"Фантастика 2024-181". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Федотов Антон Сергеевич - Страница 1616

Череда приемов в посольствах, куча протокольных встреч на камеру в специально отведенных местах, участие в экскурсионных поездках для особо важных гостей — три первых дня я был занят от рассвета и до глубокой ночи. На четвертый это закончилось, и я наконец-то смог прийти на полуфинал чемпионата по боксу в тяжелом весе — до этого этапа мой дворовый друг Артем добрался без проблем, побив как своих — на отборах — так и чужих — на предыдущих этапах.

Новенькая, крытая, заточенная под единоборства «ЦСКА-Арена» при вместимости в двадцать тысяч зрителей в конфигурации «сидим вокруг ринга» была заполнена до отказа. Друзьям — Тане раде похода сюда пришлось оставить дочку под присмотром мамы — я конечно же «пробил» места в первом ряду.

— Ты его левой, левой! — увещевал Артема рыжий Вовка.

Ныне — успешно прошедший срочную службу на границе младший сержант КГБ с безоблачными карьерными перспективами и служебной «однушечкой». Женат на Наташе, которая сидит в одиночестве с недовольным видом, положив руки на живот — наследника уже полгода ждут — и жалуется на временно покинувшего ее муженька жене Артема, Оле. Артем с Олей пока бездетные, потому что: «станешь чемпионом — рожу». Мотивация так сказать!

Наш атлет не удостоил совет рыжего вниманием — оно и так понятно, что «левой». Ну и не может ответить — как раз лицо слоем вазелина покрывают, минимизируя будущие рассечения. Карьера боксера Артему досталась совсем не на халяву — обе брови красуются грозными шрамами, нос немного перекошен благополучно зажившим переломом. Как положено к этому дню шел — проливая литры пота и крови и отказываясь от многих жизненных радостей. Горжусь своими деточками — такие они молодцы, никто не спился, не пошел по скользкой дорожке, не заставил за себя краснеть и полностью оправдал все мои надежды. Соня вот сидит, например, нынче в декретном отпуске значится, но на важные заседания Комсомольского ЦК ходит образцово-показательно.

А здесь Катя Солнцева, ух красивая! Рулит Комсомолом всея МГУ, где значится аспиранткой. Покуда не замужем, но это вопрос времени — наружка бдит, и нынешний Катин кавалер, двадцатипятилетний мастер токарного цеха — семь сотен рублей зарплаты — сожительствует с ней в своей комнате в коммуналке уже четыре месяца — рекорд!

— Молодой человек, не следует пытаться вносить коррективы в план на бой, если вы действительно желаете победы своему товарищу, — вместо Артема одернул Вовку тренер.

Психологическое кондиционирование в КГБ проводить умеют, поэтому краснеть и смущаться рыжий не стал, вместо этого спокойно извинившись. Робким и бестолковым в «конторе» не место, и мой лучший друг в силу возраста и подготовки изрядно изменился. Впрочем, это для всех моих актуально.

Исключение — Надя Рушева, которая даже сейчас, успешно «сочетавшись» с казахом из японского посольства и даровав миру замечательно здорового малыша, осталась «не от мира сего». Но для гениев это нормально — утратив то, что отличает их от ремесленников, пусть даже одаренных, они утратят и свою уникальность.

Артема закончили «обмазывать», а я, случайно подумав не туда, взгрустнул. Не все гении такие, как Надя, и Тарковский продолжает показывать всему миру, какой он необычный. Показывает ежегодно, снимая неизменно проваливающуюся в прокате, невыносимо гениальную и глубокомысленную муть на мои деньги, замаскированные под стандартные транши от Минкульта. Самому гению сообщать об этом запрещено, с причастных взяты подписки — ну расстроится Андрей Арсеньевич, начнет бухать в три раза сильнее, а он и так не брезгует. Пусть лучше рассказывает на фестивалях о том, что Советский кинематограф работает ради искусства, а не прибыли. Иностранные награды, без которых Тарковский из «загранок» не возвращается, тоже вполне себе «прибыль», даром что не совсем материальная, так что такое положение дел я собираюсь сохранять и дальше: бюджеты, ради справедливости, гений потребляет очень скромные.

