Сокровище для крылатого (СИ) - Пюли Ингрида - Страница 3

Так вот от кого привет в кармане!

— Вы видели её за завтраком. Я мог бы позволить себе иметь кучу слуг, но не выношу посторонних.

Мы ехали в двуколке с откидным верхом по улицам столичного пригорода, где отдыхали те, кто мог позволить себе роскошь как по деньгам, так и по свободному времени. В основном в Бредхэме жили драконы с семьями и некоторые маги, занимающие важные посты в министерствах и ведомствах королевства.

А также их жёны, дочери, племянницы и менее близкие родственницы. Это был респектабельный городок, в котором не терпели содержанок и дам полусвета.

— Вы специально возите меня по всем улицам, чтобы на меня посмотрели и осудили? — вспыхнула я, не утерпев, когда двуколка свернула в очередной переулок.

Понятно, что дракону незачем заботиться о репутации побродяжки, чьё положение едва ли лучше, чем любовницы, и всё же я не понимала, зачем он решил меня унизить больше, чем того требовали условия нашего договора.

— Признаюсь, да, — кивнул помрачневший Рейнолд.

Мы сидели рядом, как парочка, но, к счастью, дракон не стремился ни завладеть моей рукой, ни придвинуться ближе, чем того позволяли приличия.

— Не сочтите меня за напыщенного индюка, но я должен признаться, что вожу вас по улицам именно с целью вызвать ревность или досаду одной особы. У меня была невеста, ещё на прошлой неделе была, Оливия, весьма красивая, умная, с прекрасными манерами и чувством юмора. Я думал, что мои чувства взаимны, и хоть мы не истинная пара, так что с того?

Я слышала об истинной паре драконов. Понятие редкое, скорее даже легенда.

Хотела улыбнуться, но нахмуренный взгляд спутника заставил меня подобраться и спросить вполне серьёзно:

— Вы думаете, что она вернётся?

Рейнолд посмурнел ещё больше, желваки на лице заходили, а руки самой собой сжались в кулаки. Мне захотелось протянуть руку и разбить, размазать жестокость на его лице, положить ладонь на его кулак и сказать какую-нибудь шутку, милую и наивную, чтобы больше никогда никто в моём присутствии не сжимал кулаки в бессильной злобе.

Мне это было знакомо, хоть и по иной, далёкой от любви, причине.

— Простите, милорд, это не моё дело, — мягко произнесла я.

— Не ваше, Оливия, но я должен вам рассказать. Мы едем на ипподром, мы будем вместе, так близко, что мне хочется отодвинуться, уверен, вам тоже, но в ближайшую неделю вы должны знать обо мне всё. Всё, что предшествовало потере мной Драконьей искры. Поэтому отвечу на ваш вопрос: я думаю, Исильда не вернётся, но мне хочется сделать ей больно, как она сделала мне, хотя это и невозможно.

— Зачем мы едем на ипподром, милорд?

— Физические упражнения высвободят вашу магию. Вы её сдерживаете, Оливия, сами не осознаёте этого, но чем быстрее вы освободитесь, тем скорее я обрету свою Искру.

Какое-то время мы молчали и смотрели в разные стороны. Двуколка выехала за городские ворота, теперь не было необходимости любезничать с почти приживалкой.

— Спрашивайте. Я чувствую, что это для вас важно. Значит, и для меня, — спросил он резко.

Я покачала головой. Сейчас только разозлю его и сделаю своё положение менее удобным. Отец, когда ещё не начал играть, всегда говорил, что я остра на язык, как покойная мама. Порчу людям настроение своими каверзными вопросами:

— А что, если это не поможет? Почему вы уверены, что я смогу вернуть вам Драконью искру?

Он вышел из задумчивости и посмотрел на меня с живым интересом, не как на удобную и полезную вещь, не как на женщину, вполне себе привлекательную для кратковременной интрижки, а как на достойного оппонента в споре. Признаться, я покраснела от удовольствия, и он это заметил:

— Потому что вы тоже полукровка, Оливия. Сегодня ночью, в вашем сне, я это понял. Увидел в созданных вами зеркалах. Среди вашего рода были драконы. Как тут не поверить в судьбу?

Глава 5

Если бы Рейнолд объявил, что я немедленно уезжаю восвояси, то я удивилась бы не в пример меньше. Даже если бы предложил разделить с ним постель, дабы сделать наш обмен магией крепче, оскорбилась бы, но тоже не испытала шока.

