"Фантастика 2024-184". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Войтенко Алекс - Страница 1131

Облачко вновь пробивает в водяной стене брешь, запустив чуть своей маны, выигрывает секунду, не давая той закрыться. Выстрел, пуля летит точно в цель. Маленький свинцовый ублюдок вонзается Астаопе в правую лопатку. Её повело, чуть накренившись вперёд, она тут же усиливает защиты с тыла, отказываясь от попытки нагнать отступившую Ветерка, вынужденно оборачивается, отражая огненный удар хлыстом Зари.

Окруженный, загнанный в угол, теперь ещё и раненый зверь, начинает сопротивляться ещё более яростно.

— На помощь! — Внезапно, повеселив меня, воскликнула Астаопа. Ха-ха-ха… к кому она воззвала, к мертвецам? К своим ангелам, о которых забыла, или к солдатам, с жизнями которых не считалась? Или, быть может, она звала на помощь мамочку? Подняв голову в небо, вижу тёмный купол, а за ним, закрывшие небо грозовые тучи. Астаопа полностью закрывается в своём водяном коконе, пытается использовать магию перемещения и… ничего! Ха-ха-ха, грязная сучка решила сбежать от меня. После всего, что она мне наговорила, после того, что сделала с моей жизнью, с тем, во что превратила меня⁈

Я был простым человеком, компьютерным задротом, что никогда и никому не мешал. Вложив пулю в затворную раму, прицеливаюсь, выжидаю нового момента. Что ты со мной сделала, Астаопа… Момент представляется, нажимаю на спуск, попадаю. Опять, в то же плечо.

— Облачко, чуть ниже, атакуй с земли. — Велю я, и мой демон всё исполняет как приказано. Из-под земли, целясь в бедра, прорезает барьер, позволяя мне вновь сделать выстрел. Левая ляжка пробита насквозь. Кровь божественная брызнула на водяной барьер. Заметив, как я общаюсь с демонёнком, как лично, раз за разом раню продолжающую меня игнорировать Астаопу, к этой жестокой, до омерзения неприличной игре присоединяются и другие мои союзники. Теперь они не стремятся поразить божество, а наоборот, наносят урон именно её и без того ослабевшей защите. Дыры становятся всё больше, а патронов у меня всё меньше. Ещё два выстрела приходятся в живот, затем в правую ногу. Небесная сука как решето, однако, сопротивляется, стоит на ногах и не планируя сдаваться. Ладно, пора заканчивать с этими играми.

Убить тебя я не могу, в этом просто нет смысла. Ведь ты, как и я, возродишься вновь, сама, или при помощи мамочки. Потому, поступим следующим образом. Взяв последний патрон, вкладываю его в винтовку, целюсь Астаопе прямо в голову. Если попаду, свяжу твоё мертвое тело, используя все доступные мне ресурсы, запру в каких-нибудь катакомбах, превратив тебя в вечную пленницу под зёмлей. А если нет…

Время замедляется, нажимаю на спуск и… ничего. Блять… даже выстрела нет. Как и говорил огневик, кажется, боёк (активатор заклинаний), из-за слишком частого использования повредился, печать стёрлась, или ещё что. Ебал я в рот эту винтовку! Кинув на землю, от раздавшегося выстрела аж подпрыгнул… Она взорвалась! Какого хуя, может дело было не в бойке? Чеша затылок, вижу, как над Астаопой, словно каты над полудохлой мышью, начинает издеваться моя свита.

— Хватит, взять её и осушить! — Командую со стены я, и мы впервые за долгое время глядим с Астаопой друг на друга.

— Матвеееей, убей меня, убей меня, сукин сын… и жди, жди и бойся, когда я вновь приду за тобой! — На богиню тут же накинулась вся моя орава. Рухнув, придавленная Зуриэль на землю, в кровь и останках бойцов, коих сама покрошила магией, обессиленно, с хрипотой кричит Астаопа.

— Ну что ты сразу убей да убей. — Кричу ей со стены в ответ. — Если сейчас я тебя прикончу, то кто мне тогда такие вкусные борщи варить будет? Кстати, спасибо за морковку! — Видя в какой агонии мой враг, повеселев, нахожу в себе силы подшутить над грязной сукой. Да, безусловно, убить её отличный вариант, да только это ничего не решит. Кто знает, как и насколько быстро, в отличие от меня, она придёт в себя. Всё же, она богиня, а я, хуй знает… божок, уже, наверное. Лучше пленим её, и, пока есть возможность, пустим на корм Слугам. Богиня, постоянный источник энергии, у неё много верующих, стало быть, и силу свою восстанавливать будет быстро. Осталось только понять, как её ману, сделать нашей, общей.