А вот Василий Макарович Шукшин, чей сериал про Стеньку Разина полюбился всей стране, немного отдохнул, сняв «Печки-лавочки», и, поняв, что умирать пока рано — к огромной радости лично меня и всего нашего народа — решил замахнуться на эпический сериал про Пугачевщину. Будем привлекать в массовку армию и любителей исторической реконструкции — это движение каждый год привлекает все больше адептов, которые с удовольствием плетут кольчуги и шарашат друг дружку затупленными мечами по саморучно выкованным шлемам. Бюджет в четверть миллиарда вечнодеревянных Василий Макарович грозится «прогулять» за первые полгода съемок, и дальше ему понадобится еще минимум столько же. Ждем премьеру с нетерпением!

Думы о Шукшине помогли отвлечься от размышлений о том, насколько примитивный я неспособен осознать величия творческого наследия Тарковского — и мне это реально обидно, я что, быдло? — и я полирнул их мыслями о назначенной на осень премьере первого большого авторского проекта Никиты Сергеевича Михалкова — культовый «Свой среди чужих, чужой среди своих» как минимум сценарно получился таким же, как в моей реальности. Картинка будет покруче — технологии позволяют.

А насколько «технологии позволяют» провести нынешние мероприятия! Впервые в мировой истории трансляция начинается в первый день и не замирает ни на миг, подавая на телевизоры по всей Евразии потрясающего качества звук и картинку по пятнадцать часов в сутки. Режиссеры трансляций тренировались целый год — благо со спортом в нашей стране порядок — а вместе с ними тренировались операторы, комментаторы, осветители и «машинисты» стадионного инвентаря. И вся эта радость совершенно убыточная, потому что рекламируем мы здесь только высокие спортивные достижения и красоту Советского Союза — его кусочки неминуемо попадают в эфир, и некоторая их часть специально для этого облагорожена. Никуда без очковтирательства, блин!

Артем взобрался на ринг, я прошел в угол — для моральной поддержки, нормальные «угловые» полезное сделают и сами — а Вовка, проигнорировав грустные взгляды профессионалов, занял место рядом со мной. Работа у КГБ такая: быть там, где тебе не рады. Сделав круг по рингу для отдачи боксерских приветствий, атлет остановился в своем углу, опершись на канаты лицом к нам и дав время выйти сопернику-португальцу.

— Ниче говорить не буду, сам знаешь — Гонсало у нас необучаемый, — подбодрил я Артема.

Мы пару месяцев к чемпионату готовились — смотрели сделанные туристическими группами и общедоступные записи боев соперников. Я просчитывал паттерны и указывал ошибки, Артем — запоминал и отрабатывал стратегию под руководством тренера. Всю сборную так готовить несправедливо по отношению к гостям и даже политически вредно: кровавые совки специально привезли слабаков.

— Левой, ага! — ухмыльнулся Артем.

— Левой всегда надо! — не обиделся Вовка и, не без сомнений в победе Артема покосившись на соперника, спросил. — А почему он — португалец?

Ринг тем временем обходил длиннющий и качественно откормленный негр, длина ног которого позволила перешагнуть через канаты, лишь немного придавив верхний ряд. Руки под стать — если согнуть их в локтях, они будут прикрывать торс вплоть до печени, а перчатки в это время защитят лицо.

— Живое воплощение тяжелого колониального наследия! — авторитетно пояснил Артем. — Предки Гонсало происходят из прибрежного африканского племени, которое богатело на отлавливании и продаже в рабство негров из других племен. Дела шли хорошо, поэтому предкам Гонсало удалось перебраться в Португалию и купить там пяток кораблей, пригодных для перевозки негров в Америку.

— Правда? — охренел Вовка.

— Нет конечно! — хохотнул я. — Но кушал этот «португалец» неплохо.

— Артем не хуже, — подколол сына товароведа рыжий и приложил уважаемых союзников по соцблоку — Мухлежники!

— Времена такие, — развел я руками. — Рожа пофигу, главное — паспорт.

Поржали, тренер заткнул Артема каппой, и соперники сошлись, выразив спортивное уважение столкновением перчаток. Короткий инструктаж от рефери, рев трибун, гонг! Артем принялся кружить вокруг негра, выкидывая прямо-вверх, в блестящую белками глаз, голову левые джебы и уворачиваясь от контратак, которые только лишали лицо Гонсало защиты, из-за чего левый джеб время от времени попадал в черное пятно.