"Фантастика 2024-181". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Федотов Антон Сергеевич - Страница 1377

— И когда Цзян Цин орала, что это «я должен умереть», она отводила от себя подозрения.

— Так, — подтвердил деда Юра. — Не получилось — за ночь группа Линь Бяо всех ее прихвостней передушил, теперь вся полнота власти у него — завтра официально Председателем назначат, на внеочередном пленуме. Боюсь я что-то тебя куда-то еще отправлять, — вздохнул он. — Не внук, а оружие массового поражения.

— Я-то причем, — поморщился я. — Я тебе сразу сказал, что больше всего на свете атомную войну разжечь боюсь. И сам «отправляться» не хочу — по самой грани прошлись. Нам-то ситуация в плюс?

— Мао был непредсказуем, — пожал плечами дед. — Вот говоришь у нас «переобуваются» со сменой правителя, а ты бы видел, что здесь творится! И пары часов не прошло, как китайцы на площадях собрались чучела Цзян Цин и американские флаги жечь. Потом сюда пошли, посольство вражеское громить. А Линь Бяо — наш добрый товарищ и надежный партнер. Если бы не его авторитет, в отравлении посла вдова Мао обвинила бы нас, к огромной радости врагов.

— Все хорошо, что хорошо кончается, — вздохнул я, окончательно успокоившись.

Опять с прибытком накуролесил. Косвенно, понятное дело, как предлог травануть Мао в непростой ситуации. Не рассчитала бабушка Цин.

— А ты-то как здесь? — спросил я.

— Так Япония, если ты забыл, совсем рядом! — гоготнул он.

Глава 22

— А на этой редкой фотографии мы видим замаскированного с целью обмануть «охранку» Владимира Ильича Ленина, — прокомментировал я очередной слайд. — Некоторое сходство, разумеется, сохранилось, но мастерство гримёров очевидно. Еще одним подтверждением эффективности служит тот факт, что в нем Владимир Ильич смог благополучно выехать в Финляндию, обманув псов Временного правительства. Данная фотография использовалась в его поддельных документах на имя рабочего К. П. Иванова. К. П., полагаю, расшифровывается как «коммунистическая партия» — товарищ Ленин обладал свойственным всем эрудированным людям чувством юмора и иронии не чурался.

— Следующая фотография — российские политэмигранты и Ленин, снято в Германии, по пути в Стокгольм. Владимир Ильич — третий справа, с зонтиком.

— А на этой фотографии Владимир Ильич в панаме, прогуливается в горах в окрестностях Закопане, Польша. Лето 1914-го года, он недавно вышел из Австрийской тюрьмы.

Такая вот тема передачи — редкие фотографии и переписывание истории. Снимаем уже в новом доме, на студии города с замечательным названием Хрущевск, куда прибыли вчера в ночь, сразу попав в метель — зима пришла в эти края почти одновременно со мной.

Собственного аэропорта у нас нет, поэтому дед спецбортом подкинул в Хабаровск. Сам он там и остался, пару дней с вояками Дальневосточными пообщаться.

— А вот — настоящий неканонический раритет с зевающим дедушкой Лениным, — улыбнулся я. — Несмотря на все свои поразительные достижения, он все-таки был человеком, и такая штука, как зевки, были ему свойственны. Фото сделано на Капри, у Горького — его за столом мы тоже имеем удовольствие видеть. Третий участник композиции — Александр Богданов.

— Этого шахматного партнера Владимира Ильича мы так же можем наблюдать на следующем фото, сделанном так же у Горького. На нем товарищ Ленин предстает перед нами в совершенно буржуазного вида шляпе, что непривычно, потому что мы привыкли к его кепкам. Хороший повод подумать о том, что одежда и головной убор внутренний сущности человека не отражают. У нас и пословица тематическая есть.

— А это — фотография Владимира Ильича в период ареста по делу Санкт-Петербургского «Союза борьбы за освобождение рабочего класса». Как видим, его лицо полно решимости и уверенности в собственной правоте. Не человек — сталь! — с нажимом выговорил последнюю фразу.

На этом первая часть подошла к концу, и я перешел ко второй — переписыванию истории на примере фото со Сталиным, выдав приличествующую случаю подводку:

— Но Владимир Ильич, при всех своих великих достоинствах, все же являлся теоретиком и философом, надеявшимся на приход Мировой революции. Отсутствие последней стало для него тяжелым ударом, подкосившим здоровье. Как материалисты, мы не должны преувеличивать роль личности в истории, несмотря на ее несомненную значимость. Человек — это лишь вершина айсберга, основу которого составляют глубинные, социально-экономические процессы и воля народных масс. Гений Владимира Ильича помог выиграть гражданскую войну, сформировать новое государство, но по-настоящему сверхдержавой СССР сделал наш следующий герой — Иосиф Виссарионович Сталин, личностные качества которого для государственного строительства подходили лучше. Товарищ Сталин был реалистом и практиком, и, хорошо осознавая слабость иностранного пролетариата, который, говоря жаргонным словечком, «повёлся» на обещания и подачки правящих элит вовремя понял, что кольцо врагов вокруг Родины начинает смыкаться. В такой, чрезвычайно сложной геополитической обстановке было необходимо сплотить страну в единый кулак, избавиться от врагов и построить могущественную индустриальную экономику. Безусловно, не обошлось без избыточной жестокости — товарищ Хрущев нам о ней в свое время поведал, но знакомые с курсом лекций под общим названием «Рождение революции» хорошо знают, что страны не существуют в вакууме, и иногда приходится принимать тяжелые решения, продиктованные внешними обстоятельствами. Безусловно, с позиции послезнания осуждать и клеймить легко, но я сомневаюсь, что в той ситуации и обладая той информацией, можно было бы сделать по-другому.

Без попаданца наша многострадальная Родина почему-то работает гораздо хуже.

— Как бы там ни было, сейчас мы поговорим о другом. Поговорим мы о том, что нынешнее правительство СССР — скоро будем говорит ССР, потихоньку нужно привыкать, товарищи — пресекло на корню. Говорю я о переписывании истории и «вымарывании» из нее определенных неудобных для актуальной ситуации личностей. Особый интерес представляет данное фото, знакомое многим нашим гражданам в следующем виде:

— На нем мы видим товарищей Сталина, Молотова и Ворошилова у шлюза номер три на строительстве канала Волга-Москва, датировано 22 апреля 1937 года. Страшный год был, очень тяжелый, — вздохнул я. — И его призрак до сих пор витает над нашей страной, что вызывает у меня недоумение — невиновных в нашей стране не сажают, а институт ревизоров, который лично я считаю очень правильным, борется исключительно с экономическими преступлениями. К огромному расстройству капиталистов, ни одного дела за антисоветскую деятельность за 1970 год в нашей стране заведено не было — страна радуется новому экономическому курсу и мирному небу над головой, и ложь «Голосов» теряет силу, — широкая улыбка. — Спасибо вам огромное за веру в наше общее дело, товарищи! Но вернемся к основной теме. Оригинальная фотография, которую некоторые пожилые товарищи могут помнить, выглядела вот так: