Герцогиня Хардин (СИ) - Скарлетт Эльза - Страница 94

— Все! — радостно сообщила я и попыталась подняться. Но окончательно промёрзшие ноги и руки отказывались меня слушаться.

Тенебрей помог мне.

— Снимай нижнее платье, — приказал Корин, — оно мокрое.

Мне стало неловко и я не спешила слушаться. Подол действительно вымок и надевать поверх него платье означало намочить и его, а потом простудиться. И почему я не подумала об этом раньше, когда собиралась?

— Ну же, Лея, сейчас не до сантиментов, ты замерзнешь и заболеешь.

В его словах был смысл, но как же было стыдно и неудобно.

— Отвернись! — потребовала я. И убедившись, что некромант послушался, ежась от стыда, быстро стянула с себя через голову сорочку озябшими руками. Платье я надевала долго и неловко. А вот застегнуть пуговицы на спине так и не смогла сама. Жаль, что на моих платьях не было таких пуговиц-амулетов как на академической форме. Пришлось снова просить смущаясь, краснея и проклиная эту ситуацию в целом. Корин молча, весьма ловко и быстро застегнул все мелкие пуговки на платье и сразу же укутав меня в два плаща посадил на поваленную корягу. Дальше он, не спрашивая моего разрешения, вынул какую-то мазь и не поднимая подола платья начал растирать мои ноги. Мазь была согревающей и сразу же разогнала кровь по промерзшим ногам. Я молча подчинялась, все же он делал это гораздо быстрей, чем могла бы я. Хорошенько растерев ступни, Тенебрей вынул мой чулок вертя его в руках и рассматривая. Судя по всему, он собирался его на меня натягивать.

— Я лучше сама, — ужаснулась я.

— Нет уж, у меня выйдет быстрее. Грейся и не высовывай руки из-под плаща.

Сказано было так, что было понятно, возражения не принимаются. Я действительно только начала согреваться, и меня начал бить озноб. Трясущиеся руки — плохой помощник, если нужно справиться с надеванием чулок. Мне придется смириться и принять помощь. Себе же я пообещала в следующий раз взять Линетту или Кирану, чтоб не очутиться больше в такой ситуации и не краснеть как помидор.

Тенебрей продолжал сражение с моими чулками. Он несколько раз выворачивал и вертел их, пока разобрался. И все-таки у него получилось надеть сначала один, а потом и второй. Пока что до колена. Когда он поверх полунадетых чулок надевал и зашнуровывал ботинки, я внимательно следила за его быстрыми и одновременно немного растерянными движениями.

— Тебе, наверное, еще ни разу не приходилось одевать девушку, — вдруг вырвались из меня слова. И я тут же пожалела о них.

Руки Корина замерли, и он резко посмотрел мне в глаза. Взгляд потяжелел.

— Не приходилось, — ответил он мне, не отводя глаз. — Хочешь это обсудить?

Мне стало еще более неловко. Я ведь и так обо всем догадывалась, и своими словами лишь создала неловкий момент.

— Прости, — нашла я в себе силы извиниться, — не подумала, прежде, чем сказать.

— Лея, я понимаю, что тебе может быть неприятно, то, что ты сегодня узнала. Но я не буду оправдываться за то, что было когда-то, — категорично заявил он. Закончив с ботинками, Тенебрей попытался под юбкой натянуть мне чулки выше. Но я этого не дала сделать, останавливая. Меня уже достаточно отогрелись руки, хоть дрожь никуда не делась и меня продолжало трясти.

— Спасибо, но дальше я лучше сама, — попросила его. — Отвернись, пожалуйста.

Некромант послушно стал ко мне спиной, а я быстро подняла подол платья и принялась подвязывать чулки.

Конечно он был прав. С моей стороны было неправильно напоминать ему о Суилинь и бередить старые раны. Что на меня нашло? И с чего я вдруг решила сказать ему колкость? Это было недостойным поведением. Прошлого уже не исправить.

— Я готова, — сообщила, когда закончила.

— Как ты себя чувствуешь? — поинтересовался некромант, поворачиваясь ко мне, он оставался все еще хмурым, после предыдущего разговора.

— Уже лучше, — ответила я. Тенебрей тем временем собирал мои вещи, складывая сумку.

