"Фантастика 2025-5". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Ясинский Анджей - Страница 1188

Гундольф углядел даже брошенный экипаж в одном из дворов. Под облупившейся тёмной краской белел металл, как кость. Кто ездил на нём прежде? Были, должно быть, в те времена и хорошие дороги, и цели для путников. А сейчас что? Некуда больше ездить и не на что смотреть.

Показалось, прошло больше часа, когда Йохан вновь засуетился у приборов. Он направил лодку ниже.

Гундольф поглядел вперёд и заметил хребет, тянущийся длинно по телу земли. Рядом с ним когда-то лежала река, да вся ушла, и теперь лишь песчаные разводы да мелкие камни говорили, где она была. Будто кто нарисовал русло и излучину, выделил берега и перекаты. На одном из берегов к реке спускался лес, но теперь от вековых исполинов остались лишь корни. Они застыли в бессильной попытке дотянуться до воды, носили кое-где следы топора, но в целом не поддались и ему.

Лодка, замедляясь, переползла по ту сторону хребта и опустилась.

В стороне кто-то закричал — не разобрать слова. Обернувшись, Гундольф заметил ворота в камне. Высокие и прочные, они отворились и выпустили наружу человека. Тот вскинул руку, и Йохан махнул ему в ответ.

Громила, что сидел у дверцы лодочки, отпер защёлку, опустил ступени. Йохан поднял крышку напольного люка.

— Чего сидишь? — сказал он Гундольфу. — Помогай таскать.

Жители поселения тем временем вышли под открытое небо и подходили по одному, по двое. Приняв мешок из рук Йохана, Гундольф передал его дальше и замер, увидев, что за рука перехватила груз. Сперва почудилось, у человека короткая серебристая перчатка, но тут же пришло понимание, что это металл.

А следующий, принявший груз по цепочке, не носил ботинок. Подвёрнутые ниже колен, обтрёпанные пружинами штаны выставляли на обозрение ноги, не похожие на человеческие. Странно изогнутые, они легко несли владельца.

— Кончай пялиться, — прозвучал над ухом голос Йохана. — Помогай!

Здоровяк не участвовал. Стоял за бортом, держа руку у пояса.

Когда дело было выполнено на треть, наружу вышел ещё человек. Худощавый, рано поседевший, с упрямо выдвинутым подбородком, незнакомец подошёл к лодке.

— А вы сегодня другим составом, — заметил он.

— Так вышло, — ответил Йохан. — Как закончим, у меня разговор есть.

— Вот так совпадение, и у меня. Подожду в стороне, не хочу мешать.

Поселенец отошёл, но недалеко. Стоял, сложив руки на груди, и наблюдал. Насколько Гундольф мог судить, руки у него были свои и ноги тоже.

А место ему это не нравилось. Не нравились люди, забирающие припасы. Не было на их лицах улыбок и не переговаривались они радостно, как должны бы те, что получают долгожданную провизию и нужные вещи. Нет, эти молчали, и напряжение так и витало в воздухе. Даже Йохан что-то почувствовал, потому что бросил гнуть спину у ящиков и отошёл к приборам, оставив работу на Гундольфа.

— Где наш товар, Рафаэль? — спросил он.

— Сейчас вынесут, — пообещал тот, что наблюдал за выгрузкой. — Так почему ты сегодня один, что-то случилось?

— Городские заботы, — отмахнулся Йохан. — В следующий раз прибудем как обычно. Ничего не случилось.

Гундольф дождаться не мог, когда они уберутся отсюда. Из-за того, что на лодочке теперь работал он один, дело замедлилось. Других на палубу громила не пускал.

Гундольф взмок, запыхался, спину ломило, но передышки не хотелось. Тело, может, её и просило, но не было желания и минуты лишней задерживаться в этом месте.

Когда управились с товарами, к лодочке поднесли плоские ящики. Внутри что-то звенело тонко и стеклянно.

— Укладывай, — приказал Йохан. — Да не разбей, осторожно. Рафаэль, поднимешься?

Человек, миновав громилу, поднялся на борт. Подошёл к Йохану, и о чём-то они зашептались. Не расслышать слов, если дышишь тяжело, и в топке трещит, и в ящиках звенит.

— Повтори-ка громче, — донеслись слова незнакомца. — Ну же, я хочу, чтобы он услышал.

Йохан возразил ему, а может, что-то спросил.

— Эй, ты, послушай, — окликнул незнакомец, и Гундольф оторвался от ящиков, которые пытался втиснуть под сиденье. К нему обращаются, что ли?

