Из бурных волн (ЛП) - Лейн Вал И. - Страница 49

В основном, младшеклассники и старшеклассницы, другие художники прибывали в таком же виде в своих изысканных платьях и дорогих костюмах. Хотя сегодня вечером я выглядела достаточно хорошо, я не была одной из них. Наблюдая за подъезжающими «Порше» и «БМВ», почувствовала укол смущения при виде своего потрепанного старого джипа с залатанной шиной. В такие моменты, как этот, я вспоминала, как круто изменила мою жизнь одна стипендия.

Протискиваясь мимо других гостей, решила, что просто хочу побыстрее добраться до своих работ и сфотографировать их для папы. Фонтан, который я видела раньше, теперь служил центральным элементом у входа, а над ним висели золотые гирлянды, свисающие на занавесках, похожих на светлячков. Я приподняла платье, чтобы подняться по лестнице, стараясь не столкнуться ни с кем из других участников торжества.

Когда вошла в бальный зал, у меня отвисла челюсть от открывшегося передо мной великолепия. Я остановилась с широко раскрытыми глазами, переминаясь с ноги на ногу на шпильках, чтобы не поскользнуться на полированном полу. Зал который еще утром был лишь наполовину украшен, теперь превратился в сказку. На блестящем полу отражался свет массивной люстры над головой. Вдоль стен тянулись сложные арки, чередующиеся с мощными белыми мраморными колоннами. Нежная мелодия скрипок дразнила мой слух, перекрывая шум в комнате. История отеля проявилась в этой элегантной выставке, как ни в чем другом, что я когда-либо видела, и на мгновение могла бы поверить, что вернулась в XIX век.

Я как можно деликатнее протиснулась сквозь толпу гостей, направляясь в тихий аукционный зал, расположенный дальше по коридору. Когда добралась туда, в списке заявок рядом с моей работой уже было несколько предложений, но я даже не взглянула на них. Тридцать процентов от суммы продажи пойдет школе, а остальное художник положит себе в карман, но я предположила, что мои предложения будут слишком низкими, чтобы что-то изменить, поэтому я даже не стала их смотреть. На самом деле это было наименьшей из моих забот.

Когда стояла у своей работы, отправляя папе картину на холсте, люди останавливались и спрашивали, не я ли художница, или не могу ли объяснить, какую технику использовала для создания картины «Звездный свет над водой», или сколько времени у меня заняло написание этой работы.

Одна потрясающе красивая женщина средних лет, похожая на миллионершу, остановилась и задержалась на некоторое время, пробегая по картине пронзительным взглядом, казалось, в сотый раз. Ее густые волосы цвета воронова крыла были элегантно заколоты на макушке. Она сверкала драгоценностями, а ее голубое шелковое платье струилось, как вода, когда она шла, напоминая мне море. Наконец, она заговорила, представившись владелицей богатого пляжного клуба и пристани для яхт.

— Я бы хотела, чтобы такое было на одном из моих курортов, — сказала она, и ее нежный, возвышенный тон напомнил мне о том, как драматично говорили кинозвезды 1940-х годов.

— Спасибо. Я польщена. Конечно, вы можете приобрести ее на аукционе, если хотите. — Я улыбнулась.

— Конечно.

Она еще раз внимательно изучила картину и, наконец, спросила меня, где я черпала вдохновение для создания такого произведения. Я не подготовила ответ, но сделала все возможное, чтобы объяснить, что встретила друга, который объяснил мне расположение звезд так, что я не смогла их забыть и хотела запомнить их через картину.

Если бы только все было на самом деле так просто. Если бы только я могла как-то выразить словами, как Полярная звезда на картине олицетворяла путеводный свет, к которому я стремилась, и ту единственную мирную ночь, когда все мои заботы улетучились под звездами вместе с Майло. Маяк был символом надежды, когда все казалось погруженным во тьму, а девушка на пирсе была одинокой фигурой, наблюдавшей за всем этим, молясь, чтобы звезды и маяка было достаточно, чтобы уберечь от гибели, когда ночной прилив сомкнется вокруг нее.