— Лея, я хотел сказать… — начал было он, когда подобрал весь мой инвентарь, но я резко остановила его закрыв ладошкой рот. Корин замер, не ожидая от меня такого.

— Не нужно, — попросила я, — оставим все в прошлом. Я благодарна тебе за честность утром. И не хочу больше об этом говорить и вспоминать. Прости меня, я не должна была напоминать о том, что было. — Я убрала ладонь и улыбнулась: — Идем скорее проверять артефакт. Ты теперь должен со мной расплатиться!

Тенебрей улыбнулся мне в ответ, видимо ему «полегчало» и снова вернулось хорошее настроение.

— Да, я готов расплатиться… тебе понравиться, — пообещал он, беря меня за руку, а потом сразу подхватывая.

Я снова не стала возражать, так было теплее.

Когда мы почти вышли из парка, то услышали громкие разговоры и спор. Тенебрей не спеша пошел в ту сторону. На выходе из открытого полигона, который вел в парк, стояло четверо оборотней. Трое сгруппировались вокруг одного, которого самый крупный из них прижимал локтем за шею к забору. Несмотря на угрожающую позу нападавших парень не вырывался и не отбивался, а выглядел как-то затравленно и виновато.

Корин поставил меня на ноги.

— Подожди немного здесь, Лея, — попросил он и направился в сторону боевиков. Судя по нашивкам, все относились к четвертому-пятому курсу стихийного факультета. Оборотни вообще редко шли учиться на другие направления. Им лучше всего подчинялась стихийная магия, а основная масса поступала на службу в армию или городскую стражу.

Парни увидели приближающегося некроманта и напряглись, но парня не отпустили.

— Добрый вечер, ваша Светлость, — поздоровался первым самый крупный из них, тот что удерживал своего противника.

— Добрый, адепт Конвель, — ответил Тенебрей. — У вас какие-то проблемы?

— Никак нет, ваша Светлость, дела клана решаю, — отчитался немного по-военному парень. Несмотря на то, что он единственный был четверокурсником, остальные в разговор не вмешивались, как и тот, которого этот оборотень держал. А я приглядевшись узнала парня, которого прижимали к забору. Это был один из приятелей Ривена Локрейна. Когда два других парня обернулись посмотреть на меня, узнала и еще одного. Он вместе с Тарином напал на меня и Кирану в городе, только вот имени я его уже не помнила.

— Дела клана нужно решать вне стен академии, — довольно спокойно сказал им Тенебрей. — Уходите пока вас кто-нибудь из преподавателей не увидел. Ближе к озеру гораздо спокойнее и никого нет.

Оборотень отреагировал вполне спокойно. И прежде всего он отступил, отпуская краснеющего от давления на шею адепта.

— Слышали, парни? — мотнул «главный» головой в сторону своих подельников. — Идем в более укромное место.

Пятикурсники усмехнувшись тут же подхватили несчастного адепта под руки и поволокли в сторону парка.

— Доброго вам вечера, лорд, леди, — весьма галантно и на народный манер поклонился Тенебрею и мне «главарь», поспешив за остальными.

Корин проводил их взглядом и снова вернулся ко мне, подхватив на руки и зашагав дальше.

— Ты что разрешил им драку? — удивилась я.

— Это не драка, Лея, — тихо ответил мне некромант, пощекотав дыханием местечко за ушком, отчего по телу побежали мурашки. — Иногда нужно дать событиям развиваться самим по себе… Это тот случай.

Мне немного непонятны были эти слова, и я, вскинув голову, посмотрела на него. Корин на взгляд не ответил, смотря вперед, но почувствовал и улыбнулся мне.

— Ты меньше живешь в столице и академии, чем я, и еще не поняла, что академия — это наше королевство в миниатюре. Здесь есть свои традиции и законы. Риф Конвель — второй сын альфы самого крупного клана оборотней-волков столицы. В академии он среди луноликих самый авторитетный. Остальные кланы гораздо малочисленней и имеют меньше влияния в столице, а среди оборотней наиболее ценятся сила и количество голов в стае. Вмешиваться в их дела не стоит, они очень эмансипированы и решают свои проблемы сами. Могу лишь тебе сказать, что они своих не казнят, но наказывают очень строго. Так что парню ничего смертельного не грозит, а регенерация у них почти как у вампиров.