Герцогиня Хардин (СИ) - Скарлетт Эльза - Страница 82

Подготовив камни, снова подошла к жаровне. Мне ждало разочарование. Мерзкий вольфрам подернулся дымкой, но остался целым. И я запоздало сообразила, что мощности печи ученической жаровни не хватит расплавить этот тугоплавкий металл. От отчаяния я чуть не застонала. Захлопнув жаровню, я развернулась, соображая, что же делать. И встретилась глазами со Стомианом. Дракон сидел, внимательно наблюдая за моей работой и позабыв о том, чем занимался.

«Вот же тупица», обругала я себя. У меня же тут целый дракон сидит, а я мучаюсь с жаровней!

— Стомиан, можешь помочь? — кинулась я к парню, обрадованно вытаскивая его за руку из-за стола. — Расплавь мне кусок металла.

— Эм-м… Хорошо, — согласился он немного неуверенно. На меня он смотрел с вниманием и священным ужасом.

Я быстро объяснила, что нужно делать. Стомиан без лишних вопросов понял, что от него требуется и призвав огонь, влил силу в жаровню. В лаборатории заметно повысилась температура. А я снова надев очки, приготовилась закидывать следующие кусочки металлов.

— Куда, глупая! — одернул меня дракон. — Там сейчас бешенный жар, обожжешся! Я сам.

Он спокойно взял щипцы и, даже не надевая перчаток, открыл заслонку и вынул тигель. Вольфрам наконец-то превратился в вязкую серебристо-блестящую жидкую массу и я, прыгая рядом от радости, быстро кинула остальные металлы, зная, что в такой температуре они расплавятся уже без проблем. А потом принесла и поставила рядом на столе форму. Через несколько минут, сплав был готов, и я приказала дракону залить его. Стомиан сам все закончил, а я, быстро убрав излишки, раскатала из остатков проволоку, которая мне понадобится позже.

Форму я приказала опустить в зелье для охлаждения. И как только сплав принял из отвара свойства и немного остыл, расколола основу.

Самая трудная часть работы практически была завершена. Остальная часть, хоть была длительной и кропотливой, столько сил и магии не требовала. Я, напевая от радости, принялась шлифовать и обтачивать заготовку. Сплав плохо поддавался обработке (это вам не серебро и не золото), мне пришлось использовать алмазный напильник не щадя его и потратить уйму сил, но нужного я все же добилась. И теперь любовалась вполне простой, но такой драгоценной заготовкой. И кто бы мог подумать, что в такой простой кругляшке скрыто столько силы? Осталось вставить камни, которые отразят излишки не поглощенной светлой магии и напитают щит силой.

Продолжая радостно подпевать и пританцовывать, я вынула готовые зелья для камней и произнеся необходимые заклинания, чтоб они лучше вбирали свойства, поместила камни, подписав где какой настой находится. Теперь следовало ждать, от меня больше ничего не зависело. Отметив на пергаменте, что я успела сделать и что мне еще будет нужно, я принялась записывать какие зелья мне понадобятся для следующего звена. Перерыв все свои и Тирела запасы, я сделала список необходимых ингредиентов.

— Ты закончила, Лея? — задал мне вопрос дракон.

— Угу, — кивнула я.

— Идем в гостиную, тут жарко, — позвал меня маг.

В гостиной на диване расселись вернувшиеся Элдрин и Тирел. Ребята были слегка «навеселе» и смеялись, обмениваясь шутками. Значит, я возилась долго, и время было уже весьма поздним.

— О! Я же говорил, что это наша «ромашка» тут жару задала! — весело воскликнул Элдрин, намекая на повышенную температуру в гостиной, увидев меня. Видимо жар из лаборатории проник и сюда и успел нагреть комнату. — Лея, ты знаешь, что у тебя щеки покраснели? Чем это ты таким в лаборатории со Стомианом занималась? А то начитаешся о запрещенных ритуалах и захочешь что-нибудь проверить. От тебя можно всего что угодно ожидать.

Вот же мерзкий дроу! Умудрился испортить мне настроение в одну минуту!

— Знаешь, Элдрин, мне сейчас кажется, что ты в детстве думал, что родился драконом и много раз падал головой на камни, прежде чем понять, что это не так! — огрызнулась я.

Тирел, пребывавший и до этого в веселом настроении, громко рассмеялся согнувшись пополам, на мою тираду.

— А ведь ты и правда мечтал быть драконом, Элдрин! — прокомментировал он, покатываясь от смеха.

