но огня не было видно.

— Не могу прерваться, еще минуту! — крикнул Феникс.

Я прерывисто выдохнула, завороженная плавными и четкими движениями этого существа. Короткие, слегка растрёпанные волосы Амброзия были цвета пламени и переходили от ярко-рыжего к темно-красному, создавая впечатление, что они горят. Изредка с кончиков срывались искры, но тут же гасли. За спиной всполохами виднелись очертания крыльев и хвоста. Довольно смуглая кожа с золотистым оттенком на кончиках пальцев чернела и переходила в когти. Проницательные синие глаза сверкали, как сапфиры.

Амброзий потянул за крюк для подвешивания пленников и нацепил на него веревку, торчащую из кадки, затем подошел к ручке у столба и принялся крутить. Из окрашенной воды поднялась связка тканей. Феникс прищурился, оценивая результат, затем, довольно кивнув, поставил ручку на стопор.

— Пусть стекает, — сказал он и подошел ближе, — Добро пожаловать в мою мастерскую. Извините за беспорядок, здесь нечасто бывают гости. Что вас сюда привело?

— Меня сюда принесли, — улыбнулась я и обернулась на Юджина.

Юджин, Жан и даже Герхард стояли на три шага позади меня, настороженно всматриваясь в феникса так, будто на них была направлена пушка с саженным фитилем.

— Это невеста генерала, — предостерегающе сказал мажордом, — никаких вспышек.

Амброзий хмыкнул и снова посмотрел на меня, уже серьезно и оценивающе.

— Неожиданно, — заключил он, и полупрозрачные крылья за его спиной полыхнули, расправляясь, — но вы же не показать мне ее принесли.

— Леди прибыла без гардероба, — пояснил Герхард.

Амброзий покачал головой:

— Боюсь, я недостаточно хорош для невесты самого генерала, нужен настоящий портной, первоклассный.

Герхард пожал плечами и сделал жест Юджину, правда, здоровяк его не понял и в недоумении уставился перед собой соображая. Ясно, еще секунда и меня отсюда унесут, босую и раздетую. Нет уж, шанс пообщаться с настоящим фениксом выпадает раз в жизни, и я не собиралась его упускать.

— Я не невеста, — наконец созналась я, — а лекарь.

В пыточной повисла тишина, а я почему-то почувствовала укол вины. Они так радовались, а я. С другой стороны, я никого не обманывала. Лучше сказать правду сейчас, чем тянуть, а то, не ровен час, на меня свадебное платье нацепят и поставят у алтаря.

Герхард пришел в себя первый и, натянув на лицо маску невозмутимости, сказал:

— У генерала уже есть лекарь.

— Недостаточно хороший, — выпалила я.

— Ах, вот как? — послышался незнакомый голос.

В дверях пыточной камеры стоял мужчина в темном балахоне. Его высокий, худощавый силуэт выглядел угрожающе в тусклом свете факелов. Кожа была бледной, почти серой, на ее фоне черные глаза смотрелись темными провалами. Мужчина вышел в свет факелов, снимая с головы капюшон. Длинные редкие волосы были собраны в куцый тусклый хвост.

— Кажется, нас не представили друг другу, я мастер Корвин Ангеус Гекфорд, обладатель Жезла Лекаря, носитель Ордена Лечебного Искусства, магистр Алхимического Союза, удостоенный Золотой Печати Исцеления и член Совета Высших Алхимиков, а вы?

— Элиана, — ответила я, — очень хороший лекарь.

Я сама удивилась, как спокойно и твердо это прозвучало, ведь внутри все клокотало от смеси злости, неуверенности и обиды. Сразу вспомнились годы учебы, когда каждый второй спор с преподавателем заканчивался этим надменным: «А кто ты такой и чего добился?» Талант, новаторство, упорство? Оцениваются только регалии.

— Его Высочество сообщили мне, что некая безродная знахарка из болота сомневается в моей квалификации, — мастер Корвин прохаживался по пыточной, заложив руки за спину, — я очень удивился, признаться…