"Фантастика 2024-180". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Гуров Валерий Александрович - Страница 1583

— Нет, наверное… К тебе нельзя плохо относиться, ты слишком порядочный…

— Ну так слушай свое сердце, а не сплетни.

Антонина Павловна вдруг закусила губу, кивнула и пошла прочь. Глядя ей вслед, я оторопело осознал, что давно уже не видел на ней джинсов, свободных свитеров, косухи и кроссовок. Все чин чинарём — блузка, не слишком короткая юбка, чулочки, туфельки. Ни дать ни взять — образцовая училка эпохи развитого социализма. Покачав головой, я отправился в столовку — пожрать казенных котлет, с макаронами и подливкой. Нагрузив всем этим, с добавлением компота из сухофруктов, поднос, я направился к столику Рунге, жующего в одиночестве.

— Садись-садись, Саша! — пробурчал он. — Давненько не общались!

— Прости, совсем замотался.

— Что ты сделал с моей женой⁈

— Что?

— Раньше она в свой архитектурный надзор ходила только зарплаты ради, а теперь ее дома не удержишь…

— Ну так она же главный архитектор города теперь.

— Пока еще — ИО… Должны на заседании горисполкома утвердить, но уже сейчас они там затевают что-то грандиозное! Практически — перестройку города!

— Лишь бы — не Ускорение и Гласность, — хмыкнул я.

— Что-что? — не понял Карл.

— Не обращай внимания, это я так…

— В общем, она по уши в творческих замыслах, а вот у меня не ладится…

— Что так?

— Да понимаешь… застряли мы с новым фильмом, — пожаловался он. — Снимать любительскую короткометражку, вроде «Альки и Трех мушкетеров», не хочется… А для профессиональной картины у нас ни бюджета, ни аппаратуры, ни павильона, ни актеров — ничего…

— Скажи Эмме Францевне, пусть закладывает в свой план по перестройке города еще и киностудию…

— Александр Сергеевич! — вдруг окликнула меня Раечка. — Вас Эвелина Ардалионовна срочно зовет!

От автора: Новинка! Штурмовик, погибший на боевой задаче, получает второй шанс на Руси 12 века! Раздробленность, борьба князей за Киевский стол. Не дремлют воинственные соседи.

https://author.today/work/380161

Глава 10

— Сейчас иду! — откликнулся я. — Пожрать не дадут.

— Смеешься? — спросил Рунге.

— Насчет киностудии?.. — уточнил я. — Нисколько!

— Никогда не слыхал о таком, — пробурчал Карл. — Есть всесоюзные студии, республиканские, областные, на худой конец, но чтобы — районные!.. Это же не радиоузел.

— Это называется — почин, дорогой коллега! — похлопав его по плечу, сказал я. — Ну ладно, пойду, завучиха зовет!

Я поднялся и пошел прочь, провожаемый его недоуменным взглядом. Наверное, друг Рунге счел меня пустозвоном, тогда как я и в самом деле намерен организовать в Литейске киностудию. С «Мосфильмом» или «Ялтинской» состязаться не стоит, но кое-что снимать все же будет можно. Воодушевленный этой идеей, я покинул столовку и направился в директорскую. Царева, на время отсутствия Разуваева, заняла его кабинет. Я открыл дверь и увидел, как она сидит в кресле Пал Палыча и что-то пишет.

— Заходите, Александр Сергеевич, — сказала она, не поднимая головы. — У меня к вам серьезный разговор. У вас сейчас «окно», так что мы можем не торопиться.

Отодвинув стул, я уселся. Почему-то вспомнился момент моего появления в этой эпохе. Это был последний день лета. Директор проводил педсовет перед началом учебного года. Вдруг молодому физруку стало дурно, он хлопнулся в обморок и стукнулся башкой, а когда очухался — это уже был я, ничего не понимающий, недоумевающий — откуда взялись эти странно одетые люди и почему они на меня таращатся. Не мог я тогда знать, что со временем я привыкну к ним. С одними буду враждовать поначалу, с другими быстро подружусь.

— Извините, Александр Сергеевич, — вновь заговорила Эвелина Ардалионовна. — Я должна была закончить…

— Что случилась, Эва? — спросил я.

Она встревоженно оглянулась, словно опасалась, что нас могут подслушать. Убедившись, что мы одни, выбралась из директорского кресла, подсела поближе ко мне. Видать, для того, чтобы не разговаривать через полкабинета. Правда, близость ко мне ее неожиданно возбудила. Завуч прерывисто задышала и рука ее машинально зашарила по пуговицам жакета, словно собираясь их расстегнуть. Я понял, что дело плохо. Еще немного и в директорском кабинете разыграется сцена из фильма для взрослых. Не в смысле, что я обязательно воспользуюсь женской слабостью заведующей учебной частью, а в смысле, что она вот-вот выскочит из одежды.

— Эва, Эва! — поспешно сказал я. — Будьте благоразумны! А вдруг кто войдет!

Царева вздрогнула, словно проснулась, посмотрела на меня испуганным взглядом, вздохнула и отодвинулась.

— Да, извините, Саша, — пробормотала она. — Я не должна была потерять голову.

— Ничего, бывает… — снисходительно отозвался я. — Все мы люди…

— Я оказалась в затруднительном положении, — продолжала она.

— По моей вине?

— Не знаю, можно ли в данном случае говорить о вине…

— Говорите, как есть…

— Вы работаете у нас как молодой специалист почти на всем протяжении учебного года. Не скрою, поначалу лично у меня были к вам претензии, скорее, личного характера, нежели дисциплинарного, но потом…

— Эва, меньше официоза, — вздохнул я. — Эдак мы никогда до сути проблемы не доберемся…

— Саша! — воскликнула она в полном отчаянии. — Я не знаю, что делать… Они меня закидали запросами на одну и ту же тему: что руководство школы делает для обеспечения условий труда и быта учителя физической культуры Александра Сергеевича Данилова? Я отвечаю по форме, ссылаюсь на нормативы по оплате труда и организации отдыха учителя вашей квалификации, а запросы не прекращаются. Как будто я могу что-то изменить в директивных документах министерства образования и городского отдела…

— Успокойся, Эва! — строго сказал я. — Кому могла прийти в голову такая чушь? У меня все есть и тем более — все устраивает.

— Я и не думала, что эти жалобы исходят от тебя, — тоже перешла на «ты» Эвелина Ардалионовна. — Неужто их строчит кто-то из педсостава?..

— Я сейчас прекращу все это, — сказал я. — У тебя есть номер приемной предгорисполкома?

— Д-да, к-конечно, — начала заикаться от неожиданности Царева. — В-в с-справочнике телефонных номеров городских организаций…

— Набери и дай мне мне трубку, — распорядился я.

Прямые команды действовали на завуча лучше любых уговоров. Она вскочила, схватила с полки не слишком толстый томик телефонного справочника, подошла к директорскому столу, взяла трубку телефона и набрала номер. Дождалась ответа и протянула трубку мне.

— Здравствуйте! — сказал я. — Это Данилов. Дайте мне Максима Петровича!..

— Минуточку, товарищ Данилов! — откликнулась секретарша. — Соединяю.

— Степанов слушает, — раздался в наушнике голос городского головы.

— Максим Петрович, привет! Как дела?

— Добрый день! Рад слышать, Александр Сергеевич! Работаем. Вот скоро будем обсуждать эскизный проект реконструкции Литейска с нашим новым главным архитектором…

— Я слышал, она пока еще исполняющая обязанности…

— Да, но это чистая формальность!.. Кстати, Александр Сергеевич, буду рад, если вы поприсутствуете на обсуждении.

— Обязательно, — ответил я почти ласково и добавил уже совершенно другим тоном. — Если вы распорядитесь, чтобы ваши подчиненные прекратили заваливать руководство нашей школы дурацкими запросами!

— Да, мне докладывали, — опешил предгоисполкома, — но я думал, что…

— Короче, вы меня услышали. Если подобное будет продолжаться, я расценю это как попытку подрыва педагогического процесса в советской школе.

— Немедленно распоряжусь!

— Вот и отлично! До встречи! — положив трубку я повернулся к Эве, которая смотрела на меня почти с религиозным обожанием. — Где все эти запросы?

Она дрожащей рукой протянула мне довольно объемистую папку. Я открыл ее, выхватил толстую пачку листов и принялся рвать их на клочки.

— Что ты делаешь, Саша? — потрясенно спросила Эвелина Ардалионовна.