Женщина просто кивнула и пошла дальше, растворившись в толпе. Я почувствовала, что краснею от смущения. Наверное, я выглядела полной идиоткой, пытаясь объяснить ей это. И это оставило неприятный привкус на моем языке. Я больше не чувствовала себя непринужденно, находясь там. У меня внутри все перевернулось, и мне захотелось сбежать, зная, что сейчас есть гораздо более важные дела. Находиться там, особенно в одиночестве, было как-то неправильно.

Я решила покинуть аукционный зал, чтобы в последний раз взглянуть на бальный перед уходом. Все сверкающее очарование не могло скрыть тревоги, переполнявшей меня, когда я стояла там в одиночестве. Бросив последний взгляд на свою картину, направилась обратно в бальный зал.

Проталкиваясь сквозь толпу людей, направилась к двери, но остановилась, когда услышала, как знакомый голос произнес мое имя. Прежде чем набралась смелости оглянуться, меня словно окатили ледяной водой. И вот тогда обернулась и увидела его, стоящего там, среди сверкающей толпы, — Беллами.

26. До победного конца

Он шагнул ко мне. Все вокруг замерло. Я подумала, не проходила ли я мимо него раньше. Но это было невозможно. Как я могла не заметить его, если это было бы так? Он был потрясающе красив в своем темном пиджаке, небрежно накинутом на плечо.

Беллами не сводил с меня своих ледяных голубых глаз, приближаясь, как крадущаяся пантера. Я не могла подобрать слов. У меня так и не было возможности извиниться за то, что я обвинила его в убийстве Серены, и я не знала, насколько глубоко ранила его. Какого черта он здесь оказался?

Я заметила, как его взгляд переместился с моих глаз на шею. Я быстро подняла руку, чтобы прикрыть ожерелье. Конечно, он не стал бы пытаться забрать его в таком месте, как это, не среди всех этих людей. Когда он подошел ко мне, я подняла голову, чтобы встретиться с ним взглядом, так что моя макушка оказалась чуть выше его подбородка.

— Не волнуйся, — его голос стал мягче, когда он взял мою руку, сжимавшую ожерелье, в свою. — На этот раз я здесь не для этого.

— Тогда зачем ты здесь? — спросила я.

— Из-за тебя.

Я едва расслышала его тихий шепот за мелодией скрипок. Он легким движением взял меня за другую руку и притянул к себе.

— Я ужасный танцор. — Я прикусила губу и отвернулась. Я больше не могла смотреть ему в глаза. Я была слишком обеспокоена тем, что сказала ему в последний раз.

— И ужасно разбираешься в людях.

Я опустила взгляд в пол.

— Прости, — сказала я, — я понятия не имела. То, что с тобой случилось, было…

— Я не могу винить тебя за подозрительность. В конце концов, только дурак доверяет пирату. — Он ухмыльнулся и подмигнул.

Прежде чем успела ответить, я последовала за его шагами, медленно двигаясь в такт музыке.

— Ты не так уж и плоха, — усмехнулся он.

— Я просто следую твоему примеру.

— Хорошо. — Его глаза потемнели. — А куда бы ты еще пошла за мной?

Я перевела дыхание и почувствовала, как по моим обнаженным плечам пробежала дрожь, когда почувствовала, что он пытается проникнуть в мои мысли.

— О чем ты говоришь?

Беллами наклонился ко мне и понизил голос, пока мы раскачивались в такт.

— Похоже, ты позволила Майло по-настоящему развратить твою прелестную головку. Я вижу, он заставляет тебя есть с ладони. Пробраться на корабль? Он тебя убьет. Если бы не я, не сомневаюсь, они бы уже нашли тебя. Это я защищаю тебя, а не он.

— Откуда ты об этом знаешь? — огрызнулась я в ответ, по-прежнему понизив голос. — И почему тебя так волнует, что со мной происходит?

— Потому что ты можешь понадобиться мне не только в этом. — Он переместил руку с моей спины на изгиб талии.

Он опьянял. И это сводило с ума. Его аромат сладкого рома и соленого воздуха наполнял мои ноздри, а от его прикосновений мои мышцы напрягались. Что-то в нем всегда заставляло меня чувствовать себя мышью, которую дразнит кошка. Но я не могла заставить себя отстраниться.