— Да, ты, — кивнул человек, подтверждая догадку. — Ты знаешь, что тебя решили отдать нам, как товар? Как вещь, от которой хотят избавиться? Ещё и плату просят, будто ты им с потрохами принадлежишь. Правда, такую мизерную — право слово, даже как-то стыдно быть обменянным на пять флаконов. Все наши стоили от десяти.

— Возьми его даром и болтай после, если хочешь, — зло сказал Йохан. — К чему начинать это сейчас?

— А вот к чему, — сказал незнакомец.

Он поднял руку и щёлкнул пальцами.

И тут же калека за бортом ударил громилу по ногам. Тот лишь вскрикнул и осел, не успев вынуть саблю. Дёрнулся было, но к нему наклонился другой. Приподнял за волосы, но отпустил почти сразу и выпрямился, стряхивая кровь с пальцев, длинных, как ножи.

— Ты что задумал? — вскричал Йохан и взялся за штурвал, но не успел. Упал, как от толчка, и палуба загремела — но тот, рядом, его не трогал, Гундольф мог поклясться.

— Я Рафаэль, — представился незнакомец, не обращая внимания на стоны Йохана. — А ты?..

— Отто, — ответил Гундольф.

Те, в развалинах, так и не спросили его имени за всё время. Эти спросили.

— Мне сказали, ты в Раздолье недавно, но успел увидеть что-то, чего не следовало, — продолжил человек. — И тебя подарили нам. Погляди вокруг, нравится? Рукой Вилли я особенно горжусь.

Гундольф промолчал.

— Видишь ли, Йохан решил, я буду рад, заполучив ещё одно тело. Этим-то уже ничего нельзя приделать. У тебя, правда, всё на месте, но всегда можно отрезать, а потом приделать.

За бортом угодливо захохотали.

— Вот только сейчас мне некогда этим заниматься, — сказал Рафаэль.

Он поглядел вниз, пнул Йохана, тот заорал и затих наконец.

— Мне, Отто, нужно в город. Я полагаю, ты не успел особенно привязаться к тем, на кого работал. Только подумай, какую они тебе приготовили награду за труд.

Человек сделал паузу, развёл руками.

— Но я не так жесток и предлагаю тебе выбрать правильную сторону. Уже к вечеру Раздолье будет нашим. Ты с нами?

Сейчас выбор был очевиден.

— Я с вами, — кивнул Гундольф.

Глава 26. Флоренц. Нежеланная встреча

Ещё когда подходили к площади, мальчишка оробел.

Любопытно было, конечно, поглядеть на этот самый Зелёный день, да только он не знал, что будет так шумно и людно, словно буря разыгралась. Никогда ещё Флоренц не видел такого числа людей, и ему захотелось сбежать туда, где тихо, и укрыться.

Но как только увидел девушку под куполом, он обо всём забыл. Неужели одна из пернатых? Может быть, даже та самая, о которой рассказывал Гундольф? Врата, конечно, сломаны, но кто знает, какие бывают чудеса.

Площадь ахнула как один человек, и Флоренц восхищённо вздохнул тоже. Он глядел сквозь слёзы, ослеплённый белыми одеждами, бликами купола, светлым камнем статуи и сверкающей громадой дворца, и мечтал лишь о том, чтобы девушка снова полетела.

Кто-то схватил его и развернул.

— Фло! — коснулся слуха знакомый голос, и мальчишка дёрнулся в страхе. — Как же ты мог, куда опять уходил среди ночи? Куда, скажи? Я повсюду тебя искал!

А ведь Эрих говорил, до вечера у него работа. И в голову не приходило, что можно повстречать его здесь.

Неужели брат с ночи его разыскивал? Выглядел усталым, измученным даже, под воспалёнными глазами чернели тени. И руки его на плечах Флоренца дрожали, будто Эрих мелко тряс брата.

— Я уж думал, с тобой что-то сделали. Добрались, чтобы на меня надавить. Всё бросил, не знал, куда бежать, а ты просто разгуливаешь здесь!

Мальчишка и не расслышал в шуме толпы, как прозвучала пощёчина. А боль отозвалась сперва в груди, холодная и тяжёлая, и лишь потом заныла щека.

Конрад тут же оказался между ними.

— Так, хватит, — сказал он.

— Не вмешивайся, это мой брат! — зло воскликнул Эрих.

— Значит, ты превратно понимаешь родство. Раз старший, должен быть поддержкой и опорой, а ты налетел на него посреди улицы…