Попаданка для дракона. Факультет гарпий (СИ) - Пюли Ингрида - Страница 25

В воздухе витал аромат жареного мяса и пряных трав: неподалёку на вертеле жарился громадный бык.

Я боялась спросить, где водятся такие крупные и, наверняка, опасные особи, но надеялась, что очень далеко.

Маги оказались весьма приветливой и вежливой расой. И напоказ не делали различий между Истинными и Пришлыми, между первым уровнем обучения в институте и двумя другими.

Единственный минус, который я могла бы приписать этой расе — своеобразная внешность.

Они не были безобразны, но и красивыми таких не назовёшь. Если бы я встретила кого-нибудь из волшебников на улице, точно бы обратила внимание на руки, покрытые знаками, напоминающими руны.

Те светились то голубым, то красным или зелёным, когда Маги показывали «фокусы», как они называли малозначительное волшебство, предназначенное большей частью для развлечения непосвящённых.

Глаза Ведьмаков и Ведьм были в чём-то схожи с кошачьими: разрезом и желто-зелёным цветом напоминали собеседнику, что перед ним «человек», способный выкинуть фортель только из шалости.

Маги не были злыми или добрыми в привычном понимании, скорее хитрыми приспособленцами, способными как на геройство, так и на самую отъявленную низость.

— И откуда тебе столько известно? — спросила, скривившись, Далида, как только Остелия, та самая «китайская принцесса» закончила давать Магам характеристику.

— Всегда обстоятельно подхожу к делу. Меня с детства воспитывали в понимании, что я должна выйти замуж за достойного мужчину. Попадание в Дальний мир ничего не поменяло в этих принципах.

— А что для тебя означает «достойный»? Чего или кого он должен быть достоин? Любви женщины, восхищения толпы, денег… — спросила я, пристально глядя на любимицу Келисии, декана факультета.

— Естественно, это значит, прежде всего, знатность.

Я кивнула, а в душе почувствовала брезгливость и поспешила отделиться от группы. Просто чтобы не засмеяться.

— Почему вы отошли от подруг? Вас обидели? — услышала я за спиной вкрадчивый голос и вздрогнула от неожиданности.

— Нет, просто мне стало грустно. Это не связано с праздником.

Я повернулась, стараясь придать лицу любезное выражение. Сейчас только проблем с Соль недоставало!

Стоявший передо мной молодой мужчина подал высокий бокал, наполненный густой жидкостью горчичного цвета.

— Возьмите ложку, это десерт. Поднимает настроение грустным девушкам.

Я машинально приняла ложечку, принадлежавшую, должно быть, игрушечному сервизу маленькой девочки. Узкие длинные пальцы незнакомца были горячими.

— В моём мире тоже были подобные десерты, — усмехнулась я. — Только их употребление стояло вне закона и плохо влияло на здоровье.

— Как интересно! — мужчина почесал узкий подбородок и прищурил кошачьи глаза. — Нет, у нас здесь всё безвредно, безопасно и приносит массу удовольствия.

— Вы ведь знаете, кто я?

Я в упор посмотрела на незнакомца и поклялась себе первой не отводить глаз. Маленькие аккуратные усики незнакомца чуть дрогнули, будто он скривился.

— И подошли не просто так? Утешить девушку из толпы? — продолжила я, внимательно наблюдая за ним.

— Вы всегда такая резкая?

— А вы всегда уходите от прямого ответа?

Мужчина ухмыльнулся и задумался.

Пользуясь случаем, я решилась попробовать чудо-десерт, потому как, скорее всего, меня после сегодняшнего вечера посадят на хлеб и воду. За мой длинный язык.

Я прекрасно сознавала, что хожу по краю и грублю знатному незнакомцу, совсем не виноватому в моём плохом настроении и ущемлённом самолюбии.

Лакомство было отменным: прохладное и сладкое, как мягкое мороженое. Я даже сердиться перестала.

Незнакомец продолжал внимательно меня рассматривать, словно прикидывал, стоит ли продолжать наше знакомство.

— Простите меня за хамство, у меня дурной нрав, — промолвила, наконец, я, закусив нижнюю губу.— Всего доброго, сиятельный!

— Подождите! — Мужчина дотронулся до моей руки и что-то еле слышно прошептал.

Я почувствовала, как жар разливается по телу, делая его мягким и податливым чужой воле, а потом, внезапно, загорелся иной огонь. Из центра груди он, словно волна, покатился навстречу чужой воле, и мне подурнело.

Тошнота подкатила к горлу. «Только бы не вырвало при всех! Проклятый десерт! Точно наркота!» — подумала я, хватаясь за руку мужчины.

Тот провёл перед моими глазами рукой, и мир снова стал прежним, недомогание ушло.

— Вы не перевариваете ландыш? — насмешливо спросил так и не назвавший своего имени Маг.

— А должна? Что вы мне подсыпали?

— Ничего из того, что запрещено. Это наш обычай: проверять невесту. И неважно, Пришлая она или наша. Если девушка попробует сок ландыша, приправленный специальным заклинанием, и ей сделается дурно, то она способна выносить и родить здоровых детей.

Должно быть я смотрела на него, как на маньяка, потому что он спешно добавил:

— Подделать реакцию невозможно. Простите ещё раз мою дерзость, адептка, но, сами понимаете, вопрос крайне важен. — Мужчина низко поклонился. На его лице было написано лёгкое смущение. — Позвольте представиться, Эмиль Моргийский. Вы моя наречённая.

15.1

— Анна Грехова, гарпия первого уровня, — ответила я, слегка склонив голову и прикусив язык, чтобы не добавить: «Но вам это прекрасно известно, сиятельный». — Я думала, нас представит друг другу Соль.

Я огляделась вокруг в поисках Жилки Фрирр, но в этой части поля, неподалёку от площадки для состязаний в Магии Воздуха, к которой постепенно подтягивался народ в надежде на зрелищные номера, её не было видно.

— Я попросил её этого не делать. В конце концов, уж познакомится с Пришлой и сам в состоянии. Пройдёмся?

Эмиль предложил мне руку и повёл прочь от шумной толпы, к ближайшим клёнам, под которыми стояли белые резные скамейки.

Словно по невидимому сигналу, сидевшие на них пары или отдыхающие поодиночке встали и отошли на достаточно большое расстояние, чтобы мы могли спокойно пообщаться без опаски быть услышанными.

— Я вас слушаю, сиятельный, — слегка насмешливо начала я, потому что надоели долгие взгляды черноволосого Мага.

К тому же они казались такими неестественными, что вместо томления в груди, на которое, должно быть, надеялся молодой человек, вызвали у меня только желание высмеять его.

— Что вы хотите от меня услышать? — сдался Маг и принял обычный вид слегка грустной пантеры, этот образ ему шёл гораздо больше, чем предыдущий.

— Расскажите, почему вы хотите на мне жениться? Что даёт мне зеркальное имя?

— Вы уже и об этом знаете? Сами догадались, или кто подсказал?

— Поведал кое-кто, только имени я вам не назову!

— Да мне-то какая разница! — вздохнул Маг и уставился на примятую траву под ногами. Мне стало жаль Эмиля, словно это его продавали первой встречной.

— Вы хотели рассказать, почему собрались на мне жениться, — участливо подсказала я, боясь, что мы так и просидим на скамейке весь вечер и не увидим представлений и самого празднества.

— Не хотел, — упрямо ответил Маг, не поднимая головы. — Но раз вы спросили — расскажу.

Я улыбнулась и придвинулась ближе, чтобы со стороны казалось, что мы увлечены романтической беседой, и Жилке, если она наблюдает, не взбрело в голову нам мешать.

— Ну…

— Да что говорить⁈ Зеркальная приносит в клан мужа процветание и по легенде способна возвысить род супруга через своё чрево.

— Родить сыновей, я полагаю?

— Не просто сыновей! — Эмиль, наконец, в первый раз за всё рандеву на скамейки взглянул мне в глаза. Кошачий взгляд мимоходом оценил и моё декольте. Я даже отодвинулась, чтобы не думал, что я прям горю желанием прыгнуть в его род и родить сыновей. — Будущих лидеров, выдающихся членов клана, сильных и талантливых!

Мне сразу захотелось опустить этот пафос:

— А почему же тогда, сиятельный, Маириам умерла, так никого и не произведя на свет? Я слышала, бедняга даже до родов не дожила.

— Так вам и это известно? — Маг пристально посмотрел на меня уже второй раз за время сегодняшнего вечера, и мне показалось, что в зелёных глазах впервые промелькнуло восхищение. — Интересно, откуда?