"Фантастика 2024-183". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Кронос Александр - Страница 1583

Тем временем человеческая фигура на стене начала излучать красный свет. Свет точно жег меня, но впитывался мышцами, разогревая их — это помогало выполнять упражнения, но ценой было ужасное жжение в мышцах.

Первые пять поз казались мне достаточно простыми, я повторил из без проблем, но после шестой сложность внезапно возросла. Многие позы неприятно меня удивили — на первый взгляд они полностью противоречили анатомии, и выполнил я их ну очень условно. Во время выполнения девятой позы низ живота пронзило внезапной и жуткой болью. Благо ощущение длилось не дольше секунды.

— Когда ты будешь повторять упражнения в точности, это пройдет, — кивнул тренер, заметив мое скривившееся лицо.

Девятая поза получилась, с грехом пополам, в десятую удалось встать после пятой попытки. Когда я попытался повторить одиннадцатую: присел на корточки, вытянув правую ногу, протянул руки вперед, наклоняясь как можно дальше, а затем опустил их на землю, я почувствовал острую боль в пояснице. Боль была настолько сильна, что перехватило дыхание. Я застыл в этой нелепой позе, ощущая, как мое тело готовит следующий болевой удар.

Я поспешно использовал частичку полученной духовной силы, мысленно помещая ее в район поясницы. И сработало! Боль отступила, хотя продолжать я не рискнул.

— Пожалуй, на сегодня хватит, — верно оценил мое состояние тренер. — Пожалуй, излишне неуклюже, но у тебя хотя бы все конечности на месте, а значит, рано или поздно мы придем к результату.

Я сжал зубы, чтобы неприятные слова, которые я хотел высказать, не вырвались на волю.

— Твой физический талант кажется мне неполноценным, — продолжал призрачный учитель. — Хотя нет, «кажется» — неподходящее слово. Я уверен в этом. Ты с трудом выполнял движения, с которыми справился бы и десятилетка.

Потребовалось всего одно занятие, чтобы энтузиазм от причащения к настоящим боевым искусствам сменился болью и усталостью от тренировок. Мой прогресс был слишком медленным, о чем сказал и тренер. В первый день я едва смог выполнить половину поз.

— Насколько я плох? — прямо спрашиваю копию. — Желательно не в оскорблениях, а в конкретных числах.

— Продолжительность первой медитации — мерило врожденного таланта человека. Гениям требуется не более двух-трех дней, чтобы создать фундамент своей культивации, используя медитацию и закалку. Ты не слишком талантлив, это так, но ты можешь добиться прогресса упорством.

— Два-три дня⁈

Я был ошеломлен. Я не успел полностью наполнить фигуру энергией, и вряд ли преуспею в этом завтра. А гении за два дня могут достичь скорости в пять циклов за десять минут?

— Не удивляйся. В этом разница между гениями и обычными людьми. Врожденные условия гениальных людей намного лучше твоих. Но не унывай. Быстрая медитация — это всего лишь один шаг вперед. Впереди будет много, много шагов.

— У меня есть шанс превзойти гения? — сразу сказал я.

— Не думаю. Но мир не ограничивается одной лишь культивацией. Не унывай, завтра продолжим, — высокомерно кивнул он мне.

Это вконец меня разозлило.

— Чего ради? — поморщился я. — Эти занятия своей бессмысленностью похожи на поглаживание пупка. Только гладить пупок гораздо легче, и такая практика не травмирует.

— Ты хочешь узнать, что будет? — прищурился учитель.

Несмотря на то, что внешне он был моей полной копией, он держал спину прямой, подбородок — задранным. Черты его лица казались мне более грубыми, чем у меня, вдобавок этот человек точно умел себя держать. Мне казалось, что он минимум лет на десять старше меня.

— Да, хочу, — не отступил я.

— Знаешь, я — твоя копия, только немного иная. Я знаю все, что знаешь ты, и чуточку больше. Я знаю, как ты относишься к китайским практикам. Ты считаешь, что они — бесполезная трата времени и сил. С этим я согласен. Но в этом мире, дорогой Артур, культивация — не какая-то шутка, и не городская легенда. Может, в твоем обществе люди и считают, что в реальном бою всякие китайские практики бесполезны. Но я скажу — мерить этот мир по меркам прежнего не надо. Ты еще не понял, куда попал? Здесь обретают плоть кошмары! Здесь воображаемое обретает плоть, а легенды становятся нашей реальностью! В этом мире боевые искусства — настоящие боевые искусства!

