"Фантастика 2024-183". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Кронос Александр - Страница 1044

Казалось бы — после этого мода наконец-то отпустит его домой. Еще один звонок — Кавалли и Louis Vuitton, услышав про уже две декабрьские обложки, дожали французский Vogue. Пришлось лететь на Лазурное Побережье, где его снимали на яхте в одежде из новой коллекции.

Дану казалось, что в самолет он практически заползал. Не только потому, что фотосессии были непростыми с физической точки зрения, но еще и потому, что он банально был переполнен впечатлениями. Он знал, что такое бывает — когда ты видел и делал слишком много нового, появляется что-то вроде сенсорного шока — хочется дать мозгу немного отдохнуть от ярких впечатлений… Крыши небоскребов, римские сады, яхта в Средиземном море — это было слишком ярко для одного человека…

Словно в насмешку, когда его везли в машине в общежитие, Сонхи елейно улыбнусь и извиняющимся тоном призналась:

— В модной индустрии, кажется, новости распространяются слишком быстро… корейский Vogue предлагает декабрьскую обложку.

Дан откинул голову назад и обессиленно выдохнул:

— Господи, я так много обложек не делал, даже когда официально моделью работал.

— Почему они все так? — спросила Сонхи.

— Знаешь, как в девяностых давали титул супермодели? — вместо ответа спросил Дан.

Сонхи отрицательно покачала головой:

— Так начинали называть после того, как модель появлялась на обложках четверки Vogue — США, Великобритании, Франции и Италии. Американский меня пригласил, потому что, кажется, Анна Винтур признала меня интересным. Потом бренды просто решили дожать и поднять эту старую традицию, ведь обсуждения этого факта станет причиной для обсуждения и того, какие товары я продвигал в фотосессиях. Кто купил корейскую обложку?

— Gentle Monster, — виновато улыбнулась Сонхи. — У тебя много работы, но решить насчет обложки нужно как можно быстрее, чтобы составить тебе расписание.

Дан устало ответил:

— Соглашусь, конечно. Не буду портить людям статистику. Но, если кто-то уговорит британский Vogue на съемку, то им придется лететь сюда, в Сеул!

Сонхи расхохоталась, но отправила какое-то сообщение в чате — видимо, дала разрешение на подготовку контракта. Дан же мечтал поскорее вернуться в общагу, попросить Минсока приготовить чего-нибудь корейского и вкусного, а потом просто отдохнуть, слушая разговоры парней.

Он внезапно ощутил, что действительно чувствует себя так, будто возвращается домой. Нормально ли считать общежитие домом?

Глава 19

Пока «папа» в командировке

Дана не было почти две недели, и за это время Минсок в полной мере ощутил, что решение сделать его лидером было очень нужным для группы. Прежде он воспринимал эту роль просто как попытку разгрузить Дана, но эти две недели… выдались морально сложными.

Яркий месяц после дебюта, потом Неделя моды, объявление об амбассадостве, высокие показатели — они словно бежали от жестокого мира, закутавшись в эти сетевые восхищения. Но, когда основная часть вирусного контента закончилась и они вернулись к подготовке первого камбека, их настигли те самые сплетни, появления которых они и так ждали.

Их обвиняли в саджеги.

[*Саджеги — корейский термин, означающий, что компания/агентство занимается накруткой, покупает свои же альбомы, оплачивает стриминговых ботов для получения высоких мест в чартах и рейтингах. Это не то же самое, что пайола. Пайола — западный термин, означающий скорее рекламу песни, раньше — как «взятки» радиоведущим, сейчас — как «взятки» стриминговым платформам вроде Spotify, чтобы те включали их в плейлисты и чаще предлагали слушателям. В данном контексте, Person не занимается саджеги — они никому ничего не платили для продвижения в корейских чартах. А вот Columbia Records практикует оплату ротации песен Pop Heroes на радио. Но пайола — это именно реклама, ее главный «грех» заключается в том, что такой тип рекламы не доступен людям с улицы: радио, телевидение и стриминговые площадки не возьмут рекламировать случайного исполнителя, они работают только со знакомыми им представителями лейблов. В то время как саджеги доступен кому угодно, особых людей знать не обязательно.*]

Первые разговоры о саджеги были еще во время их дебюта, но тогда эта тема не смогла развиться. Сейчас об этом заговорили снова из-за приближения сезона музыкальных премий. Начали публиковать списки претендентов на дэсаны, и Pop Heroes были там на либо первыми, либо вторыми после PDS.

