Райская птичка и черный дракон (СИ) - Ковалева-Володина Мария - Страница 3

«Эта глупая девчонка! Я говорила, надо посылать другую!» – это, конечно, Сирин. Она никогда не отличалась доброжелательностью.

«Перестань, лучше пошли Раду за яблочками, а Соловейка пусть принесет зелье для нашей девочки», – это мягкий голос Алконост.

Мира открыла глаза. Она лежала в своей просторной белой комнате, где вместо одной из стен был выход в райский цветущий сад. Над ней склонились два невыразимо прекрасных лица наставниц. У Алконост были нежные, мягкие черты. Светлые с легкой рыжинкой волосы и удивительные радужные глаза, в которые хотелось смотреть часами. А Сирин была темно-русой, синеглазой, с красными губами. Она была в васильковом, под цвет своих глубоких глаз, платье.

– Мы плохо тебя учили, девчонка, а? – тут же сдвинула темные брови Сирин.

– Простите, наставницы, я поступила неразумно, - тут же ответила Мира и попыталась приподняться.

– Лежи, лежи, - Алконост тронула девушку за плечо. - Это твои первые задания, ты имеешь право на ошибки.

Сирин недовольно цокнула.

– Ну сестра, – весело рассмеялась Алконост, – не ты ли говорила, что первая несчастливая любовь укрепит дух нашей малышки.

Мира захлопала глазами, переводя взгляд с одной богини на другую.

– Уж не думала же ты, что это твоя сердечная тайна? - фыркнула Сирин.

Вообще-то думала. Мира вздохнула. Почему же сразу “несчастливая” любовь? Может, после войны они смогут быть вместе. И когда Мира закончит обучение и станет более самостоятельной... Только вот… сколько живут смертные? Она почувствовала, как на глаза снова наворачиваются слезы.

Ее послали вдохновить и благословить князя на великие деяния. Не то чтобы это какая-то особенная работа. Мира хоть и не была самой привлекательной в райском саду, но ее божественное происхождение все же давало ей преимущество перед большинством земных женщин. Мало кто из смертных мужчин способен устоять перед богиней. “Это нормально, если он в тебя влюбится, распушит свой хвост и будет рваться на подвиги”, - с пренебрежением заметила Сирин.

“Он может стать великим героем, в нем есть потенциал, - наставляла Миру Алконост, – как прекрасно, когда люди вершат великие дела из любви, а не из тщеславия”.

И юная богиня впервые спустилась в мир людей. Она явилась князю в лесу и позволила “спасти” ее от волка. Чтобы привыкал к подвигам. По правде, она была ошарашена встречей со Святом не меньше его самого.

В комнату забежала взлохмаченная Соловейка. Все воспитанницы в райском саду считались сестрами, хотя прямого родства могло не быть. И эту девчушку - пятнадцати земных лет на вид - Мира считала своей младшенькой. Соловейка принесла восстанавливающее зелье и протянула пузырек Мире.

Алконост и Сирин переглянулись. Сирин при этом нахмурилась, а Алконост кивнула. Они часто общались без слов - быстро обменивались мыслями и образами, чтобы не тратить время на слова. К любому в Ирии можно было постучаться в сознание, но этим далеко не все пользовались. Считалось, что так близко следует общаться только с теми, кому безоговорочно доверяешь. Ведь можно было случайно или специально услышать не только послание тебе, но и другие мысли и чувства друг друга.

– Девочки, – обратилась Алконост к ученицам, - нам пора вернуться на совет старейшин.

Наставницы тут же исчезли.

– Весь день совещаются, – тревожно проговорила Соловейка, теребя светло-рыжую косичку, – ходят слухи, что снова может начаться война.

Мира выпила сладкое пряное зелье. И тут же почувствовала, как оно принялось за дело - потекло по телу, помогая восстановить силы. Она поняла, что Соловейка не имела в виду войну людей. Это чаще всего было обычное дело. Кроме тяжелых масштабных случаев, когда целому народу грозило уничтожение, порабощение и ассимиляция. Только тогда боги активно вмешивались, чтобы спасти поклоняющихся им людей.

