"Фантастика 2024-183". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Кронос Александр - Страница 1180

Разумеется, Дан не будет единоличным владельцем фирмы. LVMH владеют заводами, они разработают продукт, будут его рекламировать и продавать. Дан же дает имя на этикетке, лицо в рекламе и идеи для грамотного продвижения, за что будет получать процент с оборота компании.

Назвать предложение щедрым — это сильно преуменьшить действительность. Мог ли Дан отказаться? Нет, не мог. И не только из-за финансов. Уход за кожей, несмотря на то, что считается преимущественно женским занятием, всегда был той сферой, которая ему была реально интересна. Все эти процедуры для него ощущались скорее медитацией — повторяющиеся действия помогали как собраться перед началом рабочего дня, так и успокоиться после. Во времена, когда все запускают собственные бренды, Дан не мог не задать себе этот же вопрос: а что он может продавать под своим именем? И уходовая косметика — это единственное, что пришло ему в голову.

На создание и разработку продукции уйдет около двух лет. Если Дан согласен — то до конца 2019 он должен определиться с названием бренда и начать обсуждать контракт.

Обсудив все это с месье Лорье, они с папой поехали домой. Ну, как поехали? В машине у Дана началась практически истерика — он смеялся. Сначала один, а потом и с папой.

Это предложение, от которого он не может и не хочет отказываться, было практически насмешкой над его желанием меньше работать, больше времени проводить с близкими. Мало ему было текущих проблем — теперь еще и бизнес намечается.

Парни прилетели только через несколько дней. Планировалось, что группа немного отдохнет перед тем, как начнет записывать китайский альбом и снимать клип. За то время, пока все были в США, Дан успел купить себе автомобиль. Как раз такой, чтобы пассажиры в нем не упирались коленками в переднее сиденье, а в багажник можно было бы впихнуть побольше покупок: новый кроссовер Hyundai.

На нем Дан и планировал съездить в бабулин деревенский дом, проследить за тем, как соседи подготавливают все к зиме. Минсок и Джинхо напросились с ним. Первый еще понятно, почему — у него мама живет буквально в соседнем доме, а вот Джинхо просто решил так отдохнуть. Поэтому в багажник загрузили маленький ящик соджу. Разумеется, с закуской.

Бабушка на зиму стволы плодовых деревьев оборачивала кусками ткани, приматывая ветки полыни, гвоздику и мандариновые шкурки, чтобы вредители не завелись. На взгляд рационалиста-Дана химикаты кажутся более действенным средством, но спорить с бабулей о содержании сада опасно для психики. Именно обматыванием стволов Дан с парнями и занимался сразу после приезда. Руководила процессом мама Минсока, а наблюдала, кажется вся деревня. Видимо, зрелище трех городских красавчиков, которые бестолково наворачивали круги вокруг сливы и вишни, было очень захватывающим.

Теоретически, снимали они себя для видеоотчета бабушке — чтобы она убедилась, что с ее деревьями все будет в порядке. Но вечером Дан пересмотрел видео, они втроем над ним поржали и небольшой кусочек ускоренной записи выложили в Garnet — пусть поклонники тоже повеселятся. Ну а сами устроились в доме.

Ондоль — корейская система обогрева дома. Печь располагается на летней кухне, ниже уровня жилого помещения. Жар от печи проходит под полом и выходит через дымоход на противоположной стороне дома. Мама Минсока помогла им растопить эту печь, чтобы они не замерзли ночью. Минсок на улице приготовил мясо, с которым они и расположились на теплом полу у низкого столика. За окном моросил мелкий дождик, что добавляло их посиделкам еще больше уюта.

— Знаете, когда я только начал работать моделью, у меня было ощущение, будто я сражаюсь с течением бурной реки, — сказал Дан.

— Я помню, ты говорил об этом, — кивнул Минсок.

— В феврале мне начало казаться, что я теперь плыву по спокойному озеру — мне нужно усердно грести, чтобы двигаться вперед, но я хотя бы не борюсь со стихией, — добавил Дан, — Вот только, кажется, озеро закончилось…

Джинхо усмехнулся:

— Ты, как всегда, поэтичен.

— Мне кажется, что так, как было в прошлом году, уже не будет, — улыбнулся Минсок.

