Райская птичка и черный дракон (СИ) - Ковалева-Володина Мария - Страница 86

Особенно Добродетельная супруга, ведь эта очаровательная фарфоровая куколка пережила огромное унижение, когда вместо нее в спальню пригласили Ань Ли, да еще и сделали сразу же Талантливой супругой.

Каждая из фавориток хотела родить наследника и стать Императрицей. Но у двоих из них родилось по девочке, которыми занимались служанки, а третья, Драгоценная супруга, и вовсе пока не забеременела, так что официально все были в равных условиях.

Евнух Фэн Ши часто заходил к ним, но общался с кем угодно, только не с Мирой. Даже в пространстве сна он так усиленно занимался своими императорскими делами, что почти не поднимал на нее головы.

Только сразу после той ночи он сообщил Чоу и Джу Лэю с усмешкой:

– Я с трудом вытащил деву Миру из постели Сына Неба.

Чоу склонил голову на бок.

– Но и вы, Повелитель, сегодня по всему дворцу сбегали от Добродетельной супруги.

– Боги притягательны для людей, – добавил генерал Джу, – даже с вашей маскировкой это проявляется. Думаю, вам еще придется столкнуться с сложностями из-за этого.

Хмыкнув Лю Мейлун отвернулся от Миры и больше не обращал внимания.

Эту неделю в пространстве сна девушке оставалось в основном тренироваться или же, если у Учителя Джу было хорошее настроение, просто валяться в траве. Почти всё обсуждали при Мире, так что она была курсе, что удалось узнать.

Оказалось, Император и его дядя хотят объединиться с демонами в этой войне. Новость была жуткая – ведь родители Миры погибли как раз в похожей ситуации, когда демоны заключили союз с людьми. Но пока министры и брат Императора не давали ему подписать документы с новым демоническим владыкой. Да и народные недовольства по этому поводу могут стать слишком острыми и даже опасными для власти Императора. Так что была надежда, что все обойдется.

Основные подозреваемые пока оставались все те же – Император, его дядя, его брат, фаворитки. Лю Мейлун также думал на парочку высокопоставленных Министров.

Чоу и Джу Лэй посматривали из Небесного Царства в божественные зеркала – то на одного, то на другого. Но постоянную слежку вести не могли – Мао Шаоян прекрасно понимал, как это работает, и мог почувствовать на себе божественное око.

Прошло больше недели, сузить круг так и не удалось, а быстро проверить всех, пока магию не обнаружили, и их не схватили, могло не получиться.

Лю Мейлун с Мирой общаться не хотел, а вот ее новый супруг-Император просто жаждал. Он не имел права позвать ее к себе в спальню раньше срока, и так он в прошлый раз преступил регламент. Но между дневными делами он уже второй раз нашел ее в саду. Мира очень хотела сбежать, но пришлось изображать радость.

Чем же она так понравилась Императору? Неужели поразила его своим танцем?

– Наша маленькая Ань Ли, наш чудесный цветок, – вздохнул он, глядя ей в глаза, – этот Император так устал. Война, народные волнения… Дай нам свою руку.

Он положил ее руку себе на грудь. Мира и правда почувствовала его усталость и притушенное до поры до времени желание обладать наложницей Ань. И снова тяжелые чувства к брату.

Лю Мейлун говорил, что брат Императора Юань Тай имеет смелость выступать против его политики. Миру удивили и растрогали такие сложные человеческие чувства Императора к брату – там была и злость, и желание поставить его на место, но и любовь, Император не хотел его огорчать.

Этот человек так легко казнил всех подряд за любую мелочь, но непокорного брата похоже правда любил.

Днем Мира также ходила к шелковичным червячкам вместе с наложницей Сюй, и под конец ее недели наказаний они уже весело хохотали вместе и даже пели песни. Да, с новым титулом наложница Сюй перестала стыдиться их общения, но Мира чувствовала – здесь не только расчет, но и искренняя симпатия.

А ужинала она по-прежнему с молчаливой наложницей Чу. Хоть все теперь и стремились заполучить фаворитку Импаратора Ань за свой стол, Мира с удовольствием сидела с ней вдвоем – ведь никто по-прежнему не решался подсесть к мрачной принцессе.

