Герцогиня Хардин (СИ) - Скарлетт Эльза - Страница 9

— Нам пора идти в дом, — вздохнул Корин. И мне даже стало жаль уходить.

Он поднял меня и поставил на ноги. Дверь чердака была закрыта, но от касания некроманта сама открылась, и мы зашли в мансардную комнату со скошенным потолком, обустроенную под отдых. Тенебрей повел меня по коридорам и лестницам довольно большого дворца вниз в гостиную. Нас встретил дворецкий.

— Тоул, добрый вечер, сейчас приедет лаэрд Гохре с девушкой, проводите в гостиную. И скажите Глодин, что леди Лейяне потребуется ее помощь, — сообщил дворецкому Тенебрей.

Гном поклонившись снова удалился, забрав наши плащи.

— Присаживайся, Лея, — распорядился Корин.

Я уселась на диван испытывая стеснение. А в гостиную вошла служанка с чашками, заварником и подносом с закусками. Поставив это все передо мной, она разлила чай и сделав книксен удалилась. Тенебрей опустился в кресло рядом.

Дракон и Кирана появились очень быстро. Стомиан был мрачнее тучи, а в глазах подруги стояли слезы. Я поставила чашку на блюдце вставая.

— Что случилось? — встревожилась я.

Выглядели они помято оба.

— Поздравляю, Лея, — прошипел маг, — сегодня не ты центр неприятностей.

Кирана всхлипнула. И поняв, что разговора в присутствии парней не получиться, забрала ее, выводя за руку из комнаты.

— Кирана, что произошло? — снова повторила я вопрос.

Девушка разрыдалась вовсю. А мне стало очень жаль ее и в порыве я обняла.

— Идем отсюда, расскажешь все потом, — решила я, уводя по уже знакомому пути в пудрово-сиреневую комнату.

В спальне нас ожидала горничная. Она остолбенела от вида плачущей подруги и присела с поклоном.

— Эм-м… — я судорожно вспоминала ее имя, — кажется Глодин, верно? — полу-эльфийка кивнула. — Пожалуйста, принесите нам чай с ромашкой.

Горничная послушно удалилась выполнять распоряжение. Кирана продолжала всхлипывать, слезы ручьем текли из ее глаз. А я, обнимая и поглаживая, пыталась ее поддержать и успокоить. Терпеливо ожидая, когда эмоции улягутся.

Вернулась горничная с чаем и такими же пирожными, какие подали в гостиной. Поставив все на столик, она обратилась ко мне:

— Леди, лорд-хозяин интересуется, что вам еще нужно и будете ли вы возвращаться сегодня в академию?

— Мы останемся здесь до завтра, Глодин. Передайте лорду Тенебрею, что мы пошли спать. И извинитесь за нас за неожиданный уход, — вспомнив о вежливости ответила я.

Горничная снова удалилась. Пересадив Кирану за столик, я разлила чай и подала чашку подруге. Она понемногу стала успокаиваться, и я решилась снова спросить, что произошло.

Кирана всхлипнула еще несколько раз, вытирая лицо салфеткой и все же ответила:

— Лея, я же говорила, что со мной не стоит общаться. Я совсем не достойна дружить с такой как ты.

Я напряглась не понимая.

— Кирана, я дружу с теми, с кем хочу. По отношению к тебе я так совсем не считаю. Как это связанно с сегодняшним вечером?

— Все очень непросто. Я все тебе расскажу и пойму, если ты не захочешь больше общаться…

Девушка сидела поджав ноги, собираясь с мыслями. Я видела, что ей не просто решиться.

— Ты знаешь, что я из простой семьи. Раньше мы были мелкими торговцами. И возможно даже не представляешь, как живут обычные люди…

Когда-то моя семья имела прибыльную лавку, и мы жили весьма неплохо. У нас был небольшой трехэтажный особняк на третьей Ясенной улице в очень тихом и хорошем районе. Я спокойно училась в городской школе и даже посещала платные курсы экономики и танцев, как и положено дочери зажиточного горожанина.

Когда мне исполнилось двенадцать лет, мой отец заключил помолвку с сыном наших партнеров, живущих с нами по соседству. Мы с пеленок росли вместе и вроде как любили друг друга. Когда мне должно было исполниться семнадцать лет, должна была состояться наша свадьба. Олар тоже имел магию, и ему полагалось пойти учиться, тогда как мое обучение даже не предполагалось. Развивать дар у меня ни моя семья, ни семья моего будущего мужа не планировала.