— Надеюсь, — сказал Дан. — Я благодарен этому времени, мы добились невероятных успехов всего за год после дебюта, но… как мы вообще вывезли это?

Они втроем расхохотались.

— Если так подумать, было не так уж и страшно, — заметил Джинхо. — Сейчас я понимаю, почему Канджи-ним так переживал о нас — мы реально многое сделали в сжатые сроки, но… мы даже спали нормально.

Дан задумчиво кивнул. Если так подумать… С апреля 2018 по май 2019 они: участвовали в шоу, выпустили два полноформатных альбома, плюс два мини-альбома на несколько песен, давали интервью американским журналистам, выступили на корейских премиях, забрали Грэмми, провели первый мини-тур, выступили на Коачелле, стали лицом двух брендов, снялись для кучи реклам и журналов…

— Если бы наш стафф так жестко не отстаивал наши права, ничего бы не вышло, — внезапно подытожил Минсок. — Я постоянно общаюсь с Наной, у них ожидания съемок иногда по несколько часов, им не разрешают макияж смывать, если у них есть расписание утром и вечером, они спят в машинах и тренируются по ночам. И у нас — если мы приехали на площадку и съемка не началась в течение пятнадцати минут после нашей готовности — появляется Сону и тычет пальцем в условия контракта со штрафами за простои.

Дан расхохотался. Это правда. Им все идут навстречу: любая съемка делается настолько быстро, насколько это вообще возможно, у них всегда есть место для отдыха, лучшие специалисты и право решать — нравится им это, или нет.

— Получается, ты хочешь уменьшить свою занятость? — спросил Минсок, разливая соджу по стопкам.

Теоретически, этим должен Дан заниматься — он самый младший, но в их компании эта традиция часто игнорируется.

— Хочу. Но не уверен, — вздохнул Дан. — Я много думал об этом в последнее время. Группа — это ведь не только я сам. Нас шестеро, плюс наша команда. Могу ли я требовать меньше работы, когда это проект стольких людей?

— Можешь, — практически хором ответили Минсок и Джинхо.

Дан открыл было рот — спросить о причине настолько категоричного заявления, но Минсок протянул ему стопку:

— Давайте сначала выпьем, а то так трезвыми сегодня и просидим весь вечер.

Выпили. Дан заел вкус соджу еще горячим мясом, потянулся за рисом.

— Я знаю, о чем ты думаешь, — начал Джинхо. — Мы можем потерять популярность, если сбавим обороты. Но я не думаю, что сейчас нам это реально повредит. Это во-первых. А во-вторых… нас шестеро, мы можем заняться собственными проектами, тем самым поддерживая интерес поклонников к группе.

Минсок кивнул и продолжил:

— Докатаем тур и окопаемся в Сеуле на годик-полтора. Будем готовить альбом, кто-то может выпустить сольные релизы, кто-то — сняться в дораме. Возможно, это остановит рост популярности группы, но… это реально нам важно сейчас?

После заданного вопроса они все замолчали на какое-то время и переглянулись. Первым заговорил Джинхо:

— Я помню нашу цель — стать лучшей группой, но… за год, как мне кажется, наше отношение изменилось. Я уже не хочу никому ничего доказывать.

— Да, мы все пришли к этому осознанию, — хмыкнул Минсок. — Когда только дебютировали, хотелось всем доказать, что мы самые лучшие. Сейчас… я знаю, какие мы, и мне этого хватает. Я устал и от хейта, и от восхищения, я просто хочу делать свою работу. И я благодарен поклонникам за то, что вообще могу быть тем, кто я есть… но не вижу смысла всю свою жизнь тратить на попытки угодить собственным фанатам.

— У нас есть уникальный для к-поп группы шанс, — словно подытожил Джинхо, — Нам дают невероятную свободу в агентстве. Мы все понимаем, что нам позволят и пару лет без релизов просидеть… особенно если ты, Дан, при этом продолжишь писать песни для других групп. В этой гонке за популярностью мы словно забыли о том, что вообще-то хотели заниматься музыкой и выступать на сцене… а не вот эти все рекламы, интервью, пятнадцать одинаковых выступлений на музыкальном шоу. Так что я тоже за то, чтобы откатать тур и уйти в отпуск на годик-полтора.