Последняя большая война была в детстве Миры. По божественным меркам не так давно - 200 небесных лет назад. В человеческом мире минуло тысячелетие, и те события стали просто обрывочной не самой правдивой легендой. Но

Мира прекрасно помнила, как это было, ведь тогда она потеряла родителей.

Масштабная война потрясла половину мира людей, не только славийский народ. Это казалось нелепым – развитые цивилизации пошатнулись из-за примитивных кочевых народов, которые вдруг начали ожесточенные набеги. Сначала боги не переживали, но полились реки крови. Отец Миры – верховный бог Яровит – заподозрил, что за этим стоят демоны.

Также как боги получают энергию от молитв и поклонения людей, демоны могут черпать ее из страданий и агрессии.

Девять божественных посланников спустились в мир людей, чтобы провести расследование. Стало понятно, что демоны втайне обучили разрастающееся племя кочевников искусству войны. Они позаботились заранее, чтобы создать идеальных солдат. При рождения мальчишкам уродовали лица, вдавливая носы, - так лучше сидел шлем. Раньше, чем научиться ходить, малыши уже сидели в седле.

Они жили в дороге, даже не зная о понятии “дом”. Их учили только убивать грабить, разорять, гнаться за удовольствиями и не знать жалости ни к женщинам, ни к детям. Демонические изобретатели научили кочевников делать усовершенствованные луки, пробивающие броню. И седла, в которых было комфортно сидеть весь день - можно было вообще не слезать с коня.

Так эти варвары в обносках смогли изгнать с родных земель, захватить и уничтожить несколько развитых государств.

Предводителем воинствующих кочевников был демон Шадрах, притворяющийся человеком. А вся энергия крови, убийств и насилия шла демонам, которым варвары поклонялись и ежедневно приносили человеческие жертвы. С такими темпами они вскоре могли стать сильнее небесного царства и двинуться на него войной.

Когда кочевники пришли к славийским народам, боги Ирия вышли на их защиту. И пока люди бились с варварами, боги напали на демонов. Те были слишком сильны. Мать Миры - огненная Жар-птица Сяйвом - лично сражалась с Шадрахом. Демоническая сила была огромна после такого количества жертв, но Сяйвом была прирожденным воином, она убила Шадраха. Но и сама пала в бою.

Отец Миры Вседержитель Яровит лично ввел небесные войска в демонические подземелья. На чужих территориях на каждом шагу ждали ловушки – у демонов было полно времени приготовиться. Победа была одержана слишком большой ценой. Друзья, советники, младшие братья Яровита - многие не вернулись в Ирий. Сам Верховный Бог получил ранение демоническим оружием. Драгоценные Мертвая и Живая вода могли исцелить его. Но он отказался. Яровит публично объявил, что не справился. Его глаза больше не горели, Мира помнила его в последние дни – он выглядел словно блеклая тень могучего божества. Свой пост он передал брату Соварогу и ушел навсегда, растворившись в вечности. Мире он на прощание сказал только, что горе сделает ее сильнее.

Маленькую рыдающую Миру, которая потеряла обоих любимых родителей, взяли под крыло сестры Алконост и Сирин. Среди людей богини были известны как Птица Радости и Птица печали.

Родной дядя Миры Соварог не стал оспаривать их решение. Ведь Мира была дочкой Жар-птицы, которую Сирин и Алконост тоже в свое время растили и воспитывали в райском саду, как и других птичек. То есть девушек и юношей, чья истинная божественная форма была птичьей.

Что если Ирия снова вступит в войну? Кого ещё Мира потеряет? Как много других маленьких девочек лишится родителей?

– А с кем война, Соловейка? И почему опять война? - грустно спросила она у сестрички.

Но так и не успела услышать ответ. В голове раздался встревоженный голос наставницы Сирин: «Мира, тебя вызывают на Верховный Совет».

Сердце девушки заколотилось. Зачем её туда зовут? Она пока всего лишь ученица и не занимает никакой должности. Может, они узнали про того демона? Что ей тогда сказать?

С трудом Мира поднялась со своего ложа. Хорошо хоть зелье уже начало действовать. Еще сестричка Рада принесла наливных яблочек - они тоже восстанавливали силы.