Обсуждения невероятного успеха группы-новичка воскресило прежние сплетни, и обвинения в саджеги вышли в топы обсуждений.

Основная причина сомневаться в органическом росте Pop Heroes — PAK. То самое достижение, которому они так радовались, вызывало у хейтеров больше всего вопросов. Как группа новичков могла в чартах быть выше любимцев Кореи, PDS? Почему песни Pop Heroes уже два месяца не выходят из топ-5 чартов Melon? Как песня на английском с агрессивной мелодией может нравиться жителям Кореи больше, чем чистая поп-песня PDS на корейском?

Минсок и сам не знал ответов на эти вопросы. Возможно, будь он обычным зрителем, он бы тоже подозревал что-то неладное во всей этой ситуации. Их успех в Корее казался аномалией. Это с одной стороны. С другой — предложения о сотрудничестве приходили пачками, общие продажи дебютного альбома уже перевалили за полтора миллиона, они бьют рекорды скорости в Spotify, а каждое появление Дана на публике отражается резким ростом числа подписчиков в их социальных сетях, а главное — в платном фанклубе. Будучи частью группы, Минсок понимал, что их достижения реальны — они очень быстро набирают популярность.

Минсок попросил Сону на время отсутствия Дана предоставлять всю информацию насчет реакции в сети уже ему. Он, конечно, не так хорош в выводах и прогнозах, как Дан, но кто-то в группе должен знать, к чему быть готовыми.

Сначала информацию об обвинении в саджеги он хотел скрыть от парней… но уже через день понял невозможность этого. Джинхо, существуя в пределах агентства, еще может не знать и не слышать этого, но остальные регулярно контактируют с остальными и вся тяжесть общественного мнения их все равно настигнет.

Люди редко говорят это в лицо — это ведь неприлично. Когда Минсок после нескольких недель разъездов вернулся на курсы теле– и радиоведущих, он постоянно слышал шепотки за спиной. Дан бы, возможно, придумал, как разом заставить всех сплетников заткнуться, но Минсок просто делал вид, что не замечает этого. В первый день все просто замолкали, когда он входил. На второй шептались, даже когда он был в комнате. На третий он уже мог расслышать, что именно о нем говорят. Кроме того, что они обсуждали группу, обсуждали еще и его. Делал ли он пластику? С кем переспал ради рекламных контрактов? Как ему вообще позволили здесь учиться, если он ужасен, как диктор?

Первые два вопроса скорее веселили — типичные завистники. Третий заставлял остервенело выполнять упражнения и репетировать. Это Person устроили его на курсы. Они не для айдолов, айдолам не нужно все это уметь. Так готовят профессиональных дикторов для программ новостей, прогнозов погоды и репортажей. Не экать и не акать, говорить коротко и без «мусорных» фраз, все произносить четко; придется избавиться и от диалекта, если он есть, ведь на центральном телевидении все должны звучать как коренные жители Сеула. Звучит вроде просто, но отработать все это до автоматизма — результат долгих тренировок. А ему нужно научиться говорить, как диктор, до первого декабря, когда он начнет каждое утро выходить в эфир. Он хотел доказать этим сплетникам, что он — не просто парень с красивой мордашкой, а действительно достоин места ведущего.

Сплетни на курсах натолкнули его на мысль, что остальным тоже достается. Тогда он вечером собрал парней в гостиной, зачитал отчет офиса и…

— Если бы я мог не ходить в школу, я бы не ходил, — сказал Хэвон и подтянул колени к груди.

Он сидел на диване, практически свернувшись калачиком. И все четверо с ужасом смотрели на него. Одно дело, когда тебя оскорбляют люди в твоей же сфере: они не будут делать это слишком явно, чтобы не потерять облик адекватного человека. Другое дело — подростки в школе, у которых тормозов вообще нет.