"Фантастика 2024-181". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Федотов Антон Сергеевич - Страница 1532

Так меня и послушали, ага.

Сама Италия этих времен не произвела на меня особого впечатления: тесные, местами откровенно грязные улочки со старой малоэтажной застройкой даже при отличной погоде смотрелись не очень. Даже немного неловко: будь я тонким ценителем архитектуры и европофилом, я бы корчился от восторга, но увы. Словом — ничего удивительного, что наших людей сюда и до моего вмешательства пускали, в рамках круизов по Средиземноморью: в Москве и Ленинграде тупо лучше. Исключение, конечно, реально древние памятники — руины Колизея, например, очень впечатляют. Вторым большим исключением стал Ватикан, куда я прибыл поговорить с Папой Римским. Не просто так, а в сопровождении Владимира Алексеевича Куроедова, главы Совета по делам религий Советского Союза и по совместительству генерала-лейтенанта КГБ, что просто не может не умилять. Второй важный сопровождающий — митрополит Никодим, председатель отдела внешних церковных сношений Московской патриархии. В «конторе» де-юре не работает, но мы же не дети и всё понимаем. Одеты товарищи скромно — Владимиру Алексеевичу не положено, а Никодим, несмотря на недавно выданное ему право носить две панагии, ограничился одной. Православный поп в Ватиканских декорациях выглядел потешно, но никого это не смущало — иностранные попы не стеснялись подходить, здороваться и вообще всячески демонстрировать свое расположение.

За три последних дня я успел прочитать три лекции, дать два больших, совместных с Олей концерта и получить в итальянском Минкульте очень вежливый запрет на концерт в руинах Колизея. Жаль, было бы прикольно, но я особо на разрешение и не рассчитывал. По вечерам, в свободное, так сказать, время, я катался по Риму с представителями интересного мне бизнеса. Трактора успешно согласованы, а к ним прилагается небольшой заводик по производству запчастей. На последний пришлось раскошелиться, потому что где запчасти, там и целый трактор. Технологии стоят дорого, но важность такого заводика признали все — не будешь же ты условный шуруп для карбюратора из Италии в колхоз переть.

Еще из интересного — встреча с местными киноделами с личным присутствием Федерико Феллини, которого очень повеселило мое признание в том, что его фильмы для меня сложные и скучные. Зато с Серджио Леоне и Дарио Ардженто поговорил больше часа. Работать с ними я не буду — смысла нету, но лично для себя пообщаться было прикольно.

Немного завидно — никаких «философских пароходов» у итальяшек не случилось. И гражданской войны не случилось. И к большой войне с соседями готовиться не надо — не будет ее. Словом — нам бы такую «тепличную» революцию, мы бы всему миру ого-го как показали! Что ж, другие времена, другие люди, другие базис и надстройка. Но все равно грустно.

Общаясь с людьми, невольно замечал новизну в отношении ко мне. И так был известен на весь мир в качестве гениального мальчика, который многократно выжил, а теперь показал как могу в течение считанных часов сменить правящий режим в очень тоталитарной стране, не убоявшись пулеметов, а главное — репутационных потерь. «Леваков» в этот исторический момент по всему миру как грязи — это и способ побунтовать, если молодой, и пофрондировать, если постарше. Толковые товарищи — в подавляющем меньшинстве, а большинство просто в «евролевых» играет. Пренебрегать таким активом, однако, не стоит — вот мы с товарищем Цвигуном Высоцкого за болтливость ругали, а с этой-то стороны болтают гораздо больше.