Вампир хохотал от души. А я улыбнулась эльфу во все зубы.

— Улыбайся дальше, конфетка, твой вид сейчас незабываем. Особенно с сажей на подбородке, — продолжил дразнить меня темный.

— Я не улыбаюсь тебе. Я скалюсь! — снова пикировала я. — И вспоминаю, одно весьма интересное заклинание, которое на сутки заставит тебя кудахтать!

Усмешка с лица Элдрина слетела.

— Но-но, незабудка! — погрозил он мне пальцем. — Только без членовредительства! Я же шучу!

— Ты испортил мне настроение, дроу несносный!

— Я готов все исправить! — тут же стал подлизываться эльф и подал мне блюдце с кусочком пирога. — Только больше не выпускай своих пауков!

Я побежала в свою туалетную комнату, чтоб посмотреть на себя в зеркало. Видок у меня был действительно еще тот. Перепачканная в саже, с остатками трав в волосах и красными полосами на щеках под глазами, от высокой температуры. Не удивительно, что Элдрин начал надо мной шутить. Вымученно простонав от своего позора, я принялась приводить себя в порядок. Умылась, расчесала полностью волосы, не став их заплетать и нашла крем от ожогов, намазав пострадавшую часть лица. Через пол часа должно было сойти. Мы, артефакторы, все же часто работали с жаровней и получали ожоги тоже часто, поэтому противоожоговый крем, был в запасах всегда.

Приведя себя в относительный порядок, я вернулась в гостиную.

— Леечка, приношу свои искренние извинения, — вновь принялся подлизываться Элдрин. — Ты оказывается занималась серьезной работой. Стомиан нам рассказал уже.

— Что делала? — поинтересовался Тирел.

— Артефакт щита от светлой магии, — решилась признаться я.

— Ум-м, — одобрительно протянул вампир. — Для игр?

— Нет, — опустила я глаза и отпивая чай. — Это для другого…

— Ешь, — кивнул в сторону пирога мне Стомиан. — Ты на ужине не ела. Или тебя Тенебрей все же заставил поесть?

Я не стала отвечать, но пирог все же взяла.

— Вот уважуха, капитану, — протянул вампир. — Даже Лею как-то умудряется воспитывать. Вот кто к любому подход может найти.

— А тебе кто мешает, клыкастый? — заметил Элдрин. — Свои амбиции умерь и поймешь, что не все так плохо. Сам далеко не святая инквизиция! Вот как станут тебе родители подсовывать в жены подходящую по статусу нимфетку-вампиршу, тогда может и оценишь, от чего отказался. Они у вас моралью и принципами не отличаются. Вот помниться еще в начале моей юности, встретил где-то Аранэль одну такую красотку, и решил поучить меня — неопытного юнца, нюансам… любви. Так эта скромница нам такой мастер-класс показала, что после этого мы два дня…

— Элдрин! — воскликнул Стомиан хором с Тирелом. А когда дроу все же замолчал, неожиданно вспомнив о моем присутствии, Стомиан добавил: — Сильно у тебя язык развязался сегодня.

Я сидела, открыв рот от таких откровений. Смысл рассказа Элдрина я все же поняла, и мягко говоря, была немного в шоке, от «любовного опыта» дроу. С меня хватило сегодня картинок и ритуалов в книге по проклятиям и новые факты сильно впечатлили меня. Я понимала, что ребята далеко не монахи божественного ордена и целибат не блюдут. А о «славе» Элдрина слышала не раз, но чтоб вот до такого…

— Хана тебе, ушастый, — всхлипывая снова засмеялся вампир. — Я прям вижу твою шкуру, прибитую к доске объявлений в главном корпусе руками Корина, в назидание остальным, с подписью «у него был длинный язык и маленькие мозги», если Лея, проговорится о том, чем ты решил сегодня козырнуть!

И засмеялся уже не сдерживая себя. У Элдрина снова вытянулось лицо, и он перевел взгляд на меня. А Стомиан аккуратно рукой закрыл мне отпавшую челюсть, и забрал из ослабевших рук чашку, чай из которой вот-вот грозил пролиться мне на платье.

— Беда-а, — протянул Стомиан, вовсю улыбаясь. — Ты действительно труп, Элдрин. Покойся с миром, дружище!.. Хотя, учитывая, что Тенебрей некромант, с покоем не выйдет. Я бы на твоем месте написал быстро завещание, чтоб твое бездыханное тело сразу сожгли!