Как только учитель закончил говорить, от него разошлась ужасающая аура. Сердце пропустило удар, словно передо мной внезапно появилась целая стая кровожадных мимиков.

Учитель сжал ладонь в кулак, и толкнул окружающий воздух в сторону дальней от нас стены.

Вслед за толчком поднялся чудовищный ветер, меня ощутимо толкнуло в спину.

Комок сжатого воздуха мгновенно достиг стены и пробил в ней дыру размером с голову! Раздался приглушенный взрыв, но песок и осколки камня вынесло наружу ураганом.

К моему полному шоку тренер сейчас ВЗОРВАЛ СТЕНУ УДАРОМ ПО ВОЗДУХУ. Остров задрожал, на стене покосилась мишень.

К счастью, учитель нанес удар по противоположной стене. Если бы этот воздух пронесся рядом со мной, с меня бы точно сорвало одежду. А то и кожу.

— Вот ради чего ты занимаешься! — с тихим гневом сказал учитель. — Вот чего ты можешь достичь! Тебе дан шанс! Не упусти его!

Я поклонился.

И на этот раз жест был искренним.

Глава 8

Утром проверил телефон, и не слишком удивился, снова увидев пропущенный с другого незнакомого номера. Поискав по первым цифрам, определил, что это номер Московского региона. Вчера был Забайкальский край.

Зайдя в настройки, заблокировал вызовы с незнакомых номеров. Не знаю, насколько это поможет, и поможет ли вообще, но варианта получше я не придумал.

Проверил сообщения в группе класса. Наконец-то пришли баллы по ЕГЭ! Я перешел по ссылке и проверил свои результаты. Довольно средние по всем предметам, кроме русского языка: в нем я набрал рекордные 86. Не удивлюсь, если этот результат будет одним из рекордных в классе. Звезд с неба мы обычно не хватали.

Чем заняться в свой выходной, который вдобавок выпал на субботу?

Можно было сходить на стадион или на турнички, вот только несмотря на то, что закалкой тела и медитациями я занимался в другом мире, тело неприятно ломило и в этом. Ныла поясница, спина, бока, даже ноги и руки, которые я практически не напрягал.

Можно съездить до мачехи и отца, и прежде чем моя комната превратится в кладовку или еще что-нибудь нехорошее, забрать вещи, которые вчера не влезли в рюкзак. Тот же ноутбук, например, или доставшиеся от деда старые шахматы из спрессованного янтаря. Но у меня была другая идея.

— Мам, привет… Слушай, ты сегодня не занята? Хочу зайти, если вы дома будете. Да хоть сейчас могу.

Поговорив с мамой, я запрыгнул в джинсы и вышел из квартиры. Замкнул ее полученными вчера ключами и удивился, что чувство новшества не прошло — я по-прежнему рад, что съехал, и улыбаюсь при мысли, что у меня есть свое жилье. Сверившись с 2Гис, нашел ближайшую остановку и домчал на автобусе до мамы.

Мама живет в центральном районе, и он куда лучше того, где я жил прежде. Даже тот, где я снял квартиру, слегка мерк перед центром. Чисто, убранно, новая плитка. Трава у тротуаров подстрижена, урны пустые, здания то ли новые, то ли сплошь после капитальных ремонтов.

Я позвонил в домофон. Тот пиликнул три раза, а потом спросил голосом сестры:

— Кто?

— Карина, это я, Артур.

Когда я поднялся на лифте до этажа, сестра уже была там — смотрела на меня через щель в двери. Четырнадцатилетний белокурый ангелок с зелеными глазами. Девчонка не доставала мне даже до груди — я единственный из семьи, кто пошел в рост. «Гены сыграли», — когда-то говорил отец, но чьи именно гены, я уже забыл.

— Приве-ет! — потянулась ко мне Карина. Я скованно приобнял ее на секунду, и отстранился.

Перед сестрой я чувствовал себя неловко, как великан в хранилище, полном хрусталя. Я никогда толком не общался с детьми, и не знал, как это правильно делается. Разница в возрасте между нами была всего в четыре года, но я ощущал их, как пропасть, мостик через которую точно не перебросят редкие визиты.