"Фантастика 2024-181". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Федотов Антон Сергеевич - Страница 1522

— А у нас будет Т-80? — спросила Виталина.

— Надо будет тебе допуск прокачать, — решил я. — Для повышения комфорта семейной жизни. Давай ковры развесим?

— Давай, — согласилась она.

Первый ковер прибыл из бывшего Узбекистана, на нем были мастерски вышиты птицы, олени и цветы.

— Это в спальню, — решила Виталина.

Вбив восьмой гвоздь, я решил, что этого достаточно.

Следующий ковер явил нам пруд с лебедями. Подавив национальную травму из будущего — балет «Лебединое озеро» — я попытался вбить гвоздь и потерпел неудачу.

— Несущая стена. Где перфоратор?

Через десять минут работы в дверь позвонили. Открыв, узрел почти успешно подавляющего смех дядю Диму и вежливо улыбающуюся Матильду Юрьевну — пятидесятилетнюю даму из соседнего подъезда.

— Я понимаю, Сергей, что у вас первая брачная ночь, но два часа ночи, а вы стены долбите!

Стало жутко стыдно.

— Простите ради бога, — виновато потупился я. — Потеряли голову немного. Больше никакого шума, простите, что разбудили.

— Ничего, — великодушно простила она меня. — Поздравляю.

— Спасибо. Спокойной ночи, — попрощался я.

— Спокойной ночи, — улыбнулась она и пошла домой.

— Сознательный у нас народ все-таки! — поделился я радостью со ржущей Виталиной. — К чинопочитанию, конечно, склонен, но себя не теряет — вон, пришла, по ушам за шум надавала. И справедливо — догадался стены долбить среди ночи, классу-гегемону спать мешать.

— Я бы тоже спать легла, — зевнула девушка. — Пойдем?

— Пойдем!

После второго дня свадебного торжества и двухдневных проводов гостей желания продолжить хвастаться такой красивой и талантливой женой осталось хоть отбавляй, поэтому мы отправились в Москву, на открытие большой летней сцены эко-парка «Сокольники», хедлайнером которого выступит соло-Хиль (покажем его народу в нормальной одежде, со старым репертуаром — чтобы не забывали), но прийти собираются почти все «мои». С женами! От квартиры до туда рукой подать, поэтому решил пройтись по некогда родному району с одетой в джинсы и светлую блузку Виталиной за ручку — наконец-то имею право!

Позднеавгустовский вечер радовал легким теплым ветерком, доносящим запахи парка, пекарен и кофеен. Под ногами стелился выложенный брусчаткой тротуар, справа, по выделенной велодорожке, нас обогнал караван велосипедистов-школьников. Ученики ДЮСШ выбрались на вечернюю тренировку. Фонари пока не нужны — солнышко не скрылось за деревьями и на половину.

Купив по мороженке у входа в парк, мы вошли на центральную аллею. Народу полно, поэтому путешествие продвигалось медленно, но даровало много удовольствия.

— Позвольте представить вам мою супругу…

— А это — моя очаровательная супруга…

— Женился, да, вот, кстати, моя половинка…

— У вас тоже недавно была свадьба? А квартиру молодой семье выдали? Свободного жилья нет? Несправедливо — нам выдали, а вам нет. Давайте я вам помогу!

Через пятнадцать минут Виталине надоело, и она утянула меня на туристическую тропу. Но народу хватает и здесь!

— Моя супруга, талантливая начинающая писательница…

— Да, Сокольники за последние два года действительно сказочно похорошели, а это моя обворожительная супруга…

— Гербарий собираете? Ой, какие молодцы! Давайте я вам карточки подписанные подарю…

— А детям чего не хвастаешься? — стебанула меня Виталина, когда мы разминулись с кружком юных ботаников.

— Неловко, — признался я. — Будто немножко предаю всех детей Союза, экстерном сбегая от них на следующий уровень.

— Ты уже давно на много уровней впереди, — сжала мою руку крепче Вилочка. — Где-то там же, где Тимур, Мальчиш-Кибальчиш и Буратино.

— Буратино быть неплохо, — улыбнулся я. — В отличие от нытика-Пиноккио, который всю книгу пытается доказать, что он — настоящий мальчик, наша версия полена набирается ума и отжимает у эксплуататора средства производства.