В будущем каждый наш предатель тыкался народу в лицо с посылом: «вот какой плохой совок был, смотри сколько предателей», но что-то почти ничего не слышно было о предателях капиталистических. Например, «Кембриджская пятерка». Или актуальный для этих времен, супер ценный агент Трофимов Георгий Владимирович, ныне занимающий должность полковника Разведывательного управления Министерства обороны США. Или Джон Энтони Уокер — этот должностью не вышел, но образцово-показательно передает нам ключи к военно-морским шифрам. Пропаганда пропагандой, но КГБ — реально самая могущественная спецслужба в мире, и боятся ее не зря. Банальная логика, блин: что проще — найти предателя в закрытой, пронизанной шпиономанией (что правильно!) стране, совсем недавно положившей десятки миллионов человек в борьбе за существование — это сильно мешает иллюзиям о «светлоликих эльфах» — или в рыхлом капиталистическом теле, банально предложив немножко денег или поймав на компромат? Ответ очевиден, но кто об этом задумывается, если надо СССР пинать изо всех сил во имя реставрации и неприкосновенности капитализма? Что ж, тоже понять можно — если КГБ такой могущественный, почему полудурки из Кремля просрали сверхдержаву ради возможности красиво тусоваться в чужих странах, попутно скупая там недвижимость? Почему нельзя было вытряхнуть пожилое, погрязшее в догматах дерьмо еще на этапе Застоя? Нет ответа, есть только горькая объективная реальность. Хорошо, что теперь вокруг меня другая реальность, где за державу не настолько обидно. Цель — чтобы «обидно» не было совсем!

Папа будет принимать нас у себя дома — в храме Святого Петра. Отличная возможность полюбоваться памятником экстра-класса. Площадь у храма усыпана народом — по словам Никиты Семеновича, это здесь стандартная практика. Интересно, а жителям вон тех домов с окнами на площадь нормально слушать столпотворения весь световой день и даже немного ночью? Я бы на их месте продал нафиг свою дорогущую квартирку и переехал куда-то потише. С другой стороны, едва ли здесь живут пролетарии, скорее богачи для статуса прикупили, чтобы с нарочитым спокойствием, как бы между делом, сообщать собеседникам: «да, окна моей квартиры выходят на собор Святого Петра».

Квартирный вопрос итальянцы после революции решили просто — собственное жилье является частной собственностью. Хочешь кооперативную квартиру? Да пожалуйста! Частный дом? Тоже запросто — только плати. Тот еще социализм, конечно, но у нас скоро сделают так же: осталось расселить что-то в районе двадцати миллионов человек. После этого критичность квартирного вопроса сильно снизится, и можно проводить легкую приватизацию, начав с кооперативных квартир, частных, колхозных домиков — включая приусадебный участок, конечно — и дач. Раздавать жилье, конечно, страна от этого не перестанет — у нас же государство для народа, а не народ для государства. Ну и, разумеется, в распоряжении Горкомов, производств и колхозов останется некий «маневренный фонд», из которого потерявших актуальность жильцов можно будет выселить, чтобы передать более достойным. Махинации, взяточничество и блат, безусловно, будут, но рай на земле невозможен даже при наличии попаданца в теле Генсекова внука.

Актуальный Папа — Павел VI — встретил нас на крылечке, как бы дав понять, насколько наш визит для него важен, и имел лысеющую, лопоухую рожу, навевающую ассоциации с Луи Де Фюнесом. Превратив подавленный смешок в улыбку, я дождался, пока Павел поприветствует посла, генерала и митрополита — последнего прямо тепло, и аккуратно пожал протянутую мне ладошку:

— Доброе утро, ваше святейшество. Большая честь находиться здесь, в самом центре католической культуры.

— Доброе утро, Сергей, — с улыбкой поздоровался он в ответ. — Позволю себе заметить, что Ватикан — центр не католической культуры, но христианской веры.

— Разумеется, ваше святейшество, — не стал я с порога погружаться в теологический спор.

Мы медленно побрели вглубь лишенного гостей собора — выгнали ради безопасности. Просто охренеть как красиво! Заметив, какое впечатление на меня произвели фрески и сияющие золотом стены, барельефы и прочая архитектура, Павел номер шесть заметил:

— Разве подобное великолепие не вызывает в людях стремления посвятить свою жизнь Христу?

— Подобное великолепие вызывает у меня мысли о том, что большое население, помноженное на плодородные земли, позволило тратить прибавочную стоимость на строительство подобных вещей. Но не признавать культурную и цивилизационную значимость Христианства может только слепец. Как минимум, вера вдохновляла Микеланджело на настоящий шедевр! — подняв взгляд к покрывающим купол Микеланджело фрескам, я вздохнул. — Просто невероятная работа с пропорциями.