– Послушай, Ли Си, – принцесса по-прежнему называла наложницу пустым местом, но теперь это звучало из ее уст как-то даже уважительно, – я ходила на уроки поэзии и написала стихи.

Мира перестала жевать и расположилась поудобнее, чтобы внимать прекрасному.

Развернув пергамент, принцесса Чу старательно продекламировала:

– На ветке сидит воробей,

Солнышко светит в окне.

Дождик капает с высоты,

Мокнет цветок — горе, увы.

Наложница выглядела очень довольной собой, Мира рассмеялась.

– Принцесса Чу, это восхитительно! – сказала она, горячо хлопая. – Вам стоит совершенствоваться в этом направлении. Как и мне в танцах.

Ласковый дождик сначала обрадовалась, но потом прищурилась.

– Хм, но ты танцуешь хуже всех в Империи Дракона, – с подозрением протянула она, – на что это ты намекаешь?

Мира выставила вперед палочку для еды, шутливо демонстрируя, что намерена защищаться. Чу тут же схватила вторую, и между ними состоялся сидячий поединок. Мира позволила принцессе Чу победить и в награду отдала ей самый большой кусок жареного цыпленка с их стола.

Впервые Мира увидела, как Ласковый дождик улыбается – легко и беззаботно.

Хотя улизнуть от служанок становилось куда сложнее, Мира продолжала ходить к бывшей Талантливой наложнице Цао. Ее состояние не улучшилось, но и хуже пока тоже не становилось, что радовало. За разговорами Мира узнавала все больше о других супругах. Оказалось, что очаровательная Добродетельная супруга любила самолично хлестать слуг за малейшую провинность и нескольких даже забила до смерти. Она, как и Драгоценная супруга, проявляла интерес к политике и всегда поддерживала самые жестокие законы и дополнительные налоги. Все знали, что это она предложила ввести налог на браки, и Император счел это хорошей идеей. А Нравственная супруга, как и заключил Лю Мейлун, интересовалась разве что драгоценностями и собственной красотой, рассчитывая, что именно она и проложит ей дорогу к власти.

– Сестричка, – последнее время они с бывшей Талантливой наложницей называли друг друга так, все же они с Цао Сю носили одинаковый титул, – мне очень нравятся духи с запахом горечавки. У тебя есть такие?

Мира решила выяснить, кто ввел моду на них.

– Нет, я их не люблю, – ответила со своей постели больная, – а вот Драгоценная и Добродетельная постоянно ими пользуются, думаю поэтому все остальные так стремятся пахнуть также.

Значит, моду на запах горечавки и правда ввела одна из супруг.

– Только не пробуй найти духи через них, сестричка, – взволнованно проговорила бывшая Талантливая наложница, – они запросто могут подсыпать туда что-то.

– Где же эти духи продаются?

Но Цао Сю не знала.

– Цветок Талантливой супруги – орхидея, – мечтательно произнесла она, – мне всегда нравился этот запах, отдать тебе мои духи? Я отдала за них свое месячное содержание, но едва ли мне они теперь понадобятся.

Уверив девушку, что та еще надушится орхидеей, Мира пошла сразу к Драгоценной наложнице. И спросила у нее про духи с горечавкой, хоть ей и рекомендовали так не делать. Хотя бы Мира предупреждена.

Драгоценная Наложница Жэнь расплылась в ядовитом оскале.

– Ты что же думаешь, Ань Ли, я занимаюсь торговлей? По твоему, Император не дает мне достаточно денег и драгоценностей?

– Я вовсе не это имела в виду, госпожа, – просто подскажите, где вы их берете?

– А ты уверена, что это тебе по карману, – с усмешкой спросила Драгоценная наложница, – они стоят не дешево, а твои заслуги перед Императором пока невелики. Он даже ничего тебе не подарил после ночи. Слышала, и твои родители ничего тебе не присылают.

Мира потупилась, делая вид, что эти речи ее задевают. И хотела было уже направиться получить еще порцию оскорблений у Добродетельной супруги, но наложница Жэнь смягчилась.

– Я покупала их у Нин Жи. Император давно забыл про нее, и она опустилась до торговли духами, чтобы поддерживать свое содержание на привычном уровне.