А тут!

— Вы ошибаетесь…

— Я никогда не ошибаюсь в вопросах крови своей расы, Оливия, — оборвал он меня так резко, что я ощутила дрожь в теле, будто получила оплеуху. И ощутила желание извиниться за дерзость. Магия драконов сильна, любой человек не может перед ней устоять, так говорят. — У меня нет желания разбираться с вашей родословной, но полагаю, драконы были в роду вашей матери. Давно, но были. Потомок нашей расы никогда не попадёт в плен игры, выпивки или женщины.

«Ага, заметно», — со злорадством подумала я, но вслух сказала:

— Я постараюсь вам помочь.

Двуколка подкатила к круглому зданию, обнесённому кованым забором, позади этого здания виднелось большое поле, размером со всё наше поместье. Моё бывший дом.

— Постарайтесь расслабиться, Оливия, и получить удовольствие от нашего общения. Так вы быстрее отработаете деньги и сможете быть свободной.

Дракон помог выйти из коляски и, не отпуская моей руки, повёл к красивым воротам с закованными в них бронзовыми лошадьми. Издалека они казались почти живыми.

Нас встретил маленький человек в чёрном костюме, который еле сходился на нём, лысина господина, управляющего ипподромом, блестела от пота, он поминутно вытирал её белоснежным платком.

— Всё готово, милорд, миледи. Ветер и Фея уже осёдланы и будут рады прогулке. Вчера был жуткий ливень, но лошади смирны, не поскользнуться.

Мне досталась смирная, серая в яблоках кобыла. В дамском седле ездить неудобно, зато со стороны это выглядит чинно и красиво. Пока я усаживалась с помощью грумов в седло, Рейнолд уже вскочил на чёрного коня, что нетерпеливо раздувал ноздри и бил передним копытом в предвкушении прогулки.

— Тише, Ветер, сегодня мы не будем бежать галопом, — похлопал его по холке хозяин, и конь присмирел. Косил на меня обиженно тёмным глазом: мол, ты всему виной.

Лошади пошли шагом. Я напряглась, старалась выглядеть мило, но думала лишь о том, как бы не свалиться. Дома я брала уроки конной езды, но это было так давно!

— И что дальше? — спросила я, чтобы прервать неловкое молчание. И пусть этот дракон перестанет смотреть на меня как на забавный ребус, который пока не в состоянии разгадать.

— Сделаем круг. Не бойтесь, я рядом.

Он протянул руку и дотронулся до моей.

— Я же говорил, что вы слишком зажаты. Забудьте обо всех несчастьях и просто дышите в такт движениям своей лошади.

Я попыталась. Честно старалась, но в голову лезла всякая дрянь. Например, что я не на своём месте, что должна делать всё, чтобы помочь хозяину, потому что деньги нужны, и тогда я смогу стать свободной. Всё время об этом мечтала, чтобы оказаться независимой, насколько это возможно для женщины.

— Расскажите о вашем женихе? Вы ведь были просватаны?

— Почему вы так решили? — спросила я излишне резко и тут же попыталась сгладить ситуацию. Ещё не хватало, чтобы дракону надоел мой норов, и меня выставили прочь. Возвращаться некуда и не хочется. — Я была просватана, вы правы, но после того как отец разорился, а по завещанию всё досталось родственнику мачехи, он от меня открестился. Впрочем, я о том не жалею.

— Вот вы и улыбнулись, Оливия! Смотрите, мы сделали первый круг. Теперь давайте пустим лошадей иноходью. Смотрите, отпустите чуть поводья, вот так, я вам помогу.

Наши руки снова встретились, и я перестала вздрагивать. Постепенно привыкала к тому, что этот странный, притягательный мужчина рядом со мной, мне даже стала нравиться его близость, я ждала его вопросов и радовалась, что Рейнолд внимательно слушает ответы. Не как те молодые люди, с которыми я встречалась на балах или приёмах в провинциальном свете, те были из породы самовлюблённых индюков, а не крылатых ящеров.

И всё же я не забывала напоминать себе, что всё это лишь на время. Мы соприкоснулись магией, как две звезды, падающие с небосклона, и в этом падении нашли что-то общее, пока только нащупали эту схожесть, и, кажется, впереди вечность, состоящая из робких попыток получить ответную улыбку или быстрое пожатие руки, но вскоре он взлетит, у дракона есть крылья, а я камнем рухну вниз.