Алхимия драконьей любви (СИ) - Флор Мия - Страница 52

Нас. У него есть сообщник.

Медлить нельзя. Я вздергиваю руку кверху, и мой огонь, яркий и беспощадный, озаряет стены ректорского кабинета, превращая в пепел убийственные тени. Они извиваются и шипят, пытаясь ускользнуть от моего пламени, но я достаю каждую из них, методично выжигая эти порождения тьмы одно за другим. Воздух наполняется запахом горелой магии и едва уловимым шорохом рассыпающегося пепла.

Тенебрис отступает на шаг, его глаза сужаются до тонких щелей, а на лице появляется гримаса, которую я не могу точно истолковать – то ли это страх, то ли затаенное злорадство. Его длинные пальцы нервно теребят край мантии, и я замечаю, как по ткани пробегают едва заметные темные всполохи.

– Думаешь, справишься со мной? – шипит он, выпуская новую волну теней.

Я создаю огненный щит, вкладывая в него всю свою силу и решимость. Пламя танцует по стенам кабинета. Языки огня извиваются и переплетаются, создавая причудливый узор из света и теней, отражающийся в каждой поверхности вокруг нас.

– Тебе не жить, Тенебрис! Лучше сдайся сразу. – рычу я, метая огненные шары один за другим. – Я не один за тобой охочусь.

Тенебрис уворачивается, его тени скользят по полу змеями. Одна из них обвивает мою ногу, но я сжигаю ее мгновенно.

В какой-то момент он останавливается и на его лице появляется злорадная ухмылка.

– Ты даже не представляешь, как я рад что ты не один. Значит, мне заплатят больше. – Он взрывается смехом, заставляя меня поморщиться от неприязни. Я мгновенно концентрируюсь и пытаюсь заключить его в огненное кольцо, вкладывая в заклинание всю свою ярость. Мне это удается легко, даже подозрительно легко – пламя послушно окружает его фигуру, создавая плотный барьер из оранжево-красного огня. В то время как он продолжает смеяться, словно происходящее его забавляет. Что-то определенно не так. Внезапно я чувствую легкое движение воздуха позади себя, но понимание приходит слишком поздно.

Острая боль пронзает спину. Холодный металл проникает под лопатку, и я чувствую, как древняя магия растекается по венам, парализуя волю. Блеск рубинов на рукояти гипнотизируют… Я узнаю очертания драконьей головы под тонкими женскими пальцами. Клинок Разума…

– Прекрасная работа, Мисс Кардона, – доносится голос Тенебриса словно издалека.

Я пытаюсь обернуться, но тело не слушается.

– А теперь, пойдем докажем всем, что это наш дорогой Эрган убил ректора.

Я чувствую как теневые нити опутывают меня и я больше не в силах им противостоять. Все плохо. Тенебрис был отвлекающим маневром, чтобы маг смог воткнуть мне нож в спину. Конечно… Буйному необходим был сообщник. Он, будучи драконом, не смог бы воспользоваться клинком.

– Тебе не обязательно делать это, – хриплю я девушке, которая стоит позади меня, и крепко держит клинок. Я чувствую ее напор и решительность, исходящие волнами, словно темная аура. Мои мышцы напряжены до предела, но я не могу пошевелиться, будто скованный невидимыми цепями. В горле пересохло, и каждое слово дается с трудом.

Она делает плавный шаг в сторону, так, чтобы я мог увидеть ее лицо, и медленно поднимает на меня глаза. В них одна темнота, бездонная и поглощающая, словно само небытие смотрит на меня через эти пустые глазницы.

– Иди. – командует Кардона и я вынужден повиноваться.

Она подталкивает меня в коридор, и мои ноги двигаются сами по себе, подчиняясь ее воле. А затем, мы выходим на улицу, на маленькую площадку, которая соединяет учебное крыло с преподавательским.

Звезды над головой кажутся безразличными свидетелями происходящего. Кардона идет позади, не забывая нашептывать что именно нужно мне делать, ее голос звучит как ядовитый шепот, проникающий прямо в сознание. Каждое ее слово – приказ, которому практически невозможно сопротивляться.

Я расчетливо слушаюсь и повинуюсь. Даже тогда, когда они заставляют меня признаться всей собравшейся толпе что это я убил ректора. Заставляют показать свою драконью сущность. Все это видеодокументируется, чтобы отправить Императору, вместе с письмом убитого ректора…

Где-то в глубине разума у меня остается маленькая ячейка самообладания, и я прячу ее, незаметно накапливая силы, словно драгоценный кристалл, который нельзя показывать врагу. Я мог бы воспротивиться сейчас, но это потребовало бы полной отдачи, и вряд ли позволило выйти живым из этой западни. В моем нынешнем состоянии такая попытка была бы равносильна самоубийству. Мне нужно накопить силы и привыкнуть к древней силе клинка, научиться чувствовать его темный пульс, текущий по моим венам. Как привыкают к ядам, постепенно тестируя их и находя лазейки, крошечные бреши в их смертоносной природе. Образ Кайлины служит якорем, чтобы не потерять самообладание окончательно, ее лицо в моих мыслях – единственное, что удерживает меня на грани между подчинением и расчетливостью.

Нет, меня не пугает то, что Император объявит меня убийцей. В конце концов, я переживал и худшие времена за свои долгие годы. Меня пугает то, что кто-то вновь начал охоту на драконов, словно вернулись темные времена древних войн. Что среди нас есть не просто буйный… А есть предатель, готовый выдать своего соплеменника ради собственной выгоды, попирая священные законы нашй расы. И я собираюсь понять кто они, даже если придется перевернуть каждый камень в этом городе. Кто эти маги, осмелившиеся бросить вызов древнейшим существам? Я хочу увидеть их в лицо, заглянуть в глаза тем, кто решил, что может безнаказанно убивать нас. И тогда они узнают на что способна драконья ярость, когда она пробуждается в полную силу…

– Спи. – ядовитым голосом успевает мне пропеть над ухом Кардона, как только они заканчивают свое представление.... Одна из самых прилежных и неприметливых учениц академии…

Я погружаюсь во мрак.

Глава 18

Кайлина

Вдоволь пообщавшись с мамой, я все же возвращаюсь в академию. Довольная и даже не обращающая внимание на звонки от отца и Валериана. Мне даже становится плевать на взбесившегося Тенебриса. Сегодня меня не существовало ни для кого… Кроме мамы и Эргана. Я ощущаю себя странно. Словно старая я ушла в небытие. Неуверенной и послушной Кайлины больше нет. Новая я улыбается навстречу своему будущему. Кажется, что я могу перевернуть весь этот мир. Но самое главное – это то, что моя мама в надежных руках. Надеюсь, мой отец рвет редкие волосы на своей голове в поисках матери. Пусть. Мне нисколечко его не жаль.

Эрган был прав – мне легко дается сплести портал, переносящий меня к куполу. Ощущение силы и щекочущей мои кончики пальцев магии, заставляют постоянно улыбаться от счастья. Теперь мне хочется испробовать все возможные заклинания. Магия больше не кажется чем-то недостижимым – она стала частью меня, такой же естественной, как дыхание.

Ни с кем не разговаривая, я иду прямиком в сторону южной башни, где расположена комната Эргана. Мне везет, и я ни с кем не встречаюсь. Не особо хотелось, особенно в больничном халате, который мне дали в заброшенной больнице. Я крепко держу в руках свою сумочку, которая содержит ингредиенты способные усыпить дракона, маленький сюрприз для Тенебриса, если вдруг он встанет на моем пути. Однако внутренне я ощущаю, что могу справиться и без зелий. Кайлина Эверлон больше никогда не будет беспомощной.

Двор академии кажется непривычно тихим для вечера в академии, только мои шаги эхом отражаются от каменных стен. Я невольно поёживаюсь – то ли от прохлады, гуляющей по коридорам, то ли от неуютного ощущения враждебности, возникшего непонятно откуда.

Я проскальзываю в башню. Тихо взбираюсь по лестнице и оказываюсь рядом с массивной деревянной дверью в комнату Эргана. В сердце теплится надежда, что я найду его там и смогу поблагодарить за то, что он сделал сегодня. Я использую талисман, чтобы открыть дверь. Шагаю в комнату, и тут же поворачиваюсь в коридор, боковым зрением заметив чью-то тень.

– Кардона? Что ты тут делаешь? – удивляюсь я, поймав на себе колючий взгляд темных глаз однокурсницы.