Виталина рассмеялась, и я уволок ее с тропинки, чтобы поцеловать. Продолжив путь, свернули на развилке в указанном деревянной стрелкой с надписью «летняя сцена» направлении. Способов попасть к сцене — много, и большая часть зрителей воспользуется главной аллеей с противоположной стороны парка — там метро, автобусная остановка и парковка для тех, кто прибыл на личном транспорте. С других сторон парка — как в нашем случае — к сцене ведут туристические тропинки. Через пять минут мы услышали сопровождаемую характерным шумом музыку и вышли к краю оснащенной скамейками поляны, на дальнем конце которой сияла люстрами прожекторов сцена. Вместимость площадки — полторы тысячи сидячих мест, но, если добавить сюда стоящих и притаившихся в деревьях товарищей, вместит в три раза больше. Но видно и слышно большинству будет не очень. Выступление Хиля еще не началось, поэтому по сцене тусовался ведущий в виде Комсорга Сокольнического района, который при помощи ассистентов развлекал молодежь викторинами и конкурсами. Призы выделил Эдуард Анатольевич — у него заграничного барахла много скопилось.

Держась в тени деревьев, мы сместились к левому краю поляны — на правом краю у нас туалеты, мимо них идти не хочется — и направились к сцене.

— Правильно, «Харон»! — огласил комсорг и выдал победителю-старшекласснику импортную машинку-модель.

— У меня такая есть, — похвастался я жене.

— У тебя все есть, — не удивилась она.

За сценой нашлось две постройки. Первая — кирпичная подстанция. Она немного портит наше «эко», но деревянную строить не рискнули — а ну как полыхнет? Проблем потом не оберешься. Без подстанции никак — сценическое оборудование и освещение центральной аллеи жрет очень много.

Вторая постройка — вполне «эко», в виде просторного бревенчатого домика с черепичной крышей. Табличка на двери «посторонним вход воспрещен» не помеха — мы не посторонние.

Попав в коридор, поздоровались с сидящими за столом дежурного парой милиционеров. Отличный шанс похвастаться очаровательной супругой! Нам — в правое крыло, там расположено несколько гримерок и большая комната отдыха. В ней обнаружились почти все мои зарубежные звезды «старого поколения» — это кроме «Цветов» и «Мая». Народ расслаблен, на столе — «поляна» с буржуйскими винами и шампанским для прекрасного пола. Мужики в брюках да рубахах, дамы — в летних платьях среднего уровня роскоши. Приглашенная знаменитость — Джон Леннон, у которого завтра концерт на Большой спортивной арене Центрального стадиона имени Владимира Ленина — будущие «Лужники». Двадцать тысяч фунтов гонорара всего взял, считай — бесплатно. Ну а я очень доволен — по выгодному курсу обменял валютный гонорар звезды на пятьдесят с хвостиком тысяч проданных билетов по десять рублей. Это же не для детей или пролетариев родных, а для половозрелых карго-культистов мероприятие, можно и подкрутить ценник. Через три дня поедет в Ленинград, там тоже концерт даст. Площадка поскромнее, поэтому всего сорок тысяч билетов.

— Женатых в нашем кругу прибыло! — заметила нас Зоя Александровна Хиль.

Народ грохнул, и мы совершили приветственный променад по комнате.

— Жена-то пилит? — театральным (то есть во всеуслышание) шепотом спросил меня Магомаев.

— Очень ласково, — отшутился я.

— Это первое время так! — поделился опытом Хиль.

Веселятся товарищи — это хорошо. Потрепала их череда загранок и свалившаяся мировая известность. Да, к местному культовому статусу привыкли, но это же совсем другой уровень: под глазами тени, на мужиках прибавилось морщин, дамы держатся молодцом, но к ним и требований меньше. Магомаев, например, уже выгорает — глаза потускнели, упрямая седина пробивается через краску, похудел. Хиль выглядит лучше — у него спортивный режим и возраст поменьше, но худой, блин, до безобразия. Гастрольные графики на этот год мы переделали на более щадящие — четыре больших концерта в месяц, потом на месяц домой — пара концертов на Родине отдыху повредить не должны. На следующий год Магомаева еще немножко сократим, компенсировав просевшие доходы ценами на билеты в полном соответствии с «невидимой рукой рынка», а вот «Бони Эм» и «Аббе» попахать придется еще года два-три, когда цикл жизни коллективов подойдет к логическому завершению, и я заменю их на «Модерн токинг» и «С. С. Catch». Тогда количество концертов сократится до уровня «раз в квартал собрать стадион, фанатов порадовать».