— Облачко, сможешь поглотить её силу? — Спрашиваю у демонёнка, и та отвечает отказом. Естественно, для моего демонёнка свет может стать обжигающим и отравляющим её истинное я. — А ты, Серебряноглазый, и ты, Зуриэль?

— С вашей помощью. — Склонив головы, будто мысля одинаково, говорят оба моих крылатых подопечных. Заебись, вот тут-то я в точку попал!

Астаопа, лежа в крови и грязи, пристально глядела за тем, как медленно и спокойно я спускаюсь со стены. Она рычала, ругалась, клацала зубами как животное, обещая мне вселенские муки и наказание, которое не снилось даже демонам. Тявкала она громко, так, что Аорра не смогла долго терпеть и закрыла её поганый рот стянутой с ноги какого-то покойника портянкой. Я ненавидел её, всем сердцем желал ей зла, и как-то, при этом всём, был немного благодарен. Мда, морковка за интим, за новую семью, друзей, жизнь. Если бы не эта треклятая морковка, как бы сложилась моя судьба, стали бы мы с Мурркой партнёрами?

— Зуриэль, знакомься, это твой новый брат и младший товарищ… — Подойдя к серокрылым, говорю я. Девушка, с рельефным торсом, сильными мышцами рук и ног, а так же, довольно высоким для смертного ростом, приветствует нового компаньона крепким рукопожатием. Слышу, как хрустят их кости, вижу, как до белого цвета сжимаются в неком соревновании пальцы рук.

— Как его зовут? — Спрашивает Зуриэль. Ох, опять двадцать пять, говорил же, плохо у меня всё с именами! Взглянув на мужика, вижу неподдельный интерес в его глазах. Он так таращится на меня, словно ждёт, что именно я дам ему имя. Да ну нафиг… а сам придумать не можешь?

Читая мои мысли, используя эту блядскую ангельскую способность, Серебряноглазый мотает головой. Мол, давай, покажи себя Матвеем, дай мне имя… он не отдупляет, что у меня с этим всё не очень. Ай, ладно…

— Имя ему Легион, — говорю я.

— Легион? — Переспрашивает Зуриэль, и интерес её поддерживает сам Серебряноглазый.

— Верно, легион, ибо он не один, их много. — Глядя на оружие в руках серого ангела, говорю я, и… мужик расплывается в благодарной улыбке, склоняет голову. Кажется, ему понравилось.

Из земли, закатив глаза, разочарованно вздохнула Астаопа. Ахуела что ли? Ей-то чё не нравится? Или, может, тоже смотрела тот фильм? Видя моё недовольство, под ребра, увесисто и щедро ту пнула Аорра. Ах… моя Императрица, спасибо, мне тоже тебя не хватало.

Покончив с ангелами, переступая через трупы и месиво из грязи и крови, иду к ней, к той единственной, кого могу поцеловать без стеснения, опасений и упрёков.

— Мой герой, я… — Губы наши соприкасаются, обхватив ту за бёдра, прижимаю к себе. Позже поговорим, обсудим всё, что было, есть, будет. Сейчас я слишком возбуждён, изголодавшись по женскому телу, был готов прямо здесь содрать с этих пышных грудей чешуйчатую броню, затем стянуть с неё эти треклятые, облегающие полу штаны и засадить, так, как того будет желать эта не менее порочная и любвеобильная женщина. Пальцы мои скользнули ниже её бедер, сомкнувшись, сдавили их. Отвечая на мой эмоциональный порыв, Аорра запускает руки мне под ремень, так же сжимая мои ягодицы. Эта ночь, она будет жаркой, настолько, что кажется, мы сможем на год вперёд согреть весь мир!

Громкое звучание горна не смогло отвлечь меня от смуглого тела. Губы мои уже спустились ниже её подбородка, стремились к видневшимся из-под чешуек возбуждённым сосочкам. Я не мог держать себя в руках, был слишком возбуждён. В небе, нагоняя тени, мелькнули десятки силуэтов, крылатых, вызывающих опасение и угрозу. Ещё, ещё и ещё… Не десять, не двадцать, и даже не тридцать… Понимая, что всё это грозит нам одной большой бедой, потерявший стыд я отрываюсь от возбуждённого тела дроу. Я хочу её, но… происходящее, выжившие требуют и ждут моих приказов. Едва сделав шаг от Аорры, повернувшись к ней спиной, я тут же оказываюсь в её жарких объятиях. Спиной чувствую, как её броня сползает вниз, и в лопатки мои упираются большие, голые груди.