"Фантастика 2024-181". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Федотов Антон Сергеевич - Страница 1578

Кремль я покидал недовольным — никакого хитрого плана старики не придумали, решив танцевать от полученных результатов. Экспериментаторы хреновы! Единственное, что удалось получить — набор рекомендованных к озвучиванию через ФРГшные СМИ «месседжей». Ничего сложного, но и толку нифига не будет — во время Олимпиады немцам будет не до политики, а мои словеса туда и так просачиваются, через потешную коммунистическую «оппозицию» действующим властям.

Вот так и умирает материализм в политике — череда побед туманит голову, хочется больше, и тут в седые головы приходит замечательная идея об отправке меня в ФРГ. А ну как что хорошее из этого выйдет? Что ж, варианта отказаться нет, поэтому, улыбнувшись вышедшим из «Интуриста» американским неграм, я улыбнулся:

— Йо! Поехали со мной на Олимпиаду в Мюнхен?

Смолин Павел

Самый лучший коммунист 2 (СЛП-11)

Глава 1

В большой комнате квартиры в Сокольниках было весело: весь вечер протусовавшись по Москве, мы с моими (в сугубо позитивном, не связанным с правом владения смысле) нигерами осели здесь, за прототипом «Одиссеи — 2». Набитый трехлитровками с пивом холодильник, гора закусок и интересный досуг стали залогом отличного настроения.

— Твою мать, нигер, ты опять меня сделал! — ткнул кулаком в плечо одетого в трусы и белую майку, но не отказавшегося от золотой цепи с кулоном в виде знака доллара Тайрона Фанки Фанк.

Артист, как и я, одет так же — жарко, блин — но кулон (негры называют это «блинг») у него в виде конопляного листа. Подарок коноплеводческого совхоза, как ни странно — Фанки Фанк захотел посмотреть на «целое поле травы», и я не обломался его туда свозить. Продукция негров разочаровала — наркотический эффект отсутствует, если, конечно, не провести некоторые манипуляции, о которых они не знают, а я не хочу говорить — это же обычные ребята из гетто, начнут трепаться об особенностях Советского употребления нехороших вещей, оно нам надо? В Советском Союзе наркомании нет!

— Тебе нужно стараться больше, медленножопый нигер! — не остался в долгу Тайрон.

Слов на основе «ass» негры используют стремящееся к бесконечности количество — будем надеяться, что члены сборной и немцы не настолько погружены в «афроамериканский лор», как я. Ну и болеть афроамериканцы будут не за нас, а за США в тех дисциплинах, где будут участвовать афроамериканцы. Если таковых не найдется — будут болеть за «какого-нибудь нигера». А еще дедова охрана отказалась оставить меня спокойно бухать с черными братьями, настояв на интеграции в квартиру «пятого» — на кухне осел, чтобы мы его не разлагали.

Рубятся негры в «Бокс» — первый на планете файтинг, между прочим, но это благодарное человечество осознает только в будущем. Приставка уже не выглядит как непонятное нечто из дерева и проводов, а по актуальной моде этих времен представляет собой черную, пластиковую коробку, местами украшенную деревянными планками. Не будет смотреться чужеродно на фоне стенок и тумбочек — стенки, вообще-то, не уникальный Советский фетиш, их везде полно.

Зазвонил телефон, я снял трубку, выслушал собеседника и поблагодарил. Негры вопросительно посмотрели на меня, и я с широченной улыбкой — и выпитое «Жигулевское» тут совсем не при чем! — поделился с ними восхитительной новостью:

— Завтра к Оле пустят на пять минут.

Зарубежный культ личности певицы действует только в масштабах соцблока, но в силу комплекса причин западные СМИ новость о покушении на нее облетела: папка — полковник КГБ, продюсер, лучший друг и предположительно любовник целый Сережа Ткачев, а покушался член Олимпийской сборной из-за неразделенной любви. Инфоповод получился могучий, и, когда послезавтра на полки магазинов ляжет ее первый сингл, его буквально сметут и без всяких приписок про «ограниченный тираж». Увы, масштабировать нет смысла — с носителей в эти времена денег получается меньше, чем за гастроли, а про «роялти» неясно — пиндосы начали негласно, но последовательно давить на радиостанции просьбами ставить поменьше Советских артистов. Так, Оле приятно сделать.