Все бы так и случилось, Лея, если бы однажды не ограбили обоз с нашими товарами. Олаф и мой отец чуть не погибли, товары были украдены. И все бы было более-менее нормально, жизнь бы наладилась, но оказалось, что отец разорвал договор с гильдией торговцев еще в начале года, надеясь сэкономить деньги за взносы для покупки нам с Олафом дома на свадьбу.

Мы не могли получить компенсацию за потери от гильдии. Отец задолжал партнеру крупную сумму денег, так как вина лежала полностью на нем. Это он принял решение выйти из гильдии и не сказал об этом ничего своему партнеру. Наша лавка осталась практически без товара, а нужно было еще и платить за аренду и налог. Отцу пришлось взять большой займ и заложить дом, чтоб отдать долг отцу Олафа. Но без стабильного дохода, выплатить его не получалось. Денег взять было неоткуда. От нас отвернулись друзья и даже родственники. Моя тетка тоже отвернулась от нас, решив отделить свою долю вложений. Партнер отца расторг помолвку. Олаф сказал, что никогда не любил меня и согласился на помолвку только по приказу своего папеньки. Отрекся от меня, будто и не было ничего раньше между нами… Он был моим первым мужчиной… Я поддалась на его очарование, уверенная, что он меня искренне любит и мы все равно поженимся.

Отец покончил после этого жизнь самоубийством, и мы с матерью, младшими братьями и сестрами остались сами. Мне пришлось впервые устроиться на работу в лавку моей тетки. Но денег все равно не хватало. Я была хоть и старше остальных моих братьев и сестер, но все равно не достаточно образованной, чтоб устроиться куда-то еще, а платила мне моя тетка мало. Она считала, что делает мне большое одолжение уже тем, что кормит. Выплачивать кредит и кормить семью одной матери выло очень тяжело. Младшие братья были еще совсем маленькими…

Однажды, одна из моих бывших подруг, с которой мы когда-то посещали курсы по танцам, предложила пойти работать в увеселительное заведение, для мужчин. Я в нашей группе танцевала всегда лучше всех, и она помнила об этом. Там платили за один вечер столько же, сколько мне за неделю в лавке тетушки. Вечером и ночью я танцевала, а потом убирала зал до утра, когда все расходились…

На этом месте мои глаза округлились. Вот откуда Кирана умела так хорошо танцевать. А я еще удивлялась ее мастерству.

— Сначала все было вполне прилично. Моя мать, хоть и вздыхала, и была против, но выхода у нас не было. Я все же приносила достаточно денег, чтоб понемногу выплачивать векселя по закладной на наш дом. Кредиторы грозились нас выселить, а куда бы мы все пошли? Нам и так пришлось переехать в гораздо более простой домик на окраине, по сравнению с тем, который у нас был когда-то…

Девушка снова всхлипнула, вспоминая неприятные моменты своей жизни.

— Я все еще верила, что у нас все будет хорошо. Назло Олафу, тетке и всем тем, кто показывал на нас пальцем на улице… Я мечтала выучиться на мага и поступить на хорошую должность, чтоб больше мы ни в чем не нуждались. Уйти с мерзкой и «грязной» работы.

Когда я в первый раз не поступила в академию на бюджетное место, я продолжила работать в клубе. Знаешь, я даже в некоторой мере была этому рада, так как приносить деньги семье и учиться я бы не смогла. Как бы я их оставила? Сумма еще оставалась приличной, а у меня появился год для дополнительной подготовки. — Подруга не спеша допила чай, а я подлила ей еще. — Танцевала я не в «Ночи». Это место всегда было элитней остальных, но тоже в весьма престижном заведении. И так получилось, что меня однажды увидел наш кредитор, он и предложил мне провести с ним несколько ночей в обмен на остаток векселей.

Кирана опустила глаза и в них заблестели слезы. А я молчала, проникнувшись ужасом ее ситуации.

— Я тогда не знала, как работает вся эта «продажная» система. Как позже оказалось, у каждой танцовщицы, проводящей остаток ночи с посетителем, есть покровитель, которому она должна отдавать часть денег за «досуг». Когда я свои договоренности с кредитором выполнила и стала ему не интересна, он отдал мне векселя, но выдал местному своднику. Я испугалась и ушла из кабаре, в котором работала, устроившись работать уборщицей в «Ночь», рассчитывая, что обо мне забудут… Но меня нашли через несколько недель, и подстерегли после работы у черного входа. Шайка местного сводника угрожала, что изуродуют меня и моих сестер, за то, что утаила свой род занятий и не выплатила положенный процент. Мне назвали сумму, которую я должна им была отдать за неустойку и своеволие. Я ответила, что у меня денег нет и расплачивались со мной векселями. Но сводник сказал, что это мои проблемы. Однако пообещал помочь найти новых клиентов, чтоб выплатить ему долг…