Разрушительница Тьмы - Мидоуз Джоди - Страница 56

Лица Виктории и Пруденс слегка смягчились, и Ханна поняла, что её слова достигли цели.

– Но мы отошли от темы, – продолжала Ханна. – Я хочу узнать о местной жизни. О праздниках, банкетах, официальных балах. Сколько торжеств вы обычно посещаете в течение недели, и чьи приёмы нам никогда не следует игнорировать?

Пруденс и Виктория беспокойно переглянулись, потому что как раз подали второе блюдо – жареную утку с разноцветными овощами, приправленными лёгким соусом. Сменив серебряные приборы и бокалы для вина, слуги удалились готовить третье блюдо.

– Итак? – Ханна подалась вперёд. – Не заставляйте меня умирать от нетерпения. Я привезла из Эмбрии сотню платьев, надеюсь, этого хватит для одного сезона? Остаётся лишь надеяться, что здесь они не окажутся немодными.

– Боюсь, торжества устраивают не слишком часто, – тихо сказала Пруденс. – Правители Кабервилла считают их расточительством.

Конечно, Ханна знала, что в Кабервилле редко устраивали балы и банкеты. Об этом знали все. Праздничные приёмы перед свадьбой стали тяжёлым испытанием для Руна и его родителей.

– Понимаю, – тихо сказала она, чуть потупив глаза. – Полагаю, жители Кабервилла считают подобные события легкомысленными, пустой тратой времени и денег.

Виктория и Пруденс ничего не ответили.

– Полагаю, здесь король правит при помощи Королевского совета или прошений непосредственно ему. – Ханна отрезала кусочек утки и насадила его на нож. – Однако в Эмбрии политические вопросы королевства решаются в бальных залах. Мы заключаем соглашения во время танца, поднимаем или понижаем налоги за десертом и проводим судебные заседания в тёмных уголках. Однажды я видела, как торговая война между двумя соперничающими семействами началась и закончилась за три дня на борту «Драгоценности Фортуинов» – плавучего дворца моей матери. Знаю, что это может показаться странным, но мы, жители Эмбрии, предпочитаем смягчать тяготы правления.

– Ясно. – Пруденс откусила кусочек, охнула, расширила глаза и тут же отпила глоток вина. – Такое острое.

Ханна улыбнулась, и Леа принялась рассказывать дамам из Кабервилла о кухне Эмбрии и изобилии вкусов, которыми наслаждаются в западной части континента.

Потом разговор коснулся союза и появления Разрушительницы Тьмы, вызванной Руном.

– Я думаю, он повёл себя очень храбро. – Леа прижала руку к груди и вздохнула. – Должно быть, он очень вас любит, Ваше Высочество, раз решился рискнуть вторым Красным Рассветом.

У Ханны внутри всё сжалось, но она заставила себя сохранить на лице приятную улыбку.

– Он очень смел, – согласилась она. – Я знаю, как важен этот союз для моего будущего мужа, ведь он столь же важен для меня. Если бы он попал в место зла, я бы сделала всё возможное, чтобы его освободить.

– Как смело с вашей стороны, – заметила Марис.

– Очень романтично, – поддакнула Леа.

– Наш союз того стоит, – закончила Сесилия.

– Мне показалось довольно привлекательным то, как принц Рун объяснял свои поступки. – Пруденс откусила маленький кусочек утки, сжала губы и отпила глоток вина. – Он решился выступить против родителей на глазах у всех. Я никогда прежде не видела, чтобы он с такой страстью отстаивал своё мнение.

Ханна наклонила голову.

– А как обычно он выступает против своих родителей?

Пруденс сдержанно улыбнулась.

– Обычно он просто возражает и просит их выслушать людей, а родители напоминают ему, что управление королевством имеет нюансы, которых он ещё не в силах понять. Принц делает вид, будто соглашается, но полагаю, продолжает негодовать. Конечно, всё это остаётся между ними.

– Но вам ведь удалось об этом узнать. – Ханна перевела взгляд на леди Сабину, которая тоже с интересом смотрела на Пруденс.

– У меня есть такая возможность, – призналась Пруденс. – И, как вы уже сами заметили, Его Высочество не отличается скрытностью.

Это была правда. Но и Пруденс с её возможностями могла оказаться полезной. Сабина, которая по-прежнему оценивающе смотрела на неё, кажется, тоже с этим согласилась.

– Верно. Скрытность не его сильная черта, – заметила Виктория. – Наверное, все слышали о его ссоре с Разрушительницей Тьмы на следующий день после того, как они побывали в месте зла.

Ханна приподняла бровь.

– Они ссорились?

– Да, они спорили. – Леа приложила салфетку к уголкам губ. – Его Высочество был согласен со своим отцом, а Разрушительница Тьмы настаивала, чтобы Хайкрауны дали ей армию Вестников Рассвета, которых она могла бы повести внутрь Зла.

– Принц обвинил воительницу в том, что она многое забыла, – вставила Пруденс. – Он сказал, что она забыла о Красном Рассвете. И она рассердилась и улетела.

– Разрушительница пролетела мимо того окна. – Надин кивнула в сторону гостиной. – Я могла бы протянуть руку и сорвать пёрышко с её крыла.

– Скорее, ты бы лишилась пальца, – заметила Сесилия. – Я слышала, у неё острые перья. Они и выглядели очень острыми, верно? Когда мы впервые увидели её в тронном зале.

Марис серьёзно кивнула.

– Я бы пришила тебе палец, Надин, если бы ты потеряла его из-за Разрушительницы Тьмы.

– Как мило. – Надин ослепительно улыбнулась. – К счастью, я была так напугана, что даже не подумала об этом.

– В каком вопросе Рун соглашался со своим отцом? – спросила Ханна.

За столом стало тихо. Наконец Пруденс ответила:

– По-видимому, король думал о том, чтобы нанести удар по Эмбрии до того, как ваши родители узнают о вашем исчезновении, Ваше Высочество. И хотя принц Рун был готов на всё, чтобы вас вернуть… Когда стало очевидно, что вы погибли…

– Он согласился с отцом. – Ханна медленно кивнула. С точки зрения жителей Кабервилла это имело смысл. Вероятно, Ханна поступила бы так же, окажись она на его месте, хотя не стала бы начинать с военного удара. Нет, удар должен был быть мгновенным, так что Кабервилл ничего не заметит, пока не станет слишком поздно. – Что ж, хорошо, что я успела добраться сюда.

– Верно, – согласилась Виктория. – Ваше присутствие остановило ненужную войну.

Все фрейлины Ханны поспешно согласились.

Когда разговор вновь вернулся к Разрушительнице Тьмы и все принялись обсуждать вероятность очередного Вторжения, а также то, как люди были напуганы её появлением, Ханна удовольствовалась тем, что молча разглядывала своих четырёх фрейлин, хозяйку шпионов и двух женщин, которые должны помочь ей упрочить её положение. И с каждым поданным блюдом, с каждым кусочком еды из Эмбрии Ханна всё больше убеждалась, что находится на правильном пути. Она могла забыть, исправить и оставить позади всё случившееся в Ивасленде.

Вскоре весь мир увидит, кто такая Ханна: королева, созданная для завоеваний.

– Да. – В мыслях Ханны вновь раздался шёпот Тулуны – столь прекрасный и желанный после долгих недель отсутствия. – Королева. Моя королева. Королева всего мира.

Глава 26

Разрушительница Тьмы

Свадьба – это всего лишь свадьба. Разрушительница Тьмы уже успела повидать десятки других – для неё всегда отводили место где-нибудь наверху, где она могла сидеть и смотреть (или спать) и где никто не докучал ей просьбами – и по правде говоря, все свадьбы казались ей немного скучными.

– Люди и их счастье… Ты должна положить этому конец прямо сейчас.

Однако эта свадьба была немного интереснее остальных, поскольку половину храма Кабервилла заняли представители Эмбрии. Важные вельможи в ярких нарядах и обсидиановых украшениях восседали в западной части здания. Они походили на причудливые цветы в большом и торжественном зале в окружении резного камня, древних гобеленов и святилищ нуменов, которым поклонялись жители Кабервилла. Самым большим было святилище Элмали, рядом с которым поспешно возвели святилище Тулуны – покровителя Эмбрии.

В восточной части сидели представители Кабервилла в более скромных нарядах – серых, бежевых, изредка рыжевато-коричневых – и смотрели на делегацию Эмбрии так, словно она источала ядовитые пары. В передней части зала восседали король и королева Хайкрауны с двумя младшими дочерьми. Если они и замечали напряжённые взгляды у себя за спиной, то не подавали виду.