— Щит, нигер, это отличные новости, — одобрил Джим.

— Круто, что мелкая выздоравливает, — присоединился к нему Тайрон.

— Когда я лежал в больнице, — Фанки Фанк приподнял майку, показав пару шрамов от пуль на тощем животе. — Хорошо, что мне давали морфин. Отец рассказывал, что пару раз ему приходилось выбирать, какому из раненных парней больнее — запасов не хватало.

Отец Фанки Фанка тоже служил под началом генерала Паттона, и это не совпадение, а статистика — он целым корпусом командовал.

— Он был медиком? — спросил я.

— Помощником медика, — поправил Джим. — Но медик был черным — когда повсюду трупы и взрывы, нет времени искать белого врача, и снежинкам приходилось терпеть.

Негры грустно хохотнули, я покивал и попросил:

— Расскажешь об этом завтра, на записи?

— Конечно, нигер, — пообещал артист.

— Йо, расскажи мелкому нигеру про дом, — запросил Тайрон смену темы и приложился к запотевшей кружке.

Приложился и я — морально разлагаюсь, а че мне? Джим смочил горло и поведал:

— Как только у меня появились деньги, я решил починить те руины, где меня первый раз снимали для телевидения. Здание ублюдочное, и его хозяин нихрена с этим не делал, каждый раз посылая нигеров подальше словами «когда начнете платить по счетам, тогда крышу и починю». Я покрыл долги нигеров, — ухмыльнулся. — Но гребаный лендлорд решил, что чинить рухлядь ему не интересно и нанял парочку нигеров с другого района спалить дом — много денег по страховке за него не получишь, потому что ни один агент не согласится застраховать хибару из гетто на кругленькую сумму. Но жадному нигеру…

— Хозяин — не белый? — удивился я.

— Лучше бы он был белым, — поморщился Тайрон. — Тогда ему бы не хватило яиц провернуть это! — проявил расизм.

— Так вот, — продолжил Джим. — Жадному нигеру показалась хорошей идея свалить в теплые края с моими деньгами и страховыми выплатами — в этом случае ему не придется раскошеливаться на ремонт.

— Так себе план, — оценил я. — С поджогами у вас строго, особенно если дело касается страховых выплат.

— Нигеров с канистрой мы заставили дать показания, — удивил выбором легальных методов борьбы с поджогами Джим. — Тупой нигер сел на десять лет, а дом перешел его жене. Сучка решила, что не стоит злить нигеров, и отремонтировала дом.

— Хорошо все, что хорошо кончается, — подытожил я.

Утро началось с неприятного от выпитого пива пробуждения. Поднявшись с кровати, я поморщился и пошел в душ. Смыв с себя мерзкий, липкий пот, достал из трюмо цитрамон и выпил. Скоро полегчает, а пока можно будить негров, обнаруженных прямо на полу большой комнаты.

— Дети джунглей, — умилился я.

Будь рядом «родная» охрана, они бы поржали и помогли, но сменившему напарника в полночь «третьему» было все равно, поэтому толкать бесчувственные черные тела пришлось мне одному.

— Фак ю, нигер, — не оценил моих усилий Фанки Фанк.

Ясно, хрен с вами, валяйтесь, все равно дела делать надо, запись передачи с черными братьями только вечером. Посмотрев на часы, расстроился — на десять минут выпадаю из графика. Придется завтракать в машине.

Покинув квартиру, погрузился в машину — выданную мне в служебное пользование, положенную по должности, черную «Волгу». Вот не понимаю я этот фетиш — в «Запорожце» или «Москвиче» уютно, а это — чисто кастрированный танк. Особое удовольствие доставляет неизживаемый бензиновый аромат — что в той жизни «Волги» им воняли, что в этой. Дырка тут в бачок секретная имеется, что ли? Особенно хорошо после посещения заправок — без открытых окон есть все риски надышаться до галлюцинаций.

Кулинария около ДК была открыта, так что запастись пирожками и чаем получилось. За завтраком